Оля аккуратно расставила чашки на столе — фарфоровые, с тонким голубым узором, подарок на свадьбу от тёти Максима. Она окинула взглядом кухню: всё блестело чистотой, на плите томился ароматный грибной суп, в духовке подрумянивалась запеканка. Сегодня должен был прийти Максим с мамой — Светлана Игоревна любила «проверить, как живёт её сын».
Звонок в дверь прозвучал резко, будто удар метронома. Оля поправила фартук и пошла открывать.
— Ну наконец-то, — Светлана Игоревна вошла первой, не дожидаясь приглашения. — Опять ты копаешься? Максим, ну что за жена тебе досталась — ни скорости, ни расторопности.
Максим, стоявший позади матери, виновато пожал плечами и тихо прошептал Оле:
— Мам, ну хватит…
— Что «хватит»? — Светлана Игоревна сняла пальто, небрежно бросив его на подлокотник дивана. — Я просто правду говорю. В моём доме всё было иначе. Твой отец никогда не ждал ужина по часу.
Оля сжала кулаки под фартуком, но улыбнулась:
— Проходите на кухню, всё готово.
За столом атмосфера накалялась с каждой минутой.
— Суп пресный, — прокомментировала Светлана Игоревна, сделав глоток. — И запеканка передержана. Ты что, не можешь следить за временем?
— Мне кажется, всё вкусно, — тихо сказал Максим, пытаясь поддержать жену.
— Ты просто привык к её стряпне, — отрезала мать. — А надо требовать лучшего. Вот у Марины Николаевны дочка — Наташа, знаешь какая хозяюшка? И готовит, и шьёт, и карьеру делает. И фигура — загляденье.
Оля почувствовала, как к горлу подступает комок. Она уже слышала про эту Наташу раз пять — идеальную во всех отношениях девушку, которую Светлана Игоревна явно прочила в жёны своему сыну.
— Мама, мы это уже обсуждали, — твёрдо сказал Максим. — У нас с Олей своя жизнь.
— Своя, своя… — проворчала свекровь. — Пока я помогаю вам с квартирой, я имею право высказывать мнение.
После ужина, когда Светлана Игоревна ушла «проверить, не забыли ли вы вынести мусор», Максим обнял Олю.
— Прости её. Она просто привыкла всё контролировать.
— Максим, — Оля повернулась к нему, — она не просто критикует. Она хочет нас развести. Подбирает тебе другую жену, вмешивается в нашу жизнь…
— Да ладно тебе, — он погладил её по плечу. — Она просто переживает.
Но Оля знала — это не просто переживания. На днях она случайно услышала телефонный разговор свекрови: «Да, Максим пока не готов, но я найду способ… Наташа — идеальный вариант, она его очарует…»
На следующий день, вернувшись с работы раньше обычного, Оля застала неожиданную картину. В их гостиной сидела стройная блондинка с безупречной причёской — Наташа. Светлана Игоревна разливала чай, а Максим неловко улыбался.
— О, Оля! — свекровь лучезарно улыбнулась. — Как вовремя ты пришла. Познакомься — Наташа, дочь моей подруги. Она недавно переехала в город и ищет квартиру. Может, пустим её к нам на пару недель? Места много.
Оля почувствовала, как внутри всё закипает.
— У нас не гостиница, — спокойно ответила она. — И места не так уж много.
— Ой, да что ты, — Наташа улыбнулась, показав идеальные зубы. — Я не помешаю. Просто пока не найду своё жильё.
Максим молчал, переводя взгляд с жены на мать.
— Нет, — твёрдо сказала Оля. — Никаких гостей. Мы живём здесь вдвоём, и нам так комфортно.
Светлана Игоревна поджала губы:
— Какая ты… неприветливая.
— Я — хозяйка в своём доме, — чётко произнесла Оля. — И я решаю, кто здесь будет жить.
Максим вдруг выпрямился:
— Мама, Оля права. Мы благодарим тебя за помощь, но это наша квартира, наша жизнь. И мы сами будем решать, что и как.
Свекровь встала, лицо её покраснело:
— Значит, вот так? Выгоняете меня и мою подругу?
— Никто никого не выгоняет, — Максим подошёл к матери. — Но мы взрослые люди. И хотим строить свою семью без постороннего вмешательства.
Наташа поспешно собрала сумочку:
— Наверное, я не вовремя…
— Вы не вовремя с самого начала, — мягко, но твёрдо сказала Оля. — Простите, но нам нужно поговорить с Максимом наедине.
Когда дверь за гостями закрылась, Оля и Максим сели за стол.
— Знаешь, — сказал муж, — я давно должен был это сказать. Но боялся тебя обидеть или расстроить маму.
— Главное, что ты это сказал сейчас, — Оля взяла его за руку. — Спасибо.
В тот вечер они долго разговаривали — о том, как незаметно свекровь взяла их жизнь под контроль, о своих мечтах и планах. Оля рассказала, как боялась, что Максим поверит словам матери и начнёт сомневаться в ней.
— Больше этого не будет, — пообещал Максим. — Я люблю тебя, и наша семья — это ты и я. А мама… она должна научиться уважать наши границы.
На следующий день Максим позвонил матери:
— Мама, нам нужно встретиться. Есть серьёзный разговор.
Встреча прошла непросто. Светлана Игоревна сначала возмущалась, потом плакала, обвиняла Олю в том, что «она его околдовала». Но Максим был непреклонен:
— Мы с Олей — семья. И если ты хочешь быть частью нашей жизни, ты должна принять её как мою жену и уважать наши решения. Иначе… нам придётся ограничить общение.
Для Светланы Игоревны это стало шоком. Впервые сын поставил её перед выбором. Несколько дней она не звонила, не приходила. Оля волновалась, но Максим держал слово.
А потом раздался звонок.
— Здравствуйте, Оля, — голос свекрови звучал непривычно робко. — Я… я хотела извиниться. За всё. И пригласить вас на ужин. Если вы, конечно, захотите прийти.
Оля посмотрела на Максима, тот кивнул.
— Спасибо, Светлана Игоревна. Мы придём.
Так началась новая глава в их отношениях — не безоблачная, но честная. Оля и Максим научились отстаивать свои границы, а Светлана Игоревна постепенно поняла, что любовь сына не станет меньше, если она примет его выбор.
И когда через год в их семье появился малыш, именно Светлана Игоревна первой вызвалась помочь молодым родителям — уже без критики и попыток всё контролировать, а с искренним желанием поддержать.