Первая декада марта 2026 года войдет в историю нефтяного рынка как время идеального шторма. Сначала котировки взлетали на 20% на новостях о блокаде Ормузского пролива, чтобы затем рухнуть на 10% после заявлений Дональда Трампа. На этом диком хаосе многие россияне задались логичным вопросом: если наша экономика так зависит от нефти, то когда бензин на заправках станет по 70 рублей — вверх или вниз?
Казалось бы, ответ очевиден: раз конфликт на Ближнем Востоке разгоняет нефть до небес, то и бензин вот-вот подорожает до заоблачных уровней. Но, как это часто бывает с российской экономикой, прямая связь работает с точностью до наоборот. Разбираемся, почему нефть может (или уже не может?) взлететь до $100, а бензин — остаться на месте или даже столкнуться с неожиданными рисками.
Было дело: как нефть чуть не улетела в космос
Давайте вспомним, с чего все началось. В конце февраля ситуация накалилась до предела. США и Израиль начали военную операцию против Ирана, и мир замер в ожидании катастрофы .
Эксперты заговорили о самом страшном сне для нефтяного рынка — блокировке Ормузского пролива. Это узкое горлышко, через которое проходит около 20% всей мировой нефти . Аналитик Алексей Белогорьев тогда предупреждал ТАСС: если пролив перекроют, цены на эмоциях легко уйдут выше $80, а при самом плохом сценарии могут пробить и $100 .
Так и случилось. В понедельник, 9 марта, рынок открылся шоковым ростом более чем на 20%, а баррель Brent подскочил до $120 — максимума с 2022 года . Казалось, что цель в $100 достигнута с запасом.
Но радость "быков" была недолгой.
Резкое торможение: почему нефть снова по $60?
Буквально через день все перевернулось. Цены рухнули на 10%. Что случилось? Неужели Иран открыл пролив?
Как это ни парадоксально, рынок отреагировал... на слова Дональда Трампа и технические механизмы. Как пояснил эксперт Игорь Юшков, инвесторов успокоили не столько угрозы в адрес Ирана, сколько примирительные сигналы о том, что "операция может завершиться в скором времени" .
Но главное — сработал "противовес". Страны G7 и Международное энергетическое агентство (МЭА) объявили о готовности скоординированно выбрасывать на рынок стратегические запасы нефти . Рынок понял: если возникнет реальный дефицит, его зальют резервами.
В итоге к 10 марта цены откатились к уровням заметно ниже $80. Многие аналитики, включая Commerzbank, теперь говорят, что возврат к $60-$65 вполне реален, если поставки возобновятся .
Вердикт по первому вопросу: Увы, но шансов на устойчивые $100 в 2026 году становится все меньше. Геополитическая премия остается, но для нового ралли нужна реальная, а не гипотетическая остановка экспорта из Залива .
Русский парадокс: нефть дорожает, а бензин... стабилен
Но вот что действительно удивляет простого автомобилиста. Когда нефть скакала от $50 до $120 и обратно, ценники на российских АЗС даже не дрогнули. И это не случайность, а жесткая конструкция российской экономики.
Как только мировые цены на нефть пошли вверх, в игру вступил знаменитый демпферный механизм.
Чтобы понять его логику, нужно запомнить простое правило: высокая нефть за границей выгодна для бюджета, но низкая нефть внутри страны выгодна для водителей.
Вот как это работает. Когда нефть на мировом рынке дорогая (например, $80+), нефтяным компаниям безумно выгодно продать её за границу. Чтобы они не взвинтили цены на внутреннем рынке до мировых и не устроили дефицит топлива, государство говорит: "Продавайте бензин здесь по доступной цене, а недополученную прибыль мы вам компенсируем из бюджета". Это и есть выплаты по демпферу .
Поэтому чем выше растет мировая нефть, тем больше компании получают денег из казны и тем меньше у них стимулов требовать роста цен на заправках. Как метко выразился Игорь Юшков, у компаний пропадает желание "добирать прибыль" за счет внутреннего рынка .
Так что ситуация марта 2026 года для розницы — это история про стабильность. Взрывной рост нефти не пробьет брешь в кошельке у колонки.
Прогноз: а будет ли бензин по 70 рублей?
И вот тут мы подходим к самому интересному. Если на наш бензин мировая нефть почти не влияет, то что тогда влияет?
Ответ неутешительный: налоги, акцизы и логистика. По словам главреда журнала «Нефть и капитал» Владимира Бобылева, в цене литра бензина налоги и акцизы занимают до 60–70% . А они в 2026 году только растут.
· Налоги: НДС и индексация акцизов уже добавили к цене топлива свои проценты .
· Тарифы РЖД: Их повышение делает перевозку нефти и нефтепродуктов дороже.
· Ремонты НПЗ: Если весной какой-то завод встанет на внеплановый ремонт, это создаст локальный дефицит и толкнет оптовые цены вверх.
Эксперты, опрошенные ранее в этом году, дают противоречивые, но довольно мрачные прогнозы. Владелец сети дилерских центров Алексей Иванов прогнозирует, что к концу 2026 года АИ-92 может подорожать до 66-68 рублей, а АИ-95 — до 71-73 рублей .
То есть бензин по 70 рублей — это не фантастика, а вполне реальный прогноз на декабрь 2026-го. Но придет он не из-за войны на Ближнем Востоке, а из-за наших внутренних налоговых реалий.
Резюме для читателя
Так стоит ли ждать ценового шока на заправках из-за скачков нефти?
1. Нет, прямой связи больше нет. Государство выстроило систему (демпфер), которая страхует внутренний рынок от внешних штормов . Пока работает механизм, бензин будет расти плавно, независимо от того, будет нефть по $40 или по $100.
2. Нефть по $100 — сценарий маловероятный. Рынок научился справляться с геополитикой, а стратегические резервы и сланцевая добыча в США (которая становится выгодна при высоких ценах) будут охлаждать пыл "быков" .
3. Главный враг кошелька — не нефть, а налоги. Именно повышение акцизов и инфляция будут толкать ценник на заправке к заветным 70 рублям за 95-й к концу года.
Парадокс марта 2026 года разрешился просто: мировой рынок лихорадит, а наши АЗС живут своей, налогово-бюджетной жизнью.