Верховный суд в феврале 2026 года поставил точку в споре, который прошёл четыре инстанции. Должник лишился унаследованной квартиры несмотря на то, что она была его единственным жильём. Разбираем, почему — и что это значит для всех, кто рассматривает банкротство с недвижимостью.
Что произошло
Отец умер, оставив долги: компания «Строй-Комплекс СПб» взыскала с него через арбитраж более 9 млн рублей ещё в 2018–2019 годах. Сын — единственный наследник — об этом знал. Тем не менее наследство принял.
Но перед этим сделал кое-что важное: 1 марта 2022 года подарил матери свою 1/2 долю в квартире, которой владел с 2013 года.
На следующий день — обратился к нотариусу и принял наследство: отцовскую квартиру и вместе с ней долги.
В результате квартира отца стала для сына единственным жильём.
В апреле 2023 года его признали банкротом. Кредитор потребовал включить унаследованную квартиру в конкурсную массу.
Как судились
Суды разошлись во мнениях кардинально.
Суд первой инстанции отказал кредитору: квартира — единственное жильё, зарегистрирован там сам должник, иммунитет по ст. 446 ГПК РФ защищает квартиру от взыскания.
Апелляционный суд с этим не согласился и включил квартиру в конкурсную массу. Аргумент: должник сам создал ситуацию, при которой унаследованное жильё стало «единственным». Это злоупотребление.
Арбитражный суд Северо-Западного округа встал на сторону должника: договор дарения доли в квартире матери касается личного имущества, а не наследства — закон не нарушен; иммунитет действует.
Кредитор дошёл до Верховного суда.
Что решил ВС РФ
25 февраля 2026 года Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила постановление суда округа и оставила в силе апелляцию — квартира идёт в конкурсную массу.
Ключевая мысль определения:
На момент открытия наследства квартира отца не являлась единственным жильём должника. Единственным оно стало только потому, что должник безвозмездно отчудил долю в своей квартире в пользу матери — непосредственно перед принятием наследства и в преддверии банкротства.
ВС опирается на Постановление Конституционного суда РФ от 26 апреля 2021 года № 15-П: суды вправе отказать в защите исполнительского иммунитета, если жильё было приобретено или сформировано со злоупотреблениями. Злоупотребление здесь — намеренное создание статуса «единственного жилья» за счёт дарения накануне банкротства.
Почему это важно
До этого определения у схемы «подарить одно жильё → принять наследство → получить иммунитет» был шанс на успех — особенно если дарение не оспорено как сделка. Суды часто разграничивали: личное имущество должника и наследственное имущество — разные правовые пласты.
ВС сказал: разграничение не спасает, если в итоге создано злоупотребление.
Суд смотрит на хронологию и умысел:
- знал ли наследник о долгах наследодателя — да;
- подарил ли своё жильё накануне — да, безвозмездно, заинтересованному лицу;
- стало ли унаследованное жильё после этого единственным — да.
Три «да» — и иммунитет снимается.
Практические выводы
Для должников и их консультантов это определение означает следующее:
Иммунитет единственного жилья не абсолютен — суд проверяет историю его возникновения.
Дарение недвижимости родственникам накануне банкротства или принятия долгового наследства суды расценивают как злоупотребление, даже если сделка формально не оспорена.
При наследовании с долгами — важно трезво оценивать риски до принятия наследства, а не после.
Хронология событий (когда возникли долги, когда было дарение, когда принято наследство) — ключевой факт для суда.
см: Определение СК по экономическим спорам ВС РФ от 25.02.2026 № 307-ЭС24-21877 (3), дело № А56-99903/2022