Официально: в полку профессиональных психологов пополнение и новому коллеге всего тринадцать. Вуз называет Алису «образцовой студенткой», но у меня, как и у многих из вас, в голове не укладывается — а что дальше? Кто из нас рискнет пойти на прием к специалисту, который сам еще не окончил школу жизни? Предлагаю сегодня поговорить о том, не слишком ли дорогую цену платят дети за амбиции своих родителей. Давайте обсудим.
Тринадцатилетняя девочка получила диплом психолога. В РГГУ. С отличием. Пресс-служба вуза гордо рапортует: «образцовая студентка». Алиса Теплякова, ребенок с кукольным лицом, теперь дипломированный специалист, готовый лечить чужие душевные раны.
Только есть одна маленькая деталь. Сама Алиса — ребенок, который по возрасту должен гонять в догонялки и тайком от родителей есть мороженое перед обедом. А она уже психолог. Психолог в тринадцать лет. Когда молочные зубы еще не все сменились, когда гормоны только начинают свой первый танец, когда мир воспринимается через призму подростковых максимализмов. И этот ребенок теперь формально может работать с людьми. С живыми людьми, у которых реальные проблемы. С детьми, с родителями, с семьями на грани развода. Звучит как абсурд, но это наша реальность. Как вам такое, мои дорогие читатели?
Самое забавное — то, как семья Тепляковых реагирует на критику. Недавно в интернете появилась информация, что Алиса сдавала экзамены в коррекционной школе для детей с особенностями развития. Хейтеры тут же ухватились за это, закричали о разоблачении. А папа Евгений, который в этой семье исполняет роли и продюсера, и режиссера, и главного идеолога, решил обыграть ситуацию в свою пользу. Он пришел к дочери с камерой и с хитрой улыбкой: «Алиса, мы раскрыли твою страшную тайну. Говорят, что ты сдавала ЕГЭ в коррекционной школе для умственно отсталых детей. Представляешь, мы теперь все это знаем. Расскажи, как это было».
И Алиса, послушная девочка с явно выученными интонациями, отвечает: «Я проходила практику по олигофренопедагогике, занималась выпускным классом в школе для умственно отсталых детей. И мой любимый выпускной класс, который я готовила, в полном составе сдал ЕГЭ».
Красиво, ничего не скажешь. Хейтеры посрамлены, все расходятся. Только вопрос остается открытым: а кто готовил саму Алису к тому, чтобы готовить этих детей? Где она набралась опыта, педагогической чуткости, понимания человеческой психики? В тринадцать лет жизненный багаж обычно состоит из школьных контрольных, первой влюбленности и ссор с подружками. А тут — олигофренопедагогика. Это же надо такими терминами оперировать в возрасте, когда мозг еще не до конца сформирован для абстрактного мышления.
Мне, например, давно очевидно: Алиса — не вундеркинд в классическом понимании. Алиса — проект. Проект ее отца Евгения Теплякова, который разработал собственную методику обучения и теперь старательно применяет ее на своих девятерых детях. Девять детей — это целая армия. Это ежедневный быт, который в обычной многодетной семье превращается в выживание: кастрюли, стирка, бесконечная уборка, нехватка денег, хроническая усталость. А у Тепляковых, судя по всему, кроме быта есть еще и производственная программа: каждый ребенок должен стать гением, поступить в университет как можно раньше и доказать миру, что папина методика работает.
Расскажу вам ещё одну историю. Моя знакомая училась в институте с девушкой из многодетной семьи. Та была закрытой, злой, молчаливой, ни с кем не общалась. А однажды, после просмотра фильма «Однажды 20 лет спустя», ее прорвало. Она рассказала про нищету, про то, как выживали в семье, про вечную нехватку всего. Про первую стипендию, на которую она купила колготки, батон колбасы и бутылку лимонада. Сидела в парке, ела и плакала — потому что впервые в жизни у нее было свое, личное, не отобранное старшими братьями и сестрами. Она ни разу не ездила домой на каникулы, много работала, выживала как могла. И в итоге сказала фразу, которую моя знакомая запомнила на всю жизнь: «Я никогда не буду рожать детей». Это было 45 лет назад. И это, конечно, крайность, частный случай. Но в этой истории есть та правда жизни, которой так не хватает в слишком идеально вылизанных отчетах Тепляковых. Потому что дети в больших семьях часто становятся не личностями, а функцией. Особенно когда у родителей есть великая цель и они не готовы замечать по пути ничего и никого.
Теперь про сам диплом. РГГУ официально подтвердил: Алиса была зачислена в сентябре 2023 года переводом из МПГУ, училась заочно, с применением дистанционных технологий. То есть сидела где-то дома перед компьютером и осваивала программу, на которую у обычных студентов уходят годы. В марте 2024-го перешла на ускоренное обучение с индивидуальным планом. Академических задолженностей не имела, все задания сдавала вовремя, училась на «хорошо» и «отлично». «Образцовая студентка», как сказали в пресс-службе.
Но есть один крошечный нюанс... Во время подготовки диплома Алисе активно помогали законные представители, то есть родители. Именно они, по информации из того же официального источника, «критически комментировали замечания преподавателей и руководителя ВКР, требовали обоснования выставляемых оценок». Папа с мамой писали замечания преподавателям, требовали объяснений, почему поставили ту или иную оценку. Алиса в это время, надо полагать, просто присутствовала. Так где здесь достижение самой девочки? Где ее мозг, ее труд, ее интеллектуальный прорыв? Получается, что диплом — это результат папиной административной работы, маминой поддержки и общей семейной установки: мы должны, мы сможем, мы всем докажем. А Алиса — просто носитель, просто лицо проекта. Как фотомодель на обложке, за которой стоит целая команда стилистов, визажистов и фотошоперов.
Ну хорошо, Евгений и на это найдёт ответ, я уверена, а что дальше? Ну получила девочка диплом. И что? В тринадцать лет работать психологом ее никто не возьмет. Даже если формально права позволяют, кто к ней пойдет? Представьте женщину с проблемами в семье, которая приходит на прием к тринадцатилетнему подростку с писклявым голосом и полным отсутствием жизненного опыта.
Здравствуйте, я Алиса, мне тринадцать, я дипломированный психолог, рассказывайте, что у вас с мужем не так. Деточка, а ты сама-то хоть целовалась когда-нибудь? Неловкость, правда? А ведь психология — это не только теория и знание терминов. Это жизненный опыт, это умение чувствовать людей, это эмпатия, которая приходит только с годами. Это способность сказать: я понимаю, через что вы проходите. А как понять, если ты сама не проходила через расставания, потери, кризисы, разочарования?
В бюджетных учреждениях таких специалистов тоже не ждут. Там документации тонны, отчеты, маршрутные листы на каждого подопечного. Там нужно работать с тяжелыми случаями, с детьми из неблагополучных семей, с людьми в остром кризисе. Это не игрушки. Это ответственность, за которую дают реальные сроки, если что-то пойдет не так. Кто доверит тринадцатилетнему ребенку работу с трудными подростками или жертвами насилия? Никто. Даже самые либеральные работодатели.
Самое страшное в этой истории — даже не сам диплом и не папины амбиции. Самое страшное — что детей у Тепляковых девять. И все они, судя по всему, будут проходить через эту мясорубку. Первый блин — Алиса — вроде не комом: получила диплом, отчиталась перед камерами, доказала хейтерам. А дальше — очередь остальных. И каждый должен будет соответствовать, каждый должен будет тащить планку, каждый должен будет доказывать, что папина методика работает. А дети — они же не железные. Они устают, они болеют, они хотят просто побыть детьми. Хотят гулять, смотреть мультики, дурачиться с друзьями, если друзья вообще есть в этой системе координат. Хотят жить, а не учиться двадцать четыре часа в сутки, чтобы папа мог гордо рапортовать в интернете о новых победах.
Посмотрите на фотографии семьи Тепляковых. Папа Евгений — румяный, упитанный, с хитрой улыбкой человека, который знает что-то, чего не знают другие. А дети...
У детей лица уставшие, под глазами круги, кожа бледная, почти синюшная. Потому что дети питаются картошкой, хлебом и крупами. Потому что на фрукты, видимо, денег нет. Или времени на них нет. Или просто не до жиру, быть бы живым. При этом папа, как говорится, вполне себе цветет и пахнет. Папа реализуется, строит карьеру за счет собственных детей. И это, как ни крути, называется эксплуатацией. Как бы красиво это ни называли и какими бы высокими словами ни прикрывали.
Люди в комментариях пишут разное. Кто-то восхищается, кто-то возмущается, кто-то просто молча наблюдает. Но есть одно наблюдение, которое показалось очень точным: «Кто из вас к ней пойдет со своими проблемами? С ребенком что-то не так, с мужем или женой, с тещей, со свекровью. Какой психолог в тринадцать лет?» И это чистая правда. Психолог — это человек, которому вы готовы открыть душу. Которому вы расскажете самое сокровенное. Которому вы доверите свои страхи и слабости. И в этом человеке вы должны быть уверены. Вы должны чувствовать, что он старше, мудрее, опытнее.
Другая читательница добавляет: «Я думаю, ни один адекватный и здравомыслящий человек, глядя на эту статью, не подумает про Тепляковых, какие они молодцы. Только сочувствие, жалость вызывают эти фотографии и сам материал. Успешностью там и не пахнет». И ведь действительно. В основном пахнет загнанностью, усталостью, детством, принесенным в жертву родительским амбициям. И это очень грустно.
Мы уже видели такие истории в прошлом. Были дети, которые в шесть лет играли на скрипке, в десять поступали в консерваторию, в пятнадцать заканчивали университеты. И что с ними стало потом? Где они сейчас? Многие сломались, многие ушли в тень, многие просто не выдержали груза ожиданий. Потому что ребенок — это живой человек. У него есть свои желания, свои мечты, свои пределы возможностей. И если эти пределы игнорировать, если постоянно требовать новых побед, новых дипломов, новых достижений, психика рано или поздно дает трещину. Иногда незаметно, иногда громко, но последствия могут быть необратимыми.
Алисе сейчас тринадцать. Самый сложный возраст. Когда организм перестраивается, когда гормоны пляшут как хотят, когда хочется то плакать, то смеяться без причины, когда первая любовь разбивает сердце вдребезги. И вместо того чтобы проживать это нормально, вместо того чтобы разбираться в себе и в своих чувствах, она должна соответствовать. Должна быть образцовой студенткой. Должна оправдывать папины надежды. Должна доказывать всем вокруг, что она гений. А может, она просто хочет жить? Может, ей хочется пойти в кино с подружками, которых у нее, скорее всего, просто нет? Может, ей хочется влюбиться в какого-нибудь мальчика и страдать от неразделенной любви, а не от непонимания дифференциальной психологии? Может, ей хочется просто побыть ребенком, пока это еще возможно? Но нет. У нее диплом. У нее практика в школе для умственно отсталых. У нее папа, который комментирует замечания преподавателей. У нее великое будущее, расписанное кем-то другим. Если, конечно, она не сломается по дороге... Ужасно, просто ужасно это всё!
Когда смотришь на всю эту историю, становится немного не по себе. Потому что за красивыми отчетами и победными реляциями стоит обычная человеческая драма. Драма детей, которых лишили детства. Драма родителей, которые перепутали любовь с амбициями. Драма семьи, где каждый ребенок — это не отдельная личность, а строчка в папином резюме, очередной пункт в доказательстве собственной теории.
Хочется спросить у Евгения Теплякова напрямую: вы своих детей любите? Вы хоть раз задумывались о том, что им нужны не только дипломы и знания, но и просто счастливое детство? Что им нужны воспоминания, с которыми они потом пойдут по жизни? Что им нужна не ваша гениальная методика, а ваша любовь — просто так, без всяких условий и обязательных достижений?
Но вопрос, скорее всего, останется без ответа. Потому что у папы Теплякова своя правда, своя картина мира. И в этой картине нет места сомнениям. Есть только методика, только обучение, только бесконечная гонка за достижениями. А дети как-нибудь переживут, они же подопытные, они же для этого и рождены. Главное — диплом в тринадцать лет. Главное — доказать всем скептикам, что ты лучше, умнее, успешнее.
Только доказывать, по большому счету, нечего. Потому что счастливого ребенка в этой истории не видно. А видно уставшую девочку, которая послушно отвечает на папины вопросы и делает вид, что у нее все хорошо. Наверное, ей просто повезло меньше, чем другим детям. Ее выбрали для великого эксперимента. И теперь она должна нести этот крест до конца, нравится ей это или нет.
Хочется пожелать Алисе только одного: чтобы она когда-нибудь, став взрослой, смогла найти себя. Настоящую. Без папиных установок, без чужих дипломов, без этой бесконечной гонки за достижениями. Просто себя. И чтобы это простое и настоящее оказалось важнее всех великих побед и громких званий. Потому что в конечном счете важно не то, сколько дипломов ты собрал и в каком возрасте ты их получил, а то, был ли ты счастлив. По-настоящему. По-детски. Без оглядки на чужие ожидания и без страха разочаровать того, кто решил сделать тебя главным экспериментом своей жизни.
Я высказалась. Простите, если слишком длинно. Хочется услышать ваше мнение.
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали:
Кадры из видео: канал «Учимся с Алисой»