Добрый день, дорогие читатели!
Сегодня в спортивном сообществе фигурного катания Петр Гуменник привлекает особое внимание. Это не удивительно. Петр заслужил всенародную любовь болельщиков и признание. Но вместе с вниманием к фигурному катанию и его героям, зрителями рассматриваются сопричастные к спорту темы – культуры и искусства, добра и зла, норм этики и морали.
Так житель Петербурга обратился в суд из-за программы Петра Гуменника.
Вот часть текста из его иска:
«Программа Гуменника заканчивается торжеством преступника, преклонением перед ним одурманенной толпы, как перед ангелом и новым мессией, после того, как он выливает каплю духов на платок перед восхождением на эшафот, и аромат духов распространяется в толпе. Спортсмен со счастливой улыбкой победно воздевает руки, а толпа одурманенных его катанием зрителей восторженно приветствует в его лице серийного у….цу».
«Отвратительное зрелище массового помешательства».
Далее истец обозначает и программы других фигуристов, в которых оценивает действия участников творческого процесса как аморальные, антиобщественные, причиняющие вред развитию детей.
Я соглашусь с Тамарой Москвиной, что эта одна из форм проявления массового интереса к фигурному катанию. И даже соглашусь с тем, что постановщики должны быть более разборчивы и внимательны к выбору тематики.
Несмотря на полностью отрицательный образ, программа Петра мне очень нравится. Ничего не могу с этим поделать.
Елена Вайцеховская часто критикует Даниила Глейхенгауза за перенос сюжета фильма или книги на лёд, обвиняя его в дублировании. Но рассказать историю менее чем за три минуты и влюбить в неё зрителя – определенное искусство и постановщика, и исполнителя.
В программе Петра продумано все до мелочей. Костюм – не исключение.
Несмотря на то, что тема «Парфюмера» - не новая в фигурном катании, образ получился исключительно выверенный.
У олимпийской чемпионки Анны Щербаковой была уже эта история, но Петр и Даниил смогли преподнести её иначе.
И если Алиса Лью смогла «выгулять свои платья» по полной на Олимпиаде в Милане, то Петру пришлось прятать деталь костюма – платок, чтобы как бы чего не вышло.
Светлана Носова прислала интересный, на мой взгляд, комментарий про стоимость платьев иностранных фигуристок:
Но вот, что интересно. Некоторые платья оказались на подиуме, но вне списка лучших образов Олимпиады-2026 по версии Vogue Italia.
А вот костюм Петра Гуменника, а именно прозрачная блуза с пышными рукавами и декором в виде красных цветов, получил высокую оценку профильного издания. В рейтинг также вошли костюмы фигуриста Михаила Шайдорова, а также Ильи Малинина, Стивена Гоголева, танцевального дуэта Мэдисон Чок и Эван Бейтс и представительницы Канады Лоранс Фурнье-Бодри.
Дизайнер Светлана Гачинская сегодня рассказала о своем сотрудничестве с Петром и о создании костюма:
Вы с Петром работаете уже много лет. Расскажите, как началось сотрудничество.
Приходит ребенок. Точнее, ребенок не приходит – ребенка приводят родители. Если первые эксперименты с костюмами удались, мы находим общий язык, то чаще всего спортсмены надолго остаются с нами сотрудничать. Это в любом месте так происходит.
Каким он был маленьким? Мне кажется, особо ничего не изменилось. Только то, что он вырос, повзрослел, возмужал и набрался опыта, стал безумно харизматичным. Хотя в детстве у него тоже были эти задатки. Видно было, что он сможет забраться на высокую вершину. Поэтому маленький Петя такой же был — скромный, застенчивый и благодарный, никогда не болтал лишнего.
Легко ли работать с Петром? Он предлагает какие-то собственные идеи для костюмов или полностью доверяет вашему видению?
С Петром с детства у нас никогда не было каких-то споров, нестыковок по представлению. Всегда стопроцентное доверие, что-то, предлагаемое нами, воспринималось на ура. Поэтому ничего сверхъестественного никогда не было.
Как у вас рождаются идеи костюмов?
Каждый вдохновение черпает из своего какого-то опыта. И просмотр фильмов, и элементарное выращивание большого количества роз летом. Отдых, домашние животные, которые иногда подсказывают идеи. Поэтому абсолютно все: вплоть до того, что взглянул на небо и увидел всплески измороси, и ты понимаешь, на чьем костюме это должно отобразиться.
Абсолютно разные идеи, но первая задача, которую мне и нашей команде нужно воплотить, конечно, исходит от постановщика. Он задает направления, в которых мы должны двигаться. И уже именно отсюда исходят мои дальнейшие действия, разработки, эскизы, дизайны и так далее.
Сколько времени уходит на создание одного костюма? Можно на примере «Парфюмера», «Онегина».
«Онегин» уже второй год. В этом году произошел небольшой апгрейд костюма. С «Парфюмером» все было очень быстро, легко и непринужденно. Все понятно. Тут очень быстро были предложены эскизы, начиная с современного прочтения, и то, что все увидели на льду.
Задача, которую поставил передо мной хореограф-постановщик – приближенный образ к истории книги. То есть это должен быть немного театральный костюм, чтобы зритель погрузился в историю. Должно было быть абсолютное погружение в историю героя. На изготовление костюма к программе «Парфюмер» ушел месяц – от эскиза до выхода на лед.
Многие обратили внимание на сходство Анны Щербаковой и Петра к «Парфюмеру». Вы смотрели на платье Щербаковой при работе? Все-таки в обоих случаях программы ставил Даниил Глейхенгауз.
Да, хореограф-постановщик один и тот же, но я не знаю, насколько велико сходство. Но тут же история из романа, и вряд ли кто-то захочет забросить ромашку, лютик или еще что-то. Поэтому не надо искать сходство в костюмах. Тут нужно понять, что спортсмены показывали определенный образ, который читается из произведения.
Кому принадлежала идея с платком?
Конечно, это идея хореографа-постановщика.
А как вам, дорогие читатели, по душе ли, подобные образы и темы, костюмы и платья в фигурном катании?
Предлагаю вам вспомнить одноименную программу Анны Щербаковой.
Спасибо всем за прочтение.