Читая такие новости, я просто отказываюсь понимать, как работают алгоритмы безопасности в банках. У меня банк однажды заблокировал перевод на жалкие 50 евро из-за подозрения в отмывании денег и финансировании терроризма! Счет в банке сейчас открыть — это вообще невозможный квест. При открытии корпоративного счета у заграничной фирмы с многолетней идеальной историей в другой стране ЕС, например, проверяют каждый инвойс, требуют подробных объяснений, что и зачем вы купили, а собственники разве что анализ крови сдавать не должны.
Но когда 86-летняя женщина внезапно продает квартиру и снимает больше 100 тысяч наличными — всем плевать. И это несмотря на то, что подобные мошеннические схемы курсируют уже лет десять!
Где эти хваленые банковские алгоритмы? Почему они не блокируют транзакцию, когда человек вдруг опустошает все свои накопления? Где был нотариус при оформлении сделки по продаже квартиры? Неужели у нотариуса, юриста или риэлтора не возникло вопросов, почему пожилой человек в спешке продает единственное жилье и куда пойдут деньги?
"Берите, бабушка, деньги наликом, несите мошенникам, нас это не волнует". Зато обычных граждан и честный бизнес мы будем душить проверками за каждый цент.
Даже не знаю, в чем тут главная проблема — в изощренности преступников или в тотальном провале нашей финансовой системы. Система просто имитирует бурную деятельность на мелких переводах, но в упор не видит, как у самых уязвимых крадут жизни. Банки стали заложниками процедур комплаенса и превратились в неповоротливые бюрократические машины. Они расходуют огромные бюджеты на борьбу с отмыванием денег исключительно ради галочки в отчете перед регулятором.
Получается абсурд: служба безопасности защищает банк от многомиллионных штрафов со стороны Финансовой инспекции, но не защищает собственного клиента от мошенников. Пока бабушка беспрепятственно снимает свои тысячи, чтобы отдать их преступникам, миллиарды евро реального криминала спокойно растворяются в сложных схемах. Скандалы с отмыванием астрономических сумм через эстонские филиалы Swedbank и Danske Bank — лучшее тому подтверждение. Отделы комплаенса в их нынешнем виде абсолютно бесполезны для общества.
Спрашивается, как это остановить? Есть соблазн предложить, чтобы государство вмешалось и обязало банки сообщать о подозрительных случаях в полицию. Но я убежден: нельзя ни в коем случае подпускать государство к регулированию этой проблемы. Будет только хуже.
Любая попытка зарегулировать здравый смысл приводит лишь к новому витку бюрократии и полному снятию с себя реальной ответственности. Если государство обяжет проверять все сделки пенсионеров выше Х евро, полиция и банки мгновенно захлебнутся в тысячах автоматических отчетов. Нормальные транзакции будут заморожены, люди будут месяцами ждать разблокировки средств на лечение или помощь внукам. А мошенники подстроятся за день — просто заставят бабушек снимать сумму "Х - 1 евро". В итоге в банках появится новый департамент KYC, в министерстве — новый надзиратель, а бабушки продолжат терять квартиры.
Проблема не в нехватке регуляций, а в том, что в системе полностью исчезла персональная профессиональная ответственность и банальный здравый смысл.
Когда нотариус, видя дезориентированного старого человека, спокойно заверяет сделку, а операционист так же спокойно выдает 100 тысяч наличными только потому, что "это не противоречит должностной инструкции", — никакой новый регламент сверху тут не спасет.
Что, как мне кажется, могло бы сработать на уровне профессиональной этики и саморегуляции сектора?
1. Выдача наличности с задержкой. Банковский сектор сам, без указки Минфина, может договориться: снятие крупных наличных (например, свыше 5000 евро) клиентами старше 75 лет выдается не день в день, а через 48 часов.
2. Двойное подтверждение транзакции. Банки могли бы ввести опциональную услугу: перечисление или снятие наличных выше определенной суммы требует согласия доверенного лица — например, близкого родственника.
3. Решение о выдаче такой суммы должен принимать не операционист, а сотрудник службы безопасности после личной (и неформальной) беседы с пенсионером. Алгоритмы должны искать не террористов среди бабушек, а аномалии в их социальном поведении.
4. Более ответственный подход нотариусов. Эстонский Закон о нотариальном удостоверении уже сейчас обязывает нотариуса убедиться в подлинной воле сторон. У них есть полное право приостановить сделку, если есть подозрение, что пожилой человек действует под чужим влиянием.
5. Более строгий контроль у нотариусов. Если пожилой человек продает жилье, нотариус должен требовать обязательного присутствия родственника. Если человек одинокий — на сделке должен присутствовать социальный работник и риэлтор, чтобы нотариус мог установить: бабушка реально хочет продать квартиру (например, чтобы переехать к родственникам в Россию) или она просто, как зомби, повторяет заученный скрипт, внедренный в ее голову мошенниками.
Наверняка, если бы нотариусы и банковские аналитики устроили совместный мозговой штурм, они бы придумали еще десяток эффективных фильтров, не парализующих систему. Была бы воля. Но очевидно, что заниматься реальной защитой людей никто не хочет или на это попросту нет ресурсов — система слишком занята поиском террористов в переводах на 50 евро, проверок каждого инвойса и заполнением тонн бессмысленной отчетности.