Ждал. Ведь они всегда возвращались. Сначала он ждал спокойно. Потом начал мяукать — тихо, вежливо, чтобы не рассердить. Потом громче. Потом хрипло. Прошёл день. Потом ещё. Вода закончилась. Миска опустела. В доме стало холодно и пусто. Рыжик понял, что нужно выйти — он ведь умный кот, он справится. Он всегда справлялся. На улице пахло чужими. Шум, дым, гарь. Люди бежали мимо, не замечая его. Иногда кто-то бросал кусочек хлеба, но чаще — просто отводил взгляд. Он стал одним из множества — маленьким, лишним. Ночами было особенно тяжело. Холод пробирался под кожу. Лапы ныли. Спина болела. Он искал подъезды, подвалы, коробки. Молодые дворовые коты шипели и гнали его. Он не дрался — у него не было сил. Он отходил в сторону и ложился, аккуратно поджав лапы, как учили его дома. Он худел. Шерсть сбилась клочьями. Глаза потускнели. Но каждый раз, когда слышались шаги, похожие на знакомые, его сердце всё ещё ускорялось. Иногда он приходил к тому самому подъезду