без читателей. Пятьдесят лет они спорили о том, должна ли их литература оставаться национальной или открыться чужому миру, они создавали журналы, которые потом закрывались, и романы, которые никто не переводил. Крикор Беледян — самый армянский поэт, живущий в Париже, — написал о них монументальное исследование. Мы разобрали его, подчеркнув главные особенности того времени и задавшись вопросом, почему этот спор о языке и идентичности так и не получил ответа.
После Геноцида 1915 года несколько сотен армянских писателей осели в Париже и стали писать на западноармянском, языке без территории и почти без читателей. Пятьдесят лет они спорили о том, должна ли их литература оставаться национальной или открыться чужому миру, они создавали журналы, которые потом закрывались, и романы, которые никто не переводил.
Крикор Беледян — самый армянский поэт, живущий в Париже, — написал о них монументальное исследование. Мы разобрали его, подчеркнув главные особенности того времени и задавшись вопросом, почему этот спор о языке и идентичности так и не получил ответа.
