Раньше я думал, что бессонница — это проклятие. Что просыпаться в три часа ночи и лежать с открытыми глазами, глядя в потолок, — это признак того, что жизнь не удалась. Что нервная система накрылась медным тазом, что надо пить таблетки, идти к врачу, менять образ жизни. А потом я просто... перестал с этим бороться. И знаете, что? Я открыл для себя новый мир.
Всё началось лет 15 назад. Я тогда еще работал, дергался, переживал, пытался кому-то что-то доказать. И сон сбился окончательно. Ложусь в 11, просыпаюсь в 3 — и всё, привет. Лежу, ворочаюсь, считаю студенток, читаю заумные статьи про то, как уснуть за минуту. Ничего не помогает. В голове каша, на душе тоска, за окном темнота. Кошмар.
А потом меня осенило. А зачем мне спать, если не спится? Я же не на работу встаю (уже давно). Я могу делать всё, что захочу! В три часа ночи город затихает, соседи не сверлят, телефон не трезвонит, даже Гоша (кот) обычно спит и не орет. Идеальное время.
Теперь мой режим выглядит так. Засыпаю я, кстати, нормально, около 12. Но в 3–4 утра просыпаюсь как по будильнику. Раньше я злился, теперь говорю себе: «О, Диман, у тебя есть два-три часа личного времени, пока весь мир в отключке». Встаю, иду на кухню, ставлю чайник. Не кофе — кофе в 3 ночи как-то дико, хотя кто меня осудит? Чай с мятой или просто кипяток. Беру книгу. Сейчас, например, перечитываю «Ученика ведьмака» — тот самый, автор которого, к сожалению, умер. И читаю в тишине. Никто не дышит над ухом, не спрашивает «что ты читаешь?», не просит выключить свет. Только я и книга.
Иногда я просто сижу на балконе. Выхожу, курю, смотрю на пустой город. Москва в 4 утра — это нечто. Огни, ни души, только редкие машины проезжают. И Москва-Сити светится, как новогодняя елка. Красота. Раньше я думал, что такие виды только туристам показывают, а они вот они, бесплатно, каждый день. Надо только встать пораньше (или, наоборот, не ложиться).
Диалог с пьяными девушками в три часа ночи
Пару лет назад случилась история, которая окончательно убедила меня, что ночь — это лучшее время. Сижу я на балконе в три часа ночи, курю, смотрю на пустой двор. Вдруг слышу — галдят. Три девушки, пьяные в стельку, плетутся из соседнего двора. Громко смеются, мутератся, одна чуть не падает. Я сижу на третьем этаже, они меня, конечно, не видят. А я их вижу и слышу всё.
Одна говорит: «Я его сегодня бросила! Козлика!». Вторая: «Да пошли они, эти мужики!». Третья пытается спеть, но слов не помнит, просто орёт какую странную песню про ведьму, которая почему-то не отпускает какого-то мужика. Я сижу, курю, слушаю. И вдруг одна из них замечает меня. Не то чтобы замечает, просто поднимает голову, смотрит на мой балкон и орёт:
— Мужик! Ты чего не спишь?!
Я в ответ кричу:
— А вы чего не спите?!
Она смеётся, заплетающимся голосом говорит:
— Мы гуляем! А ты, старый, сидишь один! Жалко тебя!
Вторая подхватывает:
— Да он, наверное, жену ищет! Мужик, выходи, мы тебя научим!
Третья пытается залезть на скамейку, падает, все трое начинают ржать так, что в соседних домах зажигается свет. Я сижу, улыбаюсь, смотрю на них. И думаю: вот они сейчас счастливые, молодые, пьяные. А утром проснутся с больной головой и, наверное, даже не вспомнят, что орали на весь двор какому-то мужику на балконе. А я запомню. Потому что это — жизнь. Настоящая, живая, ночная.
Они ушли, орали песни до самого подъезда. А я допил чай, погладил Гошу, который проснулся от шума, и пошел писать статью. Вот эту самую.
Гоша, кстати, тоже адаптировался. Он сначала не понимал, чего это я вскочил ни свет ни заря. Сидел, смотрел на меня с подозрением: мол, хозяин, ты чего, с ума сошел? А теперь привык. Иногда присоединяется. Мы сидим на кухне — я с книгой, он на подоконнике — и смотрим друг на друга. Кошачья медитация.
Я за эти годы перечитал кучу книг, которые откладывал годами. Написал несколько десятков статей для Дзена (вот эту, кстати, тоже пишу ночью). Посмотрел старые фильмы, до которых руки не доходили. И главное — никуда не спешу. В 5 утра я могу лечь обратно и доспать до 9–10, а могу и не ложиться — если интересно. И никто мне не указ.
Друг Дима, когда узнал про мой режим, скривился: «Ты что, старик, так нельзя, это же вредно». А я ему: «Дим, а ты спишь как убитый с 11 до 7. И что ты видел за эти годы? Сопли в подушку. А я видел рассветы, читал книги, думал о вечном». Он не спорил, потому что спорить нечем. У каждого свой кайф. Правда, ему же ещё с утра на работу надо.
Кстати, про рассветы. Это отдельная тема. Когда ты не спишь в 5 утра летом, ты видишь, как солнце встает над спальным районом. Сначала серо, потом розово, потом золото. И ты понимаешь, что начинается новый день, а ты уже в теме. Ты как будто опережаешь всех этих сонных мух, которые через час побегут на работу. Ты уже пожил немного.
Еще ночью хорошо пишется. Мысли становятся четкими, никакой суеты. Я даже заметил, что мои лучшие статьи (ну, которые мне самому нравятся) написаны именно в эти часы. Когда город спит, мозг работает иначе. Спокойно, вдумчиво. Никто не дергает уведомлениями. Дзен молчит, подписчики спят. Тишина — лучшее топливо для творчества.
Конечно, есть и минусы. Например, когда ночью просыпаешься и понимаешь, что в холодильнике пусто. Или что сигареты кончились. А магазины закрыты. И сидишь, такой, с пустыми руками и пустым желудком, и думаешь: «Ну и дурак, надо было закупаться заранее». Но это мелочи. Ради свободы можно и потерпеть.
Гоша тоже иногда подкидывает проблемы. Он, как старый дед, тоже просыпается ночью. Начинает ходить по квартире, греметь миской, орать. Я сначала думал — может, заболел? А это он просто хочет, чтобы я с ним поиграл. В 4 утра. Ну, мы играем. Кидаем ему мячик (он уже не ловит, просто смотрит), гладим пузо. Потом он успокаивается и засыпает у меня на ногах. А я снова беру книгу.
Я где-то читал, что многие гении страдали бессонницей. Что они использовали это время для работы, для размышлений. Не знаю, гений ли я (скорее нет), но в чем-то мы похожи. Ночное бодрствование дает ощущение, что ты причастен к чему-то тайному, скрытому от остальных. Пока они спят, ты живешь. И это круто.
Сейчас я уже не парюсь из-за режима. Если захочу — посплю днем. Если нет — буду бодрствовать. Организм сам знает, сколько ему надо. Мои 39 лет — не тот возраст, чтобы подстраиваться под дурацкие стандарты «ложись в 10, вставай в 6». Я сам себе хозяин.
Так что, если вы тоже просыпаетесь ночью и злитесь — попробуйте мой метод. Не боритесь. Вставайте, делайте что-то приятное. Читайте, пишите, смотрите в окно. Увидите — через месяц вы полюбите эти часы. И станете суперменом, который живет 25 часов в сутки. Потому что те часы, что вы отвоевали у сна, — ваши по-настоящему. Остальное время мы тратим на еду, дорогу, работу, дурацкие разговоры. А ночь — только для вас. А нет, не получится, всем же работать надо. Ну ладно.
P.S. Сейчас 4:23 утра. Гоша спит у меня на коленях, чай остыл, за окном начинает светлеть. Я дописываю эту статью и чувствую себя счастливым. Спокойной ночи всем, кто ложится спать. И доброе утро тем, кто, как я, уже проснулся.