Найти в Дзене

«Дело Грязнова». Зачем власть судила мертвого. Искра Божья как мишень ненависти

Жизнь, полная приключений, противоречий и поиска духовного пути одного харизматичного и весьма неординарного человека показывает нам пример удивительного расхождения оценок и суждений. Для одних – разбойник, капиталист и хитрый делец. Для других – утешитель, миссионер и святой. Без полутонов и без серого цвета. Только крайности как в сакральном споре: плох или хорош человек. Уже после того, как его земной путь был окончен, и состоялся суд Божеский, он предстал перед судом человеческим. И в этом можно увидеть два непримиримых взгляда на душу человека, разделенных глубокой духовной колеей, разломом космического уровня. Праведный Василий Павлово-Посадский, в миру Василий Иванович Грязнов, говорил так: «Все скорби мира сего еще не беда переносить, а беда потерять веру в Бога, беда потерять жизнь христианскую, - это вот истинная беда, достойная плача и туги сердечной». Возможно, именно такой аргумент он привел бы в свою защиту, если бы суд состоялся при его жизни. В 1919–1920 годах по вс

Жизнь, полная приключений, противоречий и поиска духовного пути одного харизматичного и весьма неординарного человека показывает нам пример удивительного расхождения оценок и суждений. Для одних – разбойник, капиталист и хитрый делец. Для других – утешитель, миссионер и святой. Без полутонов и без серого цвета. Только крайности как в сакральном споре: плох или хорош человек. Уже после того, как его земной путь был окончен, и состоялся суд Божеский, он предстал перед судом человеческим. И в этом можно увидеть два непримиримых взгляда на душу человека, разделенных глубокой духовной колеей, разломом космического уровня.

Праведный Василий Павлово-Посадский, в миру Василий Иванович Грязнов, говорил так: «Все скорби мира сего еще не беда переносить, а беда потерять веру в Бога, беда потерять жизнь христианскую, - это вот истинная беда, достойная плача и туги сердечной». Возможно, именно такой аргумент он привел бы в свою защиту, если бы суд состоялся при его жизни.

В 1919–1920 годах по всей России проводилась кампания по вскрытию мощей. В октябре 1919 года сотрудники губернской ЧК произвели в Покровско-Васильевском монастыре обыск, во время которого были изъяты портреты, краткое житие, а также ковчег с хранившимися в нем нетленными перстами Василия Ивановича Грязного. 16 октября 1920 года в зале бывшего реального училища был устроен «суд» над почившим более пятидесяти лет назад праведником, а также над теми, кто почитал его за благочестивую жизнь. Целью суда было угасить в верующем народе любовь к нему и прекратить его почитание. Суд доказывал мошенничество и бандитизм подсудимого.

По результатам суда была издана брошюра Шпицберг И.А. «Святой Василий Грязнов: защита подмосковных акул текстильной промышленности», 2-е изд. Москва: Атеист, 1925. А впоследствие режиссёром Ч.Сабинского снят художественный фильм «Старец Василий Грязнов».

Но в 1999 году, Через 130 лет послесвоей смерти, Василий Иванович был канонизирован в лике местночтимых святых Московской епархии, и теперь мы его знаем как святого праведного старца Василия Павло-Посадского. Первый раз его канонизация в 1917 году была прервана революцией.

Давайте подробнее рассмотрим земной путь такого интересного человека, который даже после смерти вызывал ярость и ненависть с одной стороны и почитание и молитвы с другой.

Грязнов Василий Иванович родился в 1816 году в деревне Евсеево Богородского уезда Московской Губернии в крестьянской семье. Его родная деревня в прошлом была вотчиной Троице-Сергиевой Лавры, поэтому здесь особо почитали преподобного Сергия Радонежского. Василий Иванович получил домашнее образование. Глубокое религиозное чувство он унаследовал от родителей.

В юности работал на фабрике. Он быстро попал под влияние среды фабричных подростков, начал пить вино, весело проводить свободное время. Но заложенная при воспитании религиозная основа не давала ему в полной мере получать удовольствие от такого образа жизни. Он сам себя прозвал «грязным», это прозвище и осталось за ним навсегда - Грязнов.

Несмотря на окружение, Василий не оставлял молитвы и чтения духовных книг, что часто становилось предметом насмешек со стороны его товарищей. Излюбленным местом в Священном Писании становятся для него слова святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова: «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего».

Вскоре он нашел единомышленников по духовному настрою. Они стали собираться вместе для чтения Священного писания и святоотеческих книг, совместного посещения храма. Такое религиозное неформальное сообщество привлекало внимание. И вскорее случился первый конфликт.

Дело в том, что в XIX веке в окрестностях Павловского Посада жили старообрядцы. Благодаря беседам с Василием Ивановичем более 7 тысяч из них присоединились к Церкви. Его деятельность привлекла внимание купцов-староверов, которые хотели прекратить всяческое влияние и пошли на открытый конфликт. Предлогом стало обличение местного миллионера купца Широкова в тайной приверженности к расколу. Тот в свою очередь стал распространять слухи о том, что Грязнов опасен для православия, рассуждает о религии, толкует о том, чего не знает, завлекает молодежь.

В 1845 году по научению Широкова крестьянином Хреновым был сделан донос о том, что в Павловском Посаде образовалась «секта под названием фармазонской». По Высочайшему повелению было учинено следствие. Василий Иванович был арестован, но доносы не подтвердились.

Дальнейшая судьба Грязного связана с миссионерской деятельностью среди старообрядцев. Своим личным благочестием и беседой он привлекал сердца многих раскольников и благодаря его духовно-нравственному влиянию они воссоединялись с Православной Церковью.

Однажды на пути в одно село явился ему священномученик Харлампий и возвестил, что Господу угодно, чтобы Василий Иванович и дальше не оставлял духовным советом и помощью тех, кто благодаря его участию обратился к Православной Церкви. С тех пор Василий Иванович стал принимать в деревне Евсевьево всех обращающихся к нему за помощью. Отовсюду стекались к нему люди со своими нуждами. По свидетельству его духовного отца протоиерея Сергия Цветкова, он был добрый друг и помощник бедным, защитник притесненных и обиженных, опытный советник в делах затруднительных и приятный собеседник благочестивых людей. Когда в 1848 году в Павловском Посаде началась эпидемия холеры, по вере и молитвам Василия Ивановича никто из обращавшихся к нему за молитвенной помощью не умер от этой болезни.

С 1840 годов подвижническая деятельность Василия Ивановича тесно связана с владельцем платочной фабрики в Павловском Посаде, Яковом Ивановичем Лабзиным. Ко времени их встречи Грязнов стал купцом 2 гильдии и уже был достаточно состоятельным человеком. Семьи у него не было и всю энергию он отдавал работе и благотворительности. По делам службы Якову Ивановичу часто приходилось отлучаться из дома на длительное время. В его отсутствие Василий Иванович, находившийся постоянно на фабрике, надзирал за его имением, наблюдал за тем, чтобы все торговые дела совершались честно. Особую работу он проводил среди рабочих: утешал, помогал, выслушивал и наставлял.

Когда Яков Лабзин сделал Василия Ивановича совладельцем своей фабрики, для него открылась возможность заниматься благотворительностью. Он строил школы и богадельни. По свидетельству протоиерея Сергия Цветкова, любовь Василия Ивановича к ближним была так сильна, что он не щадил ни себя, ни своего состояния. Он помогал всем и каждому, помогал всегда и везде. Благотворительность его не ограничивалась кругом людей ему известных, к нему приходили многие люди из отдаленных селений, совершенно ему неизвестные, и щедрая рука его, управляемая добрым сердцем, всегда готова была помочь нуждающимся. Никто не уходил от него без щедрого подаяния и доброго совета.

Василий Иванович Грязнов пользовался особым расположением святого Филарета, митрополита Московского, который в 1858 году поручил ему наблюдать за строительством Спасо-Преображенской Гуслицкой обители совместно с ее первым настоятелем игуменом Парфением.

В октябре 1868 года Василий Иванович Грязнов и Яков Иванович Лабзин подали прошение о дозволении им устроить на свои средства мужской общежительный монастырь. В этот монастырь Василий Иванович выражал желание вступить сам вместе с собранной им общиной. 8 ноября 1868 года на прошение последовал отказ, так как средства, жертвуемые устроителями на содержание монастыря, были признаны недостаточными.

Хлопоты об устройстве монастыря в Павловском Посаде были возобновлены в январе 1869 года, но также не встретили поддержки со стороны епархиального начальства. Отказ на очередное прошение был получен через несколько дней после кончины Василия Ивановича.

После смерти Василия люди продолжали обращаться в молитвах к праведнику и получали помощь. Со временем число обращающихся с молитвой за помощью к почившему праведнику стало умножаться. Благодаря Якову Лабзину в 1874 году в Павловском Посаде на месте захоронения святого Василия был построен храм. Тело праведного Василия было перенесено в склеп придела во имя преподобного Василия Исповедника . В 1894 на месте храма был открыт Покровско-Васильевский монастырь.

После смерти святого праведного Василия еще более стало расти его почитание. По молитвам к нему, по совершении панихид на его могиле и помазания маслом от лампады, висевшей над гробницей Василия Ивановича, люди получали исцеления от своих недугов.

В настоящее время Покровско-Васильевская обитель действующий мужской монастырь Балашихинской епархии Русской православной церкви. Здесь находятся мощи святого Василия Павлово-Посадского и не прекращается его почитание. С различными просьбами и молитвами, как и более ста лет назад к нему идут люди и получают утешения.

Лично у меня остается только один вопрос: почему именно Василий Иванович Грязнов после своей смерти, через шестьдесят с лишним лет, притянул такую ненависть и желание причинить боль и обиду, уже не будучи живым? Не потому ли, что искра Божья в человеке вызывает неприятие всегда, сколько бы не прошло времени? И как не странно, но именно столь абсурдное судилище подчеркивает его святость. И как удивителен замысел творца: через суд и унижение, которые должны были бы стать окончательными в вопросе забвения и презрения Василия Грязнова как бандита и эксплуататора, была проложена светлая тропинка к его признанию.