Стоял однажды вечером после работы простой русский мужичок Иван Иванович на своем стареньком застекленном балконе, щурился сквозь утреннюю дымку и покуривал потихоньку сигаретку, наслаждаясь редким спокойствием после бессонной ночи с храпом жены и пьяными криками соседей снизу. Солнце лениво выглядывало из-за крыши напротив, рассыпая золотые искры по пыльному стеклу. Курил себе Иван Иваныч спокойно, мечтая о чашечке крепкого кофе и газетке свежей почитать, когда вдруг краем глаза заметил нечто странное.
На соседнем балконе сидела обычная сизая птица с хвостиком коротким и важным видом — обыкновенный городской голубь. Ничего особенного вроде бы, если б не одно обстоятельство: этот самый голубь сидел чинно-пречинно, лапками упираясь в полочку и... читал свеженький номер «Спорт-экспресса».
Иван Иванович сперва подумал, что сон не выветрился еще из головы. Потёр глаз пальцами, сплюнул аккуратно вниз, надеясь прийти в чувство. Но чудо оставалось на месте: голубь держал свою бумажную добычу крепко ногами и перебирал страницы длиннющим кривым клювищем.
Не выдержал любопытства хозяин балкона и тихонечко спросил:
— Ты чё, читать-то умеешь?
Голубь даже внимания особо не обратил, продолжая изучать спортивный раздел:
— А то! Пятнадцать годков уже тут проживаю — научишься поневоле. Вот позавчера целый кроссворд на остановке раскусил, пока семечек ждал. Строка там была такая: слово из семи букв, вид спорта такой с клюшкой… Знаете какое? — добавил голубь риторически, слегка повысив голос, чтобы перекрыть шелест бумаги.
Иван Иванович молча кивнул головой, совершенно поражённый происходящим.
— Хоккей! — победоносно закончил мудрый голубь, гордо расправив крылья. — Я ведь теперь регулярно упражняюсь, когда голод терпеть приходится!
Совершенно растерявшийся балконщик, нервно затянувшись сигаретой до самого фильтра, выдавил наконец-таки слабое подобие реплики:
— И давно уж такое мастерство проявляешь?
— Эх, батюшка мой! Когда жизнью жизнь живёшь уличную, волей-неволей привыкаешь быстро соображать, запоминать буквы, тренироваться почаще. Тут ещё хорошо бы алфавит усвоить основательно, чтоб ни одна буква мимо носа не пролетала. Ведь жить-то надоело уже почти, вот и развлекаюсь как умею...
Мужик посмотрел на крылатого интеллектуала с уважением и немного жалостью одновременно, чувствуя непередаваемую гордость за городскую среду обитания, воспитывающую таких талантливых существ.
И задумался Иван Иванович над смыслом услышанного: кто же больше достоин восхищения — тот ли, кто выживает благодаря случайностям судьбы, или тот, кто сам решает судьбу свою, приобретая способности вне пределов природы своей собственной?
А голубь продолжал увлечённо перелистывать страницы своего любимого издания, ловко добывая крошки знаний прямо здесь, среди серых стен многоэтажек большого города.
Иван Иванович продолжал разговаривать с умной птицей. Вот и сейчас, уставший от повседневных забот, он решил спросить своего нового крылатого друга о чём-то важном, возможно даже философском.
— Скажи-ка мне, дружище, а ты один такой умный? Ты же читаешь книжки... Или есть ещё среди вас подобные тебе?
Голубь слегка наклонил голову набок, внимательно взглянув на собеседника, будто взвешивая каждое слово перед ответом.
— Да нет, конечно, я не один такой… У нас целая династия читающих голубей началась уже давно. Мой прапрадедушка первым научился складывать буквы в слоги, потом сам изучил алфавит и принялся учить остальных. Теперь мы часто собираемся вечером, читаем друг другу вслух разные истории, стихи, иногда даже научные трактаты.
Иванович задумчиво кивнул головой, представляя себе стаю птиц, слушающую лекцию по философии или наслаждающихся рассказами Чехова. Но тут возник другой вопрос, который терзал его давно:
— Если вы такие продвинутые, почему тогда ваши коллеги продолжают гадить повсюду? Машины испачканы, крыши домов грязные, скульптуры, памятники… Почему такая несправедливость выходит?!
Голубь спокойно расправил крылья, погладив кончиками пальцев воздух вокруг себя, словно демонстрируя важность своих слов.
— Ну, понимаешь ли, Иван Иваныч, дело вовсе не в нашей культуре или образованности. Привычки остаются привычками, даже если голова полная знаний. Мы стараемся уважительно относиться ко всему окружающему миру, вот только природа диктует свои правила. Полёт требует облегчения тела, и тут уж ничего не поделать. К тому же никто пока не удосужился построить нам специальные места для туалета!
Человек вздохнул глубоко, улыбнувшись мудрой мысли птицы.
— Как же верно сказано! Нам бы тоже неплохо задуматься над этим вопросом… Хотя бы поставить несколько специальных платформ в людных местах…
Так беседовали друзья до самого вечера, обмениваясь мыслями и чувствами, раскрывая друг другу мир своей мудрости и опыта. Когда солнце окончательно спряталось за горизонт, голубь поднялся в небо, оставляя за собой лишь лёгкий след светлых мыслей и добрых намерений. В свободном полёте он сбросил несколько компактных «бомбочек». Удачно попал на голову ценному специалисту из-за рубежа, а также какому-то начальнику, которого пытался зонтом прикрыть водитель.
Глядя на произошедшее, Иван Иванович рассмеялся. Жизнь продолжается.