Москва не просто пережидает нефтегазовый шторм из-за ситуации на Ближнем Востоке, а использует его для перестройки экспортных потоков. На фоне роста цен до 100 долларов за баррель, снижения дисконта на Urals и неожиданных сигналов из Вашингтона о смягчении санкций разбираем сценарии, по которым Россия выходит из турбулентности с дополнительными доходами бюджета.
Москва предупреждала
Владимир Путин на совещании, посвящённом ситуации на мировых энергетических рынках и последствиям обострения конфликта на Ближнем Востоке, заявил: Москва не раз предупреждала, что попытки дестабилизации обстановки в Персидском заливе неизбежно поставят под удар глобальный топливно-энергетический комплекс, поднимут цены на нефть и газ, ограничат их поставки по всему миру и нарушат долгосрочные инвестиционные планы.
«Я посмотрел сегодня [9 марта] в 5:30 утра по Москве — где-то уже пробило 119 долларов за баррель… Сейчас, по-моему, 103, где-то там колеблется», — сказал Путин.
Он добавил, что аналогичная динамика наблюдается и на газовом рынке: поставки сжиженного природного газа (СПГ) с Ближнего Востока сократились, а мировые цены на голубое топливо растут ещё быстрее, чем нефтяные. В результате меняется баланс спроса и предложения.
В этой связи Путин призвал российские энергетические компании использовать текущую ситуацию для укрепления финансовой устойчивости: дополнительная экспортная выручка должна быть направлена на снижение «своей долговой нагрузки».
Сигнал Европе
Второй трек — Евросоюз. Путин сказал, что поручил правительству оценить целесообразность прекращения поставок российских нефти и газа в Европу до введения новых ограничений. При этом Москва готова продолжать сотрудничество, если европейские компании обеспечат долгосрочную и стабильную работу без политической конъюнктуры.
За несколько дней до совещания президент в интервью журналисту Павлу Зарубину заявил, что Россия допускает возможность пересмотра решений о поставках российских энергоресурсов в Европу, хотя пока это не решение, а «мысли вслух»:
«Может быть, нам выгоднее прямо сейчас прекратить поставки на европейский рынок. Уйти на те рынки, которые открываются, и там закрепиться».
При этом глава государства подчеркнул: Москва остается надёжным поставщиком энергоресурсов.
«И мы и будем работать именно в таком режиме с теми нашими партнёрами, которые сами являются надёжными нашими контрагентами, с такими, например, в Восточной Европе, как Словакия, как Венгрия», — заявил Путин.
Упреждающий удар?
Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, научный сотрудник Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков считает, что в контексте Европы, скорее всего, обсуждается рынок сжиженного природного газа.
Почему именно СПГ? Этот вид топлива легко переоформить, перенаправить на другие рынки, уточнил собеседник ForPost:
«Сейчас в Европу мы поставляем только с одного проекта СПГ — это «Ямал СПГ». Зимой [танкер] идёт как раз в западном направлении от Ямала и приходит в Европу. Дальше просто дойдёт до Индии через Суэцкий канал — и всё. В этом плане никаких больших проблем не возникнет. И почему, в общем-то, логично это сделать? Потому что «Ямал СПГ» имеет налоговые льготы: у него нулевая ставка налога на добычу полезных ископаемых на газ, она ему выдана на 12 лет с момента запуска. Пока она действует. И у нас, в принципе, нет экспортной пошлины на СПГ как таковой. И в этом плане бюджет особо ничего не получает от СПГ. Большие транспортные затраты будут у самой компании, у «Ямал СПГ», у собственников — «Новатека». Но это небольшая проблема, это несущественно ударит по экономике проекта».
В этом случае логично убрать СПГ из Европы, которая ещё не вышла из отопительного сезона, и перенаправить танкеры на азиатские рынки. В таком случае цены на газ рванут вверх, российская экономика будет в плюсе.
«"Газпром", когда добывает газ [для трубопроводных поставок, которые в Европе пока остаются], платит налог на добычу полезных ископаемых. Когда он вывозит этот газ, платит экспортную пошлину. Экспортная пошлина — это, условно говоря, 30% от рыночной цены. Поэтому есть смысл максимизировать рыночную цену, чтобы бюджету больше денег доставалось. Поэтому я думаю, что об этом речь идёт: танкеры-газовозы [с СПГ] чтобы уходили на азиатские рынки — пускай они там закрепляются, в общем-то, всё равно это произошло бы», — пояснил эксперт.
Уход с европейского рынка логичен и потому, что страны Евросоюза в 19-м пакете антироссийских санкций установили запрет импортировать российский СПГ по краткосрочным (начнёт действовать с 25 апреля 2026-го) и долгосрочным (с 2027-го) контрактам.
«Поэтому СПГ можно заранее перекинуть на альтернативные рынки», — сказал Юшков.
Вынужденные послабления
В Белом доме планируют смягчить ранее введённые против российской нефти санкции, передаёт Reuters со ссылкой на источники, знакомые с ситуацией: власти США опасаются, что высокие цены на топливо ударят по экономике страны и потребителям накануне промежуточных выборов в Конгресс.
Один из вариантов решения проблемы — частичное ослабление антироссийских санкций. Такой шаг мог бы увеличить мировое предложение сырья на фоне перебоев в поставках из стран Ближнего Востока, пишет СМИ.
Речь может идти как о широком смягчении ограничений, так и о точечных мерах — например, о разрешении отдельным странам покупать российскую нефть без риска санкций. Ранее США уже выдали временное разрешение Индии на закупку некоторых партий сырья из-за сокращения поставок из региона.
Плюсы для российской экономики
Игорь Юшков в текущей ситуации видит два плюса.
«В бюджете у нас заложена цена в 59 долларов за баррель. Поэтому сейчас, когда цена выросла, мы хотя бы компенсируем то, что недополучили в начале года с точки зрения нефтегазовых доходов. Это первый плюс, — сказал наш собеседник. — Второй плюс — дисконт на российскую нефть снизился. В начале нынешнего года он достигал 30 долларов на каждый баррель. И это тоже, в общем-то, нам мешало. А сейчас дисконт уменьшается за счёт того, что конкуренция за российскую нефть существенно выросла. Индия, Китай лишились ближневосточных поставок, хотят их чем-то компенсировать, в том числе российской нефтью, и конкурируют друг с другом за возможность купить нефть из России. И таким образом нам удаётся этот дисконт снижать. И это всё позволяет нам дополнительно зарабатывать».
По последним данным, цена на российскую нефть Urals приближается к 80 долларам за баррель, а в фактических сделках, по оценкам экспертов, она может достигать 90-100 долларов. Это увеличит валютную выручку компаний, часть которой поступит на рынок в период налоговых выплат, ссылается «Российская газета» на аналитиков, которые считают, что рост предложения валюты может укрепить рубль до уровня 74-76 рублей за доллар.
Насколько «потолстеет» бюджет, будет зависеть от того, как долго продлится конфликт на Ближнем Востоке, сказал ранее ForPost старший научный сотрудник Института экономических исследований Дальневосточного отделения РАН Максим Кривелевич.
Он напомнил, что нефтяной рынок работает не по принципу «сегодня купил — завтра привезли», поскольку поставки танкерами занимают длительное время. Именно поэтому, подчеркнул эксперт, любые риски на маршрутах, связанные с обстрелами, угрозами безопасности и возможными повреждениями судов, почти сразу приводят к пересборке сделок и изменению логистики поставок. И Россия пока в плюсе, так как точные сроки завершения конфликта на Ближнем Востоке не озвучены. Президент США Дональд Трамп ограничился коротким «думаю, скоро», сообщает CNN.
Поскольку у этого «скоро» нет конкретной даты, российские нефть, газ и СПГ могут улучшить экономическую ситуацию в стране и открыть новые рынки, с помощью которых удастся избежать новых нефтяных штормов.
Роберт Вочовский
Также этот материал и другие можно прочитать на нашем официальном сайте ForPost.
Подписывайтесь и высказывайте своё мнение. В следующих публикациях ещё больше интересного!