Ушла эпоха (и наставница мыльных опер): прощаемся с Марией О’Брайен, дочерью оскароносного Эдмонда

Дамы и господа, синефилы и просто сочувствующие! У нас тут снова повод для грустного вздоха, но давайте без лишнего пафоса и траурных маршей. 24 февраля, на 76-м году жизни, этот бренный мир (и вечно солнечный Лос-Анджелес) покинула Мария О’Брайен. И если вы сейчас нахмурили лоб, пытаясь вспомнить, кто это, то присаживайтесь поудобнее — я вам расскажу историю о настоящей «голубой крови» Голливуда.

Мария родилась в семье, где талант, похоже, подавали на завтрак вместо овсянки. Её папа — не кто иной, как Эдмонд О’Брайен. Да-да, тот самый брутальный обладатель «Оскара» за фильм The Barefoot Contessa, глыба нуара и человек с лицом, которое видело всё. Мама — Ольга Сан-Хуан, звезда музыкальных комедий. С такой генетикой у Марии был только один путь — на съемочную площадку, куда она и ступила уже в 1963 году в сериале Sam Benedict. Неплохо для старта, верно?

Вы могли видеть её в комедии Protocol (где она делила экран с искрящейся Голди Хоун — ох уж эти 80-е!) или в совершенно сюрреалистичной The Incredible Shrinking Woman с неподражаемой Лили Томлин. А список её появлений в сериалах читается как программа телепередач нашего детства, когда деревья были большими, а пульты от телевизора — кнопочными. Matlock, Murder, She Wrote (ну кто, скажите на милость, не попадал под подозрение к проницательной старушке Джессике Флетчер?), Magnum, P.I. (роскошные усы Тома Селлека передают привет!), L.A. Law… Это же просто энциклопедия американского телевидения!

Но вот вам поворот сюжета, достойный хорошего сценария: Мария была не просто актрисой. Она была тем самым «серым кардиналом», который учил других изображать страсть и отчаяние. Целых 15 лет она работала тренером по актерскому мастерству в бесконечной, как Вселенная, саге Days of Our Lives. Пятнадцать лет, Карл! Она учила звезд «мыла» держать лицо, даже когда по сценарию их персонаж воскресал в третий раз за неделю. Она ушла на пенсию только в 2022 году. Представьте уровень её терпения и дзен-буддизма.

И немного о серьезном, без шуток и иронии. Когда её великому отцу поставили диагноз болезнь Альцгеймера (а Эдмонд был одним из первых селебрити, кто открыто заговорил об этом кошмаре, не побоявшись стигмы), Мария не спряталась за темными очками. В 1983 году она выступала перед Конгрессом, буквально выбивая деньги на исследования. И ведь выбила! Так что, возможно, современная наука обязана ей чуть больше, чем мы думаем.

Она оставила после себя брата Брендана, сестру Бриджит и троих детей. Занавес опускается, но аплодисменты звучат тихо и уважительно. Спасибо за всё, Мария. Передавайте привет папе и скажите, что классический нуар снова в моде.