Сегодня, 22 марта, православный мир отмечает один из самых любимых в народе праздников — день Сорока мучеников Севастийских.
История праздника такова: в 313 году святой император Константин Великий подарил христианам свободу вероисповедания. Но власть во многих провинциях по-прежнему принадлежала язычникам, гонителям христиан. Так было и в городе Севастия, располагавшемся на территории современной Турции. В то время городским гарнизоном командовал ревностный язычник Агриколай. Зимой 320 года он повелел всем своим воинам совершить жертвоприношения идолам. Но сорок из них отказались выполнять волю командующего, заявив, что они — христиане и поклоняются только Богу истинному, а не истуканам. Сначала Агриколай уговаривал непослушных воинов, обещал повышение по службе, деньги. Потом стал угрожать тюрьмой и позорной смертью. Но воины отвергли все посулы и угрозы, и тогда правитель заключил их в тюрьму.
Узники усердно молились и ночью услышали голос: «Претерпевший до конца — спасется». Неделю спустя в город приехал знатный сановник Лисий и велел избить воинов — христиан камнями. Но камни летели мимо цели. Камень, брошенный самим Лисием, попал в лицо Агриколаю. Смущенные мучители вернули узников в тюрьму, чтобы подумать, как поступить с ними. Ночью в темнице воины снова услышали утешающий голос Господа: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные». На следующий день мучители связали воинов и повели к озеру, расположенному неподалёку от города Севастии. В тот день стоял сильный мороз. Воинам приказали раздеться и войти в ледяную воду, предупредив, что любой из них может сразу же согреться в топившейся на берегу бане, если отречется от Христа. Всю ночь воины мужественно переносили холод, ободряя друг друга. Они пели псалмы, несмотря на боль, причиняемую обморожением.
Один из воинов после нескольких часов не выдержал пытки, побежал на берег, к бане. Но едва он ступил на порог жарко натопленной бани, из-за резкого перепада температур кожа и плоть его стали отделяться, и он умер. Ночь длилась, и стражники, охранявшие место мучения, задремали. Не мог заснуть только один из них, Аглаий. В третьем часу ночи вдруг стало так тепло, что лед растаял. Аглаий увидел, что над озером разливается яркий свет, а над головами воинов светятся венцы. Венцов было тридцать девять — по числу оставшихся стойкими мучеников. Тогда Аглаий сбросил с себя одежду и с криком: «И я христианин!» — побежал к мученикам. Он молился: «Господи Боже, верую в Тебя, в Которого эти воины веруют. Присоедини меня к ним, да сподоблюсь пострадать с Твоими рабами».
Утром мучители вернулись и увидели, что воины еще живы, а вместе с ними — один из тюремщиков! Пытки были продолжены. Умирая от мучений, воины не переставали молиться и славить Истинного Бога. Лисий приказал уничтожить останки воинов, чтобы христиане не почитали мощи новых мучеников. Тела святых были сожжены на костре, а кости брошены в реку. Спустя три дня мученики явились во сне епископу Севастии Петру и повелели ему взять кости из реки. Епископ с несколькими священниками ночью тайно пришли к реке. О чудо: кости мучеников сияли в воде как звезды! Христиане собрали останки святых и с честью похоронили их.
…В России издавна существует обычай в день памяти Севастийских мучеников печь «жаворонков» — булочки в виде птиц. Почему именно жаворонков? Крестьяне, обращая внимание на то, что поющий жаворонок то взмывает ввысь, то камнем падает к земле, объясняли это особым дерзновением и смирением птиц перед Богом. Жаворонок быстро устремляется кверху, но, пораженный величием Господа, в глубоком благоговении склоняется вниз. Так жаворонки, по мысли наших благочестивых предков, олицетворяли собой песнь славы Господу, вознесенную мучениками, их смирение и устремленность ввысь, в Царство Небесное, к Солнцу Правды — Христу.