В 1993 году народная артистка РСФСР Екатерина Васильева, звезда «Обыкновенного чуда», «Чародеев» и «Экипажа», внезапно исчезла из кадра и со сцены. Коллеги шептались: «Ушла в монастырь». Никто не знал, что это не конец, а только начало самого долгого и честного пути в её жизни — пути от первого, неготового шага в обитель к настоящему пониманию себя.
Родилась Катя 15 августа 1945 года в Москве. Отец — известный поэт Сергей Васильев, мать — Олимпиада Макаренко, племянница великого педагога. Семья распалась рано, отец ушёл, денег не было. Девочка разносила почту днём, а вечером бегала в театральную студию. В 1962-м поступила во ВГИК, вышла замуж за Сергея Соловьёва, потом за Михаила Рощина, родила сына Дмитрия. Три брака, разводы, яркая, но тяжёлая жизнь актрисы, где успех соседствовал с одиночеством и, как она позже признавалась, с «несносным нравом» и бутылкой.
В 1987 году после тяжёлой операции на позвоночнике всё сломалось. Боль физическая открыла боль духовную. В глухом приходе она встретила священника Владимира Волгина, исповедалась впервые в жизни и почувствовала: «Вот оно». Крещение, первая робкая молитва — и внезапное решение: бросить всё. В 1993-м, в 48 лет, Екатерина ушла послушницей в Толгский монастырь под Ярославлем.
Но не получилось. «Я была не готова», — скажет она позже. Привязанность к профессии, которую всю жизнь считала смыслом, оказалась сильнее. Она вернулась в мир, работала казначеем в московском храме Софии Премудрости Божией, потом в храме Николая на Трёх Горах, где служил её сын, уже протоиерей Дмитрий Рощин. Снималась редко, только с благословения духовника — «для хлеба насущного». Роли выбирала строго: ничего, что противоречило бы вере.
Прошли годы. Эпидемия 2020-го закрыла театры, оставила её наедине с собой. В машине с батюшкой она случайно оказалась у стен Троице-Одигитриевской Зосимовой пустыни в Новой Москве. Настоятельница поговорила с ней один раз — и благословила остаться. В августе 2021 года, в 76 лет, Екатерина Сергеевна Васильева приняла иноческий постриг с именем Василиса.
Сегодня инокиня Василиса живёт в тихой обители недалеко от Наро-Фоминска. Её послушание — читать поминальные записки за усопших и молиться за живых. Сын, невестка и восемь внуков приезжают, друзья-крёстники навещают. Здоровье подводит, но внутри — покой, которого никогда не было.
В одном из последних разговоров она сказала простые и страшные слова:
«Я всю жизнь была эгоисткой. Не умела любить по-настоящему. Теперь учусь. Учусь прощать, видеть любовь в людях, видеть Бога. Цель моя — спасение души. Отмолить всё, что не могу простить себе. Шансов мало, но Бог, может быть, простит».
От первого, неудачного шага в Толгский монастырь до полного пострига прошло почти тридцать лет. За эти годы актриса, которая когда-то жила на ярком свету рампы, научилась жить в тишине. Она не ушла от мира — она наконец-то пришла к себе. Поняла, что настоящая роль — не на сцене, а внутри. Что любовь — не страсть и не аплодисменты, а ежедневное, тихое «прости» и «благодарю».
Екатерина Васильева (инокиня Василиса) не даёт интервью и не ищет публичности. Но её история — это история каждой души, которая однажды решилась остановиться и спросить: «Кто я на самом деле?»
От монастыря, где она впервые попыталась спрятаться от себя, до монастыря, где она наконец себя нашла. От «я — актриса» до «я — просто человек перед Богом». Это и есть настоящее понимание себя.