Дедушка учит деревенских детей играть в шахматы уже 22 года

Дедушка учит деревенских детей играть в шахматы уже 22 года

Когда в начале двухтысячных в деревне Большие Ключи закрыли единственный кружок по интересам, местные мальчишки, оставшись без дела, начали осваивать совсем другие «науки»: кто разбивал стекла в заброшенном клубе, кто пропадал до ночи неизвестно где. Николай Петрович, вышедший на пенсию железнодорожник, смотрел на это из своего окна и, как сам потом шутил, «чувствовал себя запасным игроком, который наблюдает за проигрышным матчем».

Он всегда любил шахматы. Еще на Дальнем Востоке, где работал, таскал доску в поезда, обыгрывал коллег, участвовал в соревнованиях. Переехав к дочери в эту деревню, он думал, что его турнирная история закончена. Но оказалось, что настоящая партия только начиналась.

Сначала он просто поставил доску на крыльце. Себе — стул, пацанам — скамейку. Мол, кто хочет попробовать? Подходили, конечно, не сразу. Сначала смеялись: «Дед, это для ботаников». Потом один самый любопытный, лет десяти, все-таки сел. Проиграл минут за пятнадцать, зато на следующий день привел друга. А через месяц на крыльце уже не хватало места.

Как это работает без денег и спонсоров

Николай Петрович не гений педагогики. Он просто сидит и играет. Или, если честно, чаще проигрывает — специально, чтобы у детей загорались глаза. Потом разбирает партию, показывает, где можно было сходить лучше. И так каждый день, кроме самых лютых морозов. Зимой они перебираются в его небольшую кухню. Бабушка, жена Николая Петровича, ворчит, что весь дом пропах мальчишками и в холодильнике за ночь ничего не остается, но сама же варит им какао и печет пирожки.

За 22 года через это крыльцо прошло больше сотни детей. Кто-то играл пару месяцев и бросал, кто-то задерживался на годы. Двое выполнили норматив кандидатов в мастера спорта. Один, которого в деревне считали совершенно «непробиваемым» хулиганом, сейчас преподает шахматы в областном центре и присылает Николаю Петровичу посылки с книгами.

Но главное, наверное, не в спортивных достижениях. Главное — что в Больших Ключах перестали бить стекла. Исчезла та самая подростковая тоска, когда не знаешь, куда себя деть, и идешь искать приключений. Мальчишки, которые когда-то стеснялись подойти к деду на крыльце, теперь сами приводят младших. Говорят: «Идите к Петровичу, он научит. Там интересно».

Секрет долголетия одной идеи

Недавно Николаю Петровичу стукнуло 78. Он шутит, что у него теперь две проблемы: артрит и очередь из желающих сыграть. Доска у него уже третья по счету — первые две стерлись до дыр. Спрашивают его часто: зачем тебе это, дед? Денег не платят, сил много уходит, а благодарность от детей — дело такое, непостоянное.

Он смеется и показывает на фигуры. Говорит, что в шахматах, как и в жизни, главное — не выиграть любой ценой, а просто не дать другому остаться одному. И что если у тебя есть что-то, чем можно поделиться — будь то знание, время или просто место за столом, — то грех это прятать.

Сейчас в деревне ходят слухи, что местная администрация наконец выделила под кружок отдельное помещение. Но Николай Петрович не торопится переезжать. Говорит, что на крыльце как-то привычнее, и пирожки бабушкины ближе. А дети — они ведь все равно придут. Приходят уже второе десятилетие. И, кажется, не собираются останавливаться.

Когда думаешь о таких историях, понимаешь: чтобы изменить жизнь вокруг себя, не нужно быть миллионером или обладать властью. Достаточно просто не проходить мимо, поставить стул на крыльце и терпеливо ждать, пока к тебе подсядет тот, кому это нужно больше всего.