Он бесплатно возит детей на конные прогулки в степь

Он бесплатно возит детей на конные прогулки в степь

В пригородном поселке, где до степи всего полчаса пешком, живет Кайрат. У него лошади. Не какие-нибудь породистые скакуны, а обычные, крепкие, с лоснящимися боками и мудрыми глазами. Сам Кайрат раньше работал на ипподроме, потом на стройке, а сейчас – просто человек с лошадьми. И каждые выходные, если погода не совсем зверская, он запрягает телегу и едет в поселок за детьми.

Началось все три года назад. Кайрат заметил, что мальчишки из соседних дворов целыми днями торчат в телефонах. Сидят на лавочках, согнувшись, как старички, и тыкают пальцами в экраны. Своих же детей у Кайрата нет – не сложилось. Но он подумал: «А чего они сидят? Вон степь рядом. Вон кони. Небо». И предложил соседскому пацану: «Хочешь прокачу?» Тот удивился, но согласился. Потом привел друга. Потом – еще одного.

Так и повелось. Кайрат выезжает рано, часов в девять утра. Лошади уже накормлены, телега чистая, в ней сено для подстилки и пара старых одеял – мало ли, утренник ударит. Едет по дворам, кричит: «Кто в степь? Выходи!» Дети высыпают кто в чем: в куртках нараспашку, в кедах, иногда – прямо в пижаме, если утром не успели переодеться. Кайрат не ругается. Говорит: «Степь пижаму не судит. Она главное – чтобы человек приехал».

В степи он их выгружает. Не просто катает, а дает возможность побыть с лошадьми. Можно покормить с руки, можно почистить, можно просто стоять рядом и слушать, как они дышат. Кайрат рассказывает про каждую: у этой характер вредный, но сердце доброе, эта – трусиха, а этот конь, старый Атаман, вообще когда-то в скачках участвовал, а теперь заслуженный пенсионер. Дети слушают с открытыми ртами. Потом он сажает их на лошадей – по одному, по два – и водит по степи шагом. Не быстро, чтобы успели оглядеться.

Самое удивительное – Кайрат ни разу не взял за это денег. Ни копейки. Родители иногда пытаются сунуть – отмахивается. «Я не таксу, – говорит. – Я просто вожу. Мне самим лошадям радость, когда они нужны. А без детей они заскучают». На корма уходит прилично, но Кайрат как-то выкручивается. Кто-то из благодарных родителей привозит мешок овса, кто-то помогает с сеном, местный фермер иногда подкидывает отруби. Живет Кайрат скромно, в старом доме, но ни разу не пожаловался.

Сейчас у него уже постоянная «группа». Человек пятнадцать детей разного возраста. Есть те, кто приходит каждые выходные, не пропускают. Есть те, кто боялся сначала, плакал, а теперь сам седлает коня. Кайрат каждого помнит по имени, знает, кто чего боится, кто на что способен. Говорят, он даже самых трудных ребят находит подход. Один мальчик, говорят, вообще не разговаривал с чужими, сидел в тележке всю дорогу молча. А через месяц стал рассказывать Кайрату про свой новый конструктор. Мать потом прибежала, плакала от радости.

Бывает, конечно, и курьезы. Однажды девочка лет семи накормила Атамана целым пакетом печенья, которое взяла из дома без спроса. Конь потом весь день фыркал и отказывался от овса. Кайрат тогда сказал: «Ничего, переживет. Главное – любовь». Или вот недавно трое мальчишек устроили в степи «ковбойский турнир» – с криками, с палками вместо револьверов. Лошади испугались, пришлось успокаивать. Кайрат тогда устроил им воспитательную беседу: «Степь – это не кино. Здесь тишина. Здесь надо уважать тех, кто рядом».

Зимой, когда снег глубокий, прогулки прекращаются. Но Кайрат все равно приходит в конюшню, чистит, кормит, разговаривает с лошадьми. А дети приходят к нему в гости – помогают, чем могут. Сидят в доме, пьют чай с травами, смотрят фотографии прошлых выездов. Кайрат им показывает: «Вот это вы прошлым летом. А это – два года назад, помните, как дождь застал?» Дети смеются, вспоминают.

Когда его спрашивают, зачем он это делает, Кайрат обычно мнется, отводит глаза. Потом выдает что-нибудь вроде: «А что мне еще делать? Сидеть у телевизора? Я лучше с конями. И детям польза. Они в степи дышат, спины распрямляют. А то сидят в этих телефонах – страшно смотреть. Степь же лечит. Проверено».