Как сейчас помню
В далёком 1996 году, холодным зимним вечером, ожидая троллейбуса на городской остановке общественного транспорта, я размышлял
О судьбах русской поэзии
— Почему люди перестали читать стихи? — задал я сам себе вопрос и сам же на него ответил.
— Потому, что они становятся людям неинтересны!
— Что делать?
— Писать стихи так, чтобы людям было их интересно читать.
После этого и появился…
«Поэт, философ, бизнесмен» Фёдор Самураев
От его имени я написал цикл стихов «БаNZаЙ», открывавшийся вот таким, не побоюсь этого слова, шедевром:
Я просто Фёдор Самураев —
Поэт, философ, бизнесмен,
Из новых русских, из хозяев,
Дитя реформ и перемен.
Имею я крутую фирму,
Под Дюссельдорфом особняк.
Хочу — лечу с подругой в Бирму,
Хочу — французский пью коньяк.
Пусть пред величием Вселенной
Бледнеет даже «Дойче банк»,
А я с поэзией нетленной
Въезжаю в Вечность, словно танк!
В этот же цикл вошли и стихи, которые можно отнести к разряду самопрезинтационных.
Мои стихи изящны, словно нэцкэ,
Многоголосы, как базар турецкий,
Остры, подобно лезвию стамески,
Таинственны, как в полночь занавески.
Гудящи, словно струи Ниагары,
Гремящи, как победные фанфары,
Щемящи, словно струны у гитары,
Звенящи, как бока у стеклотары,
Блестящи, словно грани у алмаза,
Прилипчивы, как в Африке зараза.
Они мощны, как парни из спецназа,
Они значительны, как Президента фраза,
Престижны, как кавказская папаха,
Обнажены, как гойевская маха,
Полифоничны, словно фуги Баха,
Трагичны, как на лобном месте плаха...
По этому стихотворению видно, что в основу поэтического творчества Фёдора Самураева были (мной) заложены: образность, эстетизм, лиричность, лаконичность, сакральность, патриотичность, энциклопедичность, брутальность и гуманизм. То есть всё лучшее, что есть в искусстве, и чем оно привлекает основную часть Человечества.
Цикл «БаNZаЙ» логично завершался вот этим духоподъемным стихотворением —
На биржу, как на вражий бастион
Я шел в атаки, не считая раны.
Я был в счета валютные влюблен —
Я их растил, как садовод тюльпаны.
Я устремлялся в бизнес, как лосось,
На нерест прущий по таежным рекам.
Я полз, как уж, и я пахал, как лось,
Но все же я остался ЧЕЛОВЕКОМ!
Все это, как любят выражаться литературные критики, ознаменовало новый период в моем творчестве, когда, как с конвейера, стали появляться все новые и новые шедевры, в том числи не совсем «самураевские» и совсем не «самураевские», которые люди с удовольствием читали в различных сборниках, журналах и газетах, где их время от времени публиковали. И слушали в моём исполнении на разного рода представлениях, а также в клубах, кабаках и просто на дружеских застольях.
Я до сих пор горжусь, что мне за чтение моих стихов наливали, потому что считаю это высшей степенью признания для настоящего поэта.
Правда, иногда сильно доставалось от критиков, уверенных в том, что Фёдор Самураев реально существует. Их раздражало наличие у него ярко выраженной индивидуальности и готовность, что называется, «резать правду-матку прямо в глаза» с точки зрения «поэта, философа и бизнесмена».
Помню, одна поэтесса из Прибалтики даже писала на лирические стихи Фёдора Самураева талантливые, остроумные и немного злые пародии, потому что её возмущало его отношение к женщинам.
А как же было не возмущаться, когда он писал о женщинах, к примеру, такое —
С утра твердило мне сознанье —
Ты конченный эгоцентрист.
Она — невинное создание.
Притормози, остановись!
Чем под Луною воздыханья,
Уж лучше водка и стриптиз...
Скажи ей просто: "До свиданья!".
Катись один по жизни вниз.
Возобладал к обеду разум,
Но многогранна чаша зла:
Забыв меня, она, зараза,
Такого встретила козла!
Или вот —
Я купил себе машину -
"Шестисотый Мерседес".
Как в младенчестве в малину
Я в салон ее залез.
Опустился на сиденье,
Взял в ладони черный руль,
И, застыв в оцепененье,
Ощутил, что я - не нуль,
Не "Шестерка", не "Девятка" -
"Шестисотый" и крутой,
Как в обертке шоколадка,
Элегантный и литой.
И, в себе почуяв беса,
Покатился по земле
Я в салоне "Мерседеса",
Или "Мерседес" во мне.
Мы неслись по автобанам,
По проспектам, площадям,
Мощью фар грозя туманам
И шипами шин дождям.
За чертой дорожной кромки
Зачарованно нам вслед
Замирали незнакомки,
У которых денег нет.
Незнакомкам, им не важно,
Что имеешь за душой.
В мире, где любовь продажна
Важен "Мерседес" крутой!
Или вот —
Я увезу тебя, малыш,
На месяц, может быть, в Париж,
Где прямо с Эйфелевой башни
Мы на Европу плюнем вниз.
С какого-то момента Фёдор Самураев стал жить самостоятельной жизнью — ему даже присылали эксклюзивные предложения об участии в бизнес-проектах, а наши с ним стихи так перемешались, что их уже невозможно было отделить друг от друга.
Ну а к Всемирному дню поэзии, отмечаемому, ежегодно 21 марта, каковое сегодня и наступило, я хочу предложить вам, мои дорогие читатели, вот это, несколько легкомысленное, но зато по теме, стихотворение —
Образ закручен, словно волчок.
Рифма отточена, как каблучок.
Строчки, как стежки.
Точки, как клепки.
Ну не стихи, а сплошные обновки!
Даже крылатый проказник Амур
Лук и колчан приобрел "от кутюр".
Резвый Пегас на парнасовом склоне
С модным седлом стал похожим на пони.
Муза капризная в тунике тонкой
Вдруг рассмеялась счастливой девчонкой.
Братья поэты, красивые строчки
Жизнь украшают, как свадьбу цветочки.
Отринем страшилки, унынье, цинизм...
Прославим веселье, гламур, романтизм!
И парное к нему —
Образ раскручен,
Как маховик.
Строчки, как рельсы.
Стих — броневик!
Рифмы рокочут,
Рифмы трубят,
Словно пророчат,
Словно хотят
В душу забраться,
Поднять за собой
В самый последний
Решительный бой!
Звуки затихнут,
Образ сотрется.
Гулко поэт в пустоте
рассмеется...
И эти четыре философские двустишья из цикла «Обрывки» —
Я томики стихов давно не раскрываю.
Они на гробики усопших чувств похожи.
***
"Распалась связь времен…" —
Шекспир нам напророчил...
***
Мне в вакууме хочется пожить.
Там никого не продают за деньги.
***
Ты думаешь нам легче стало жить
С твоей таблицей, Дима Менделеев?
***
1991 — 2000
И еще вот это, немного мистическое (для смартфона — слишком длинные сточки, поэтому можно не мучаться, а просто пролистать дальше) —
В поэзии есть выходящие за рамки обыденности вещи…
Так, настоящий высокохудожественный образ непременно получается вещий…
Поэтому при раскладе таком
Ни в коем случае никогда ничего нельзя писать о плохом.
(Если вы, конечно, не какой‑нибудь там чёрный маг,
Или начинающий поэт, или, извините за откровенность, обыкновенный дурак.)
«А вспомни‑ка сам‑то частенько, что ты вытворяешь, приятель!» —
Воскликнет мой въедливый, склонный к сарказму читатель.
Рубаху рванув на груди и румянцем покрывшись, раскаюсь:
Братишка, ты прав на все сто! Грешен, слаб, иногда увлекаюсь.
Ведь «путь наш во мраке» — в Писании, кажется, сказано так…
А может, я это… Ну, в общем… Не глупый… Не чёрный… А просто какой‑нибудь серенький маг?
Ну и, наконец,
О „ХХХ“ в моих стихах
«ХХХ» были. Я это не отрицаю. Но они самоликвидировались. Вот, например —
Ты откроешь стройные ножки
И прикусишь легонько губу.
Занавешены будут окошки —
И никто никому ни гу-гу.
Я сыграю ноктюрн вдохновенья
На расплавленных страстью губах.
И этюдами прикосновенья
Прозвучу на запретных лугах.
.................................
.................................
................................
.................................
И зачем сочинять мне сонеты
О волшебной и страстной любви.
Пусть над этим корпеют поэты,
Раз другого не могут они.
Я давно не пишу стихи
Почему? Для всего свое время:
Алкоголь, никотин, эротика...
Андеграунд, поп-арт, рококо...
Надоело! Теперь — только готика,
Бах, монашки, орган, молоко...
С Всемирным Днем Поэзии всех поэтов и любителей стихов!
Ваш