Он бесплатно учит детей-инвалидов рисовать

Он бесплатно учит детей-инвалидов рисовать

В маленькой художественной студии на цокольном этаже всегда пахнет красками и почему-то печеньем. Печенье здесь не продают, просто педагог Игорь Николаевич каждое занятие приносит пачку — дети любят перекусить в перерыве.

Студия эта не проходная. Сюда приводят детей, которым обычная школа искусств сказала бы "нет". Детей с ДЦП, с синдромом Дауна, с расстройствами аутистического спектра. Игорь Николаевич никогда не отказывал никому. За восемь лет через его руки прошло больше сорока учеников.

Сам он художник-оформитель, когда-то работал в театре. Началось всё с племянника. У сестры родился мальчик с ДЦП, и Игорь Николаевич, чтобы хоть как-то отвлечь ребенка, принес ему краски. Мальчик сначала просто мазал бумагу, потом начал выводить линии, а потом вдруг нарисовал что-то, от чего сам художник замер. Это было не "каля-маля". Это был взгляд.

Он работает бесплатно. Совсем. Студию ему выделил местный дом культуры — подвальное помещение, но сухое, светлое после ремонта, который Игорь Николаевич сделал сам. Краски и кисти — что-то покупает сам на свои скромные сбережения, что-то приносят бывшие ученики. Однажды местный магазин канцтоваров отдал целую коробку с истекшим сроком годности — краски, говорит, отличные.

Самое удивительное, говорит Игорь Николаевич, что эти дети учат его рисовать заново. Обычная художественная школа учит правильно: перспектива, светотень, анатомия. А здесь правил почти нет. Мальчик Коля, который не может держать кисть в руке, рисует пальцами. Девочка Алиса с аутизмом может три часа подряд выводить одну линию — тонкую, идеально ровную.

У каждого ребёнка свой подход, свой темп. Он сам придумывает приспособления — утолщенные ручки для кистей, специальные держатели. Это уже отдельное искусство — приспособить мир под конкретного человека, чтобы он мог творить.

Родители сначала не верят. Приводят ребенка, сами стоят в коридоре, переживают. А потом смотрят, как их сын или дочка выходят из студии с рисунком в руках, и у них глаза светятся. Одна мама рассказала: её дочь, которая почти не разговаривает, нарисовала дом. Просто дом, с трубой и солнышком. Но нарисовала сама. Для неё это было первое слово, только красками.

Игорь Николаевич говорит, что его главная награда — это когда рисунки детей висят на стенах в их квартирах. Не потому, что это "лечебная терапия". А потому что это искусство. Настоящее. Он даже выставку однажды устроил в городской библиотеке. Пришло много народу, никто не мог поверить, что эти работы — детей с особенностями.

Конечно, бывает тяжело. Иногда детей нет, иногда родителей нет, иногда денег на материалы просто нет. Бывало, что он доедал гречку неделями, чтобы купить хорошие акварельные краски. Но он никогда об этом не рассказывал ученикам. Зачем им знать? Они приходят за радостью.

Сейчас в студии занимается двенадцать человек. Кто-то приходит два раза в неделю, кто-то — один. Игорь Николаевич помнит каждый рисунок. Говорит, что неудач у них почти не бывает. Просто иногда получается одно, а иногда — совсем другое. Но это не значит, что другое — плохое.

Он не считает себя героем. Говорит: "Я просто делаю то, что умею. И мне нравится делать это здесь. Здесь воздух другой".

На днях в студию пришла новая девочка. Трехлетняя, с ДЦП, тяжелая форма. Мама плакала в коридоре, не верила, что дочь сможет. Игорь Николаевич посадил девочку на колени, обмакнул её ладошку в синюю краску и прижал к бумаге. Девочка посмотрела на синий отпечаток, потом на него. И улыбнулась.

Игорь Николаевич говорит, что ради таких минут он и работает. Бесплатно, без выходных. Потому что когда человек, который не мог держать кисть, начинает рисовать — это и есть чудо. А чудеса, считает он, должны быть доступны каждому. Без очереди и без ценника.