Найти в Дзене
ЧИТАТЬ ПОЛЕЗНО!

Комментированное чтение классики. Лев Толстой. Война и мир. (Материал 30)

Том 3, часть 1, главы 20-23 Комментарий В Москве распространились слухи о планах Наполеона занять к осени обе российские столицы – Петербург и Москву. Ростовы получили известие о награждении Николая Георгиевским крестом. Пятнадцатилетний Петя должен был готовиться к поступлению в университет, но после начала войны решил пойти в гусары. Пьер Безухов приехал к Ростовым. Наташа возобновила занятия пением, от чего испытывала неловкость. «- Граф, что это, дурно, что я пою? – сказала она, покраснев… - Нет… Отчего же? Напротив … Но отчего вы меня спрашиваете? - Я сама не знаю, - быстро отвечала Наташа, - но я ничего бы не хотела сделать, что бы вам не нравилось. Я вам верю во всём. Вы не знаете, как вы для меня важны и как вы много для меня сделали!.. Как вы думаете, простит он меня когда-нибудь? - Я думаю, ему нечего прощать… Ежели я был на его месте… - По связи воспоминаний, Пьер мгновенно перенёсся воображением к тому времени, когда он, утешая её, сказал ей, что ежели он был не он, а лучши
Лев Николаевич Толстой в мундире подпоручика. Придворный фотограф Сергей Львович Левицкий. 1856
Лев Николаевич Толстой в мундире подпоручика. Придворный фотограф Сергей Львович Левицкий. 1856

Том 3, часть 1, главы 20-23

Комментарий

В Москве распространились слухи о планах Наполеона занять к осени обе российские столицы – Петербург и Москву.

Ростовы получили известие о награждении Николая Георгиевским крестом. Пятнадцатилетний Петя должен был готовиться к поступлению в университет, но после начала войны решил пойти в гусары.

Пьер Безухов приехал к Ростовым. Наташа возобновила занятия пением, от чего испытывала неловкость.

«- Граф, что это, дурно, что я пою? – сказала она, покраснев…

- Нет… Отчего же? Напротив … Но отчего вы меня спрашиваете?

- Я сама не знаю, - быстро отвечала Наташа, - но я ничего бы не хотела сделать, что бы вам не нравилось. Я вам верю во всём. Вы не знаете, как вы для меня важны и как вы много для меня сделали!.. Как вы думаете, простит он меня когда-нибудь?

- Я думаю, ему нечего прощать… Ежели я был на его месте… - По связи воспоминаний, Пьер мгновенно перенёсся воображением к тому времени, когда он, утешая её, сказал ей, что ежели он был не он, а лучший человек в мире и был бы свободен, то он на коленях просил бы её руки, и то же чувство жалости, нежности, любви охватило его, и те же слова были у него на устах.

- Да вы – вы, - сказала она, с восторгом произнося это слово вы, - другое дело. Добрее, великодушнее, лучше вас я не знаю человека, и не может быть».

Комментарий

За обедом в доме Ростовых обсуждали городские новости: французы уезжали из Москвы, дворяне стали нанимать русских учителей и меньше говорить по-французски.

Соня вслух прочитала манифест Александра I.

«В это время Петя, на которого никто не обращал внимания, подошёл к отцу и, весь красный, ломающимся, то грубым, то тонким голосом, сказал:

- Ну теперь, папенька, я решительно скажу, что вы пустите меня в военную службу, потому что я не могу… вот и всё…

Графиня с ужасом подняла глаза к небу, всплеснула руками и сердито обратилась к мужу.

- Вот и договорился! – сказала она.

Но граф в ту минуту оправился от волнения.

- Ну, ну, - сказал он. – Вот воин ещё! Глупости-то оставь: учиться надо.

- Это не глупости, папенька. Оболенский Федя моложе меня и тоже идёт, и главное, всё равно я не могу ничему учиться теперь, когда… - Петя остановился, покраснел до пота и проговорил-таки: - когда отечество в опасности.

Комментарий

Весной 1812 года граф Ф.В. Ростопчин (1783-1826) был назначен военным генерал-губернатором Москвы. В романе Толстой использует написание фамилии Растопчин.

Задолго до начала войны Фёдор Васильевич проявил себя как борец против галломании. Он не только поддерживал антифранцузские настроения в городе, но и лично участвовал в написании листовок патриотического содержания. Эти листки расклеивали, подобно афишам, на стенах домов, на заборах и называли «афишками».

Регулярно в афишках печатались военные сводки.

Ростопчин контролировал организацию народного ополчения и сбор средств на нужды армии не только в Москве, но и в соседних губерниях.

Летом 1812 года в Москву приехал Александр I, и Ростопчин организовал ему достойный приём.

Император пробыл в Москве неделю, встречался с представителями разных сословий, что укрепило его авторитет и способствовало сбору средств.

Толстой показал воодушевление народа встречей с императором. Огромная толпа заполнила территорию Кремля. Среди желающих увидеть царя был Петя Ростов, которого чуть не задавили в толпе.

15 июля Александр I встретился с дворянством и купечеством Москвы в Слободском дворце. Император выступил с речью.

«Господа! – сказал дрогнувший голос государя… - Никогда я не сомневался в усердии русского дворянства. Но в этот день оно превзошло мои ожидания. Благодарю вас от лица отечества. Господа, будем действовать – время всего дороже…

Государь замолчал, толпа начала тесниться вокруг него, и со всех сторон слышались восторженные восклицания.

Пьер не чувствовал в эту минуту уже ничего, кроме желания показать, что ему всё нипочём и что он всем готов жертвовать. Узнав, что граф Мамонов жертвует полк, Безухов тут же объявил графу Растопчину, что он отдаёт тысячу человек и их содержание».

Комментарий

Л.Н. Толстой в главе XXII лишь упомянул имя издателя журнала «Русский вестник» С.Н. Глинку (1775-1847). Но о нём можно сказать подробнее. Сергей Николаевич был незаурядной личностью в истории русской культуры, в частности журналистики. В 1808 году он начал издавать свой журнал с антифранцузским направлением. Летом 1812 года он одним из первых записался в народное ополчение, выступал с речами на городских площадях и рынках. После Бородинского сражения в Москву привозили раненых, и Глинка ухаживал за ними, перевязывал раны, приобретал на собственные средства медикаменты.

Александр I оценил патриотическую деятельность С.Н. Глинки, наградив его орденом Святого Владимира 4 степени.