На примере своей обезличенной кассационной жалобы, направленной в Третий кассационный суд общей юрисдикции по делу о признании фактическим воспитателем опекаемого, погибшего при участии в специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики и Украины, его родной сестры, оформившей после гибели родителей опеку над братом, постараюсь донести всю суть несправедливой, с точки зрения неограниченного круга лиц (фактических воспитателей/опекунов/приемных родителей ребят, погибших в зоне СВО), правоприменительной практики, сформированной Верховным Судом РФ, которая по сути, лишила эту категорию лиц полагающихся выплат в связи с гибелью бывших воспитанников. Сформированная в октябре 2025 года судебная практика, оформленная в кассационном определении ВС РФ от 27.10.2025г. по делу 80-КГ25-4-К6, никак не стыкуется ни с положениями двух Федеральных законов РФ, ни с политикой и позицией Президента РФ В.В. Путина и Правительства РФ, направленной на всемерную защиту прав и интересов как военнослужащих, так и членов семей, воинов, погибших/раненых в ходе СВО. ... Все подробности ситуации, анализ норм действующего законодательства излагаю в приведенном ниже тексте обезличенной жалобы. Очень надеюсь, что она может пригодится тем, кто отстаивает права указанной категории лиц (разрешается к копированию и использованию)...
------------------------------------------------------------------------------------
КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на Решение ___________ районного суда г.Калининграда
от _______года по делу __________,
на Апелляционное определение Калининградского областного
суда от ___________г. (дело № ____________)
Решением ____________ районного суда г. Калининграда от ______ 2025 года (мотивированная часть судебного решения изготовлена _______), постановленным по результатам рассмотрения гражданского дела № __________, в удовлетворении исковых требований ________ о:
- признании её лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего ------______________, _____г.р., погибшего ________, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия,
- признании за ней права право на получение страховой выплаты по случаю смерти ____________, фактически воспитывавшегося истицей после смерти его родителей более 5 лет, то есть с ____г. и до достижения им восемнадцатилетнего возраста, которая в силу положения действующего законодательства, а именно: Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" (п.3 ст.2), Федерального закона от 14 июля 2022 г. N 315-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", относится к кругу лиц (выгодоприобретателем) по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица при исполнении обязанностей военной службы как лицо, фактически воспитывавшее и содержавшее застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.
- об обязании ответчика АО «СОГАЗ» произвести в пользу ____________ страховую выплату, предусмотренную Федеральным законом от 28.03.1998г. №52-ФЗ по случаю смерти ____________ при исполнении им обязанностей военной службы в ходе исполнения специальных задач на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, погибшего __________г..,
было отказано.
В обоснование принятого решения были положены следующие выводы суда:
«Каких-либо относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что истец являлась фактическим воспитателем __________ на протяжении пяти лет до момента достижения им совершеннолетия не представлено, как и не представлено доказательств, подтверждающих факт содержания истцом_________ за счет собственных денежных средств.
В данном случае в течение пяти лет до достижения совершеннолетия ___________. находился под опекой истца, за что ей выплачивалось опекунское пособие.
Сведений о посещении истца с __________. лечебных учреждений, доказательств того, что она полностью занималась его воспитанием, образованием, заботилась о нём, и что он находился на её содержании, отсутствуют»
Будучи несогласной с принятым решением в связи с существенным нарушением судом первой инстанции норм процессуального права (судом первой инстанции не было оценено ни одно из представленных истицей доказательство), и в связи с неверным применением норм материального права, регламентирующего порядок и условия признания лицом фактическим воспитателем, осуществления соответствующих выплат указанной категории лиц выплат в связи с гибелью ранее опекаемого ими военнослужащего, повлекшие за собой принятие судом абсолютно необъективного, необоснованного и несправедливого судебного решения, истец _______ обжаловала его в Калининградский областной суд.
Апелляционным определением суда от ______2025г. в удовлетворении апелляционной жалобы _____________ было отказано.
При этом, суд апелляционной инстанции фактически проигнорировал все доводы, изложенные в апелляционной жалобе по факту допущенных судом первой инстанции нарушений норм процессуального и материального права. В частности, обязанность суда исследовать и проанализировать в решении представленные сторонами доказательства, ни одно из которых суд первой инстанции в своем решении не отразил.
Фактически единственным основанием для принятия Калининградским областным судом незаконного, необъективного и несправедливого решения послужила правовая позиция, изложенная в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 октября 2025 года по делу 8-КГ25-4-К6, на которое суд апелляционной инстанции прямо сослался своем решении (реальный номер дела 80-КГ25-4-К6).
Прямо сославшись на указанное решение ВС РФ, которое касалось иного спора, суд апелляционной инстанции фактически уклонился от рассмотрения апелляционной жалобы по существу, и привел указанное выше определение ВС РФ как аксиому, распространяющую своё действие абсолютно на всю категорию граждан, которых Государство в лице Президента РФ, Правительства РФ специально, дополнительно принятыми поправками к Закону, которыми лица на протяжении более 5 лет воспитывали до 18-летнего возраста бойцов, погибших в ходе проведения СВО, были фактически приравнены к членам семьи погибших воинов, имеющих право на получение соответствующих выплат.
Суд апелляционной инстанции указал в решении в обоснование его следующее: «... между тем, при рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребенка (будущего военнослужащего, участника СВО), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счет своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства, предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребенка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях))...».
Законодатель, принимая поправки к Федеральному закону от 14 июля 2022 г. № 315-ФЗ«О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым был уточнён перечень выгодоприобретателей по обязательному государственному страхованию, в круг лиц, имеющих право на выплату страхового возмещения, включил в него лиц, признанных фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели), а также принимая поправки в ст. 2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации", согласно которой субъектами обязательного государственного страхования являются: лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель),никакие оговорки в определении статуса данных лиц относительно получения ими как опекунами «опекунских» вообще не упоминал !
Ни одна из формулировок уточнений к Федеральным законам не содержала говорку после слов «содержащее застрахованное лицо» словами «за счет собственных денежных средств» !
Суд апелляционной инстанции установил из представленной органом опеки справки, что истец получала выплаты опекунского пособия на содержание несовершеннолетнего «в период с 01.10.2009г. по 31.07.2011 года по 5 000 рублей ежемесячно, с 01.08.2011г. по 31.07.2017г. по 6500 рублей ежемесячно. Также в 2010-2015 годах выплачивалось ежегодное пособие на подготовку опекаемого к школе в размере 4000 рублей»..
А теперь обратим внимание на то, что переданные под опеку дети не находятся на полном государственном обеспечении !
Путем абсолютно простого арифметического вычисления можно установить, что
- размер полученного истцом пособия на содержания её родного брата в период с 01.10.2009г. по 31.07.2011г. , то есть за 22 месяца, равен 110 000 (сто десять тысяч) руб.,
- размер полученного истцом пособия на содержания её родного брата в период с 01.08.2011г. по 31.07.2017г. , то есть за 71 месяц, равен 461 500 (четыреста шестьдесят одна тысяча пятьсот) руб.,
- размер полученного истцом пособия на подготовку брата к школе за 5 лет (2010-2015) равнялся 20 000 (двадцать тысяч) рублей.
Итого, истец _______ за период с октября 2009 года и по конец июля 2017 года, то есть за 8 лет опеки над братом получила от государства опекунское пособие в размере всего 591 500 (пятьсот девяносто одна тысяча пятьсот) рублей !
А лишил Ленинградский районный суд г. Калининграда и Калининградский областной суд истца страховой выплаты в размере более 3 200 000 (три миллиона двести тысяч) рублей !
Выводы суда и первой , и апелляционной инстанции о том, что ________ находился на полном государственном обеспечении (а данный вывод следует из смысла решения), по причине того, что истица получала на содержание опекаемого ребёнка опекунское пособие, не выдерживают никакой критики, так как размер выплачиваемого опекунского пособия (например, в 2011 году) всегда был ниже даже размера минимальной потребительской корзины (опекунское пособие в 2011 году составляло 5 500 рублей, а минимальная потребительская корзина, в которую входят только продукты питания, составляла 6045 рублей, о чем свидетельствуют открытые источники информации) !
О том, кто и на какие денежные средства приобретал одежду и обувь для ребёнка, средства гигиены для него, обеспечивал с материальной стороны возможность его занятия спортом и занятия в дополнительных кружках, приобретал лекарственные препараты для него в случае его заболевания, оплачивал возможность активного отдыха ребенка в период каникул, суд в решении не указал.
Не указал суд в решении и того, кто тогда, по его мнению, если родная сестра погибшего ______, которая после смерти родителей, будучи не обязанной к этому, фактически поставив интересы своего брата выше своих личных интересов, сразу после достижения ею 18-летнего возраста, фактически работая на двух работах, оформила опеку над братом, являлся его воспитателем, если ребенок жил в семье своей сестры ?!
При этом, ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции абсолютно не приняли во внимание тот факт, что, передавая из детского дома несовершеннолетнего _______ под опеку его сестре – истцу ___________, государство сэкономило огромные бюджетные средства, поскольку на протяжении более 8 лет ________, являясь опекуном своего родного брата, фактически «освободила» бюджет от необходимости содержать ребенка в детском доме, что обходилось бы государству (с учетом положений правовых и подзаконных актов) в размере минимум от 50 000 до 150 000 рублей ежемесячно (в период с 2009 по 2017г.г.). Получаемое опекунское пособие не стоит ни в каком сравнении от суммы затрат на содержание одного ребенка в детском доме в месяц.
И даже если брать «экономию» государства с учетом выплачиваемого опекунского пособия (50 т.р. против 6,5 т.р.) по минимальному порогу, государство экономило на передаче ребенка из детского дома под опеку как минимум 43 000 рублей, что за 8 лет составляет сумму в размере минимум 4 128 000 рублей (8 лет х 12 мес. х 43тр = 4 128000 руб.)!!!
То есть истец __________, забрав брата из детского дома, фактически сохранила для бюджета сумму в размере более 4 млн. рублей, затрачивая на содержание брата денежные средства, зарабатываемые ею с 18 летнего возраста на двух работах, так как опекунское пособие не позволяло даже прокормить брата, не говоря уже о покупке всех необходимых ему вещей и предметов для его развития и воспитания.
Назвать данную арифметику справедливой невозможно !
Как и нельзя назвать справедливым тот факт, что на момент принятия по иску __________ решения по всем регионам страны имелось больше количество положительно рассмотренных судами дел по заявлениям граждан об установлении факта воспитания на протяжении более 5 лет детей, оставшихся без попечения родителей, впоследствии погибших в ходе СВО.
В указанной ситуации имеет место не пример зарождения судебной практики правоприменителя, которая должна была быть оформлена, по мнению истца, как минимум в соответствующем Обзоре судебной практики ВС РФ или в Постановлении Пленума ВС РФ, а имеет место быть необоснованная сегрегация.
Следуя логике суда первой и апелляционной инстанции, ни один опекун или приемный родитель в указанной ситуации не может рассчитывать на получение соответствующих выплат предусмотренных Законодательством, так как наверно, из сотней тысяч или миллионов приемных родителей и опекунов, в том числе воспитывавших ребят, погибших на СВО и подпадающих под определенную категорию лиц, только считанные единицы отказывались от опекунских, не очень больших пособий.
Отсюда возникает вопрос – а зачем тогда Законодатель вообще указал данную категорию как лиц, которым полагаются страховые выплаты за погибшего военнослужащего, без оговорки о том, что фактическим воспитателем может быть признан только тот, кто отказался от опекунских ?!...
Но это то, что касается вопроса морально-этической стороны справедливости постановленных решений.
Что до существа обжалуемых судебных решений хотелось бы отметить ряд существенных процессуальных нарушений, допущенных судами:
Так, согласно ч.1 ст.195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным, а согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч.4 ст.1, ч.3 ст.11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.55, 59-61,67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Указанным требованиям обжалуемое судебное решение не отвечает, так как при постановлении судебного решения судом первой инстанции не были изучены и не отражены в самом судебном решении все обстоятельства, относящиеся к предмету спора, не изучено и не проанализировано ни одно представленное стороной истца доказательство, и в целом - неверно применены нормы материального права.
При постановлении судебного решения суд первой инстанции ссылался на ряд федеральных законов, касающихся правового положения детей-сирот, оставшихся без попечения родителей, их опекунов и попечителей, а также и регламентирующих порядок оказания помощи субъектам данных правоотношений. При этом, при формировании доводов к отказу в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил их положений указанных законов в свете нормативного регулирования вопросов выплаты алиментов ранее опекаемых в пользу своих опекунов, попечителей, приемных родителей (что следует из смысла текста абз.2 л.4 решения).
Но в указанной ситуации речи об алиментных обязательствах конкретного физического лица (опекаемого) перед другим физическим лицом (опекуном, приемным родителей) вообще не идет: предмет обращения в суд касается, в том числе, правоотношений между государством (которое принимает на себя обязательства выплатить страховую сумму) и физическим лицом (опекуном).
Суд первой инстанции сослался на абзац 9 статьи 1 ФЗ от 21.12.1996г. № 159-ФЗ, а также на ст.31 ФЗ от 24.04.2008г. № 48-ФЗ (название ни одного из Федеральных законом в судебном решении не приведено).
Федеральный закон "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" от 21.12.1996 N 159-ФЗ, регулирует отношения, возникающие в связи с предоставлением и обеспечением органами государственной власти дополнительных гарантий по социальной защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц, потерявших в период обучения обоих родителей или единственного родителя (ст.2).
В свете рассмотрения иска ________ указанный закон имеет к предмету спора практически касательное отношение, лишь раскрывая понятия, применяемые в нём.Статья 1 указанного ФЗ раскрывает основные понятия, применяемые в указанном Федеральном законе, а именно, раскрывает понятия: - дети-сироты; - дети, оставшиеся без попечения родителей; - лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; - лица, потерявшие в период обучения обоих родителей или единственного родителя; - организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; - опека и попечительство; - приемная семья; - полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; - полное государственное обеспечение и дополнительные гарантии по социальной поддержке при получении профессионального образования и (или) при прохождении профессионального обучения; - выпускники организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; - дополнительные гарантии по социальной поддержке.
При вынесении решения суд первой инстанции, в мотивировочной части сославшись на абзац 9 ст.1 указанного ФЗ, проигнорировал абзац 6 ст.1 ФЗ, прямо относящийся к рассматриваемому спору: «... Опека и попечительство - форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов; опека устанавливается над детьми, не достигшими возраста 14 лет; попечительство устанавливается над детьми в возрасте от 14 до 18 лет...».
То есть, указанный ФЗ, на который прямо ссылается суд первой инстанции, указывает на то, что опека и попечительство как форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, непосредственно связана с целью их содержания, воспитания и образования.
Соответственно, истица, являясь опекуном своего родного брата, после смерти родителей, как раз и осуществляла перечисленные в данном понятии функции по защите его прав и интересов, в том числе по воспитанию, содержанию и образованию своего брата.
Доказательства этому были представлены в судебные заседания. По мнению истицы, данные доказательства являются последовательными, взаимоподтверждающими, и объективными.
- В материалы дела представлен полный пакет документов, подтверждающих факт оформления истицей опеки над братом.
- Истица __________, давая показания в суде, подробно рассказала обстоятельства оформления опеки над братом, пояснила, где именно они с братом как одна семья проживали с ней, из каких средств она содержала брата, указала на учебные учреждения, которые посещал брат.
- Подробными показаниями свидетеля ______________ , являющейся тетей погибшего ___________, в судебном заседании были полностью подтверждены доводы истицы, изложенные в исковом заявлении о том, что по достижении истицей совершеннолетия, она оформила опеку над родным братом и вплоть до его совершеннолетия, проживая совместно с ним, воспитывала и содержала его как члена своей семьи.
- Согласно информации, представленная Отделом социальной защиты населения Администрации муниципального образования «_____________ муниципальный округ Калининградской области», «...В период с 10.11.2009г. и по 09.07.2017г. гр. _________ являлась законным представителем своего брата ______________ ______ г.р., осуществляла уход за ним, сопровождала его в школу, учреждения дополнительного образования (кружки) и здравоохранения, принимала все необходимые решения о защите прав и законных интересов несовершеннолетнего, в том числе: - по вопросам образования (участвовала в родительских собраниях) и нахождении ребенка в образовательных учреждениях; по вопросам, связанным с физическим воспитанием; по вопросам медицинского обслуживания.... Установленные в ходе работы с семьёй обстоятельства свидетельствуют о том, что гр. _______ добросовестно исполняла обязанности опекуна над своим братом________ ______ г.р., в течение восьми лет».
Указанная информация в письменном виде не затребована стороной истца, а была представлена третьим лицом в суд по прямому запросу суда.
- Также в судебное заседание была представлена фототаблица с фотоизображениями истицы, её брата и других членов её семьи в различные годы, в различное время года, в различных локациях, которые, по мнению истицы, лишний раз доказывают факт совместного проживания погибшего _________ с его раннего детства в семье истицы.
Ни одно из представленных доказательств критике суда в судебных заседаниях не подвергалось, при этом ни одно из доказательств своего отражения в судебном акте ни в критическом, ни в положительном ключе вообще не нашло: суд представленные доказательства не анализировал ни по отдельности, ни в их совокупности, и при принятии решения в самом решении сведений ни по одному из представленных доказательств не привел.
Соответственно, доводы суда о том, что «каких-либо относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что истец являлась фактическим воспитателем _______ на протяжении пяти лет до момента достижения им совершеннолетия не представлено, как и не представлено доказательств, подтверждающих факт содержания истцом _________ за счет собственных денежных средств) и о том, что «...сведений о посещении истца с _________ лечебных учреждений, доказательств того, что она полностью занималась его воспитанием, образованием, заботилась о нём, и что он находился на её содержании, отсутствуют» по мнению стороны истца, являются абсолютно необоснованными.
Обжалуемое Определение судебной коллегии Калининградского областного суда вообще не содержит никакого анализа доводов апелляционной жалобы в части не исследования судом первой инстанции доказательств, представленных стороной истца при одновременном выводе суда «об отсутствии доказательств фактического воспитания»... Данный вывод суда первой инстанции является надуманным и абсолютно необъективным.
Истец считает, что при постановлении судебного решения, суд первой инстанции ошибочно посчитал, что она как опекун, якобы, не имеет право на получение выплаты по обязательному государственному страхованию в связи с гибелью военнослужащего, так как не является членом семьи прямо указанных в Федеральных законах.
Вывод суда об этом является явно ошибочным, постольку поскольку, возможность получения страховой выплаты в связи с гибелью родного брата, которого она воспитывала на протяжении более восьми лет, гарантировано ей, с учетом её фактического статуса, который она и просила зафиксировать суд, несколькими Федеральными законами РФ.
Так, Федеральным законом от 14 июля 2022 г. № 315-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» был уточнён перечень выгодоприобретателей по обязательному государственному страхованию, в круг лиц, имеющих право на выплату страхового возмещения, были включены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).
В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" применительно к рассматриваемому гражданскому делу субъектами обязательного государственного страхования являются:
- страховщики - страховые организации, имеющие лицензии на осуществление обязательного государственного страхования и которые выбираются в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (АО «СОГАЗ»);
- страхователь - федеральные органы исполнительной власти (Министерство обороны Российской Федерации) и федеральные государственные органы, в которых законодательством Российской Федерации предусмотрены военная служба, служба;
- выгодоприобретатели - застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица следующие лица:
супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним;
родители (усыновители) застрахованного лица;
дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей;
отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет;
несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, его дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях;
подопечные застрахованного лица;
лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта)".
Вместе с тем, в соответствии с пп. «а» п. 1 Указа Президента Российской Федерации «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее по тексту - Указ Президента РФ) в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с ч. 11 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».
Частью 11 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» закрепляет, что членами семьи военнослужащего независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются;
1) супруга (супруг), состоящая (состоящий) на день гибели (смерти, признания безвестно отсутствующим или объявления умершим) военнослужащего в зарегистрированном браке с ним;
2) родители военнослужащего;
3) дети, не достигшие возраста 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, - до окончания обучения, но не более; чем до достижения ими возраста 23 лет;
4) лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, в течение не менее" пяти лет до достижения им совершеннолетия (далее - фактический воспитатель).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряжённых со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014г.№22-П).
Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности её статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 г. № 18-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвёртый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П).
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причинённого гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности,
- пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»)
- и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8-10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
Необходимо отметить, что такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).
Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 11 августа 2020 г., к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).
Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 г. № 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе её статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).
В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 г. № 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 24 мая 2001 г. № 8-П, от 5 апреля 2007 г. № 5-П, от 3 февраля 2010 г. № 3-П, от 27 февраля 2012 г. № 3-П, от 15 октября 2012 г. № 21-Пи др.).
Из приведённых нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, в числе которых выплаты выгодоприобретателям страховой суммы по обязательному государственному страхованию.
К поименованному в пункте 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ кругу лиц (выгодоприобретателям) по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица при исполнении обязанностей военной службы в силу Федерального закона от 14 июля 2022 г. № 315-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» отнесены фактические воспитатели - лица, признанные судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия. При определении права указанных лиц на получение мер социальной поддержки по обязательному государственному страхованию, связанных с возмещением вреда, причинённого гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы, должны учитываться конституционные принципы равенства, справедливости и соразмерности, не допускающие различий в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания.
Из всего указанного выше следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве лиц, имеющих право на получение страховой суммы, фактических воспитателей военнослужащих. Цель такой выплаты - компенсировать лицам, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, оставшегося без родителей, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
________ 2022 года в рамках объявления мобилизации ____________ добровольно прибыл в военный комиссариат г._______ Калининградской области, где подписал соответствующий контракт, после чего был направлен для прохождения военной службы в войсковую часть ________, где был зачислен в списки личного состава в должности старшего снайпера отделения (снайперов) мотострелковой роты мотострелкового батальона, после чего приступил к исполнению своих обязательств.
В период с__________ 2022 года по ________ 2022 года ________ проходил подготовки в войсковой части ________ и находился там на полном обеспечении.
_____________ 2022 года ________ убыл в служебную командировку в зону СВО с целью выполнения специальных задач на территории Украины. Через __________ дней после прибытия в зону СВО, ____________ года _________ погиб при выполнении боевого задания в период прохождения действительной военной службы.
Оспариваемыми решениями судов первой и апелляционной инстанции истец ____________, воспитавшая своего брата добрым, ответственным парнем в духе любви к Отечеству, неукоснительном соблюдении требований закона, фактически (по смыслу решения) была признана судом лицом, не воспитывавшим своего брата, на заботившаяся о нём после смерти их родителей, и не обеспечивавшая его, что является не просто не соответствующим действительности, но и в первую очередь не справедливым ни к ней, ни к памяти погибшего _________, и никак не стыкуется с политикой Президента РФ В.В. Путина и Правительства РФ, направленной на всемерною защиту прав и интересов как военнослужащих, так и членов их семей, воинов, погибших/раненых в ходе СВО.
В соответствии со ст. 379.7 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Заявитель кассационной жалобы считает, что судом первой и апелляционной инстанций при рассмотрении гражданского дела существенно были нарушены нормы материального, а также процессуального права, а выводов суда, содержащихся в обжалуемых судебных постановлениях, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, что свидетельствует о явном неправосудном характере обжалуемых решений, которые, по мнению заявителя, безусловно, должны быть отменены с принятием по делу нового Решения, которым исковые требования истца были бы удовлетворены.
На основании изложенного и в соответствии со статьями 376-379.7 ГПК РФ,
ПРОШУ:
Принять к рассмотрению настоящую и удовлетворить настоящую кассационную жалобу :
Отменить как незаконное и необоснованное _________ от ________ года (мотивированная часть судебного решения изготовлена _______), постановленное по результатам рассмотрения гражданского дела № _________, которым в удовлетворении исковых требований __________ отказано,
Отменить Апелляционное Определение судебной коллегии по гражданским делам _______________, постановленное ______________г. по делу ____________, которым решение ______________ оставлено без изменения, апелляционная жалоба истца ________________ без удовлетворения.
Принять по делу новое решение, удовлетворив заявленные исковые требования _________________
Приложения:
«____» ______ ______ г.
