«Он появлялся в Москве и в российских телепередачах, потому что понимал, что его консервативные установки часто совпадают с убеждениями русских. И ему тут нравилось. Потому что Чак Норрис в детстве спал не с плюшевым, а с настоящим медведем. Собственно, я к тому, что всё равно никто не поверил, что Чак Норрис умер. Потому что он не может умереть. Пока мы будем про него шутить».
Самое удивительное не то, что Чак Норрис умер. Удивительно, насколько он до сих пор популярен среди самых разных людей.
То есть актёр, пик славы которого пришёлся на 1980-е годы, вдруг оказался настолько популярен как мужчина и персонаж, что в сети пишут, что это не смерть пришла за ним, а он пришёл за ней.
Это скорее из тех самых интернет-мемов, из паблика шуток про Чака Норриса…
Но вы знаете ещё какого-нибудь актёра 1940 года рождения, про которого выдумывают мемы и шутки в 2020-х?
Возможно, если бы его друг Брюс Ли не погиб так рано, то шутили бы и про него. Хотя нет.
Чак Норрис для огромного количества людей никакой не актёр. Для американцев он один из плеяды первопроходцев боевых искусств, которые в 1960—1970-е годы открыли массам искусство тхэквондо, карате, джиу-джитсу, после чего вся страна покрылась сетью «студий». Оттуда же такие спортсмены, ставшие актёрами и режиссёрами, как покойный Кэррадайн, как доселе живой и здоровый и очень московский Стивен Сигал.
Популярность Чака Норриса как исполнителя ролей (пока не будем использовать слово «актёр») в СССР совпала с появлением видеомагнитофонов, и тут сошлись два мощных фактора. Для одних Норрис и Брюс Ли были проводниками новой спортивной культуры — карате, и это ошарашило энтузиастов. Правда, тут же государство решило пригасить энтузиазм — и по поводу карате, и по поводу самих видеомагнитофонов. Но получилось не очень.
Для других Норрис буквально во всех своих фильмах стал явлением ходячей справедливости. Симпатичный брутальный мужик с чувством юмора творит справедливость здесь и сейчас — кулаком, ногой и автоматом. То есть натуральный богатырь из былин — то ли Илья Муромец, то ли Алёша Попович, то ли Гойко Митич, которого так не хватает по жизни. Да и в искусстве, потому что до появления Данилы Багрова никто так и не смог создать такой образ бродячей справедливости у нас в кино. Поэтому восприняли Норриса как своего. И по нынешним меркам тотально обиженных он уже тогда был не слишком политкорректным на экране. Потому что Чак Норрис настолько крут, что, когда он ложится спать, овцы считают его («Факты о Чаке Норрисе»).
Его первый «нормальный» фильм — «Путь дракона» (1972) с его другом Брюсом Ли. И вовсе не в Америке, а в Гонконге, когда гонконгское кино было реально феноменом. Спросите про это кино Тарантино — буквально все его фильмы так или иначе цитируют уникальные гонконгские боевики. Создатель образа настоящего мужчины Стив Маккуин был горд, что сумел завлечь в кинобизнес Чака Норриса. И дальше знамя «добра с кулаками» понёс уже именно Норрис. Потому что когда Чак Норрис режет лук, то лук плачет.
В мире, где вчерашние звёзды никому не нужны через год-два, Карлос Рэй Норрис умудрился оказаться вечно актуальным. Потому что единственным человеком, который мог делить любое значение на ноль, был он. Согласно мему. А может, потому что он и по жизни был хорошим мужиком, который ничего не боялся. Обаму в президенты? Да вы с ума сошли. Чак был против. Он появлялся в Москве и в российских телепередачах, потому что понимал, что его консервативные установки часто совпадают с убеждениями русских. И ему тут нравилось. Потому что Чак Норрис в детстве спал не с плюшевым, а с настоящим медведем.
Собственно, я к тому, что всё равно никто не поверил, что Чак Норрис умер. Потому что он не может умереть. Пока мы будем про него шутить.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.