В «Три плюс два» стал замечать детали, которые раньше проходили мимо. Не потому что фильм плох (напротив!), а потому что после сотни просмотров начинаешь видеть то, что обычно скрыто от глаз. И знаете что? Эти маленькие оплошности делают картину ещё роднее.
Классика, которая не стареет
Когда в 1963 году режиссёр Генрих Оганисян выпустил эту комедию, вряд ли кто-то думал, что спустя десятилетия зрители будут разбирать её по кадрам. Сценарий Сергея Михалкова (да-да, того самого автора про дядю Стёпу) оказался настолько живым, что фильм собрал больше 35 миллионов зрителей.
Сюжет прост до гениальности: три москвича приезжают отдыхать на крымское побережье — и там сталкиваются с двумя девушками, которые тоже считают это место своим. Начинается комедия положений, которая плавно перетекает в романтику.
Главные роли:
- Наталья Кустинская (Наташа) - Наталья Фатеева (Зоя Павловна, дрессировщица) - Андрей Миронов (ветеринар Роман) - Евгений Жариков (дипломат Вадим) - Геннадий Нилов (физик Степан Сундуков)
На «Кинопоиске» у фильма 8 из 10 — и это заслуженно.
Перцы-хамелеоны и другие киночудеса
Вот тут начинается самое интересное. Снимали картину в Новом Свете, под палящим крымским солнцем — и, видимо, съёмочный процесс шёл не всегда гладко.
Первое, что бросается в глаза:
На 6-й минуте в кадре висят перцы на верёвке — зелёные и бурые. К 13-й минуте, когда появляется Зоя Павловна, они вдруг краснеют и становятся крупнее. Понятно, что съёмки шли не один день, но эффект забавный: будто перцы решили дозреть прямо на экране.
Вещи, которые живут своей жизнью:
В сцене с панамкой и очками Сундукова (того самого «Сундука») происходит магия. Сначала очки лежат на камне, накрытом книгой. Зоя жмёт на клаксон автомобиля — и в следующем кадре очки уже на песке, а стул отъехал в сторону. Видимо, монтажёры не досмотрели дубли.
Буква «Ж» меняет форму
На 33-й минуте герои делят лагерь на мужскую и женскую зоны. Зоя губной помадой выводит букву «М», а парни рисуют белой краской «Ж».
Проходит время — и эта самая «Ж» выглядит совершенно иначе. То ли краска потекла, то ли переписывали между дублями, но факт остаётся фактом: буква меняет начертание прямо в процессе действия.
Фрукты-невидимки в ресторане
Сцена на 55-й минуте: Вадим и Наташа в ресторане, официанта играет сам Оганисян. На столе — ваза с фруктами. Официант разливает вино, фрукты на месте. Он ставит бутылку и уходит — и тут же часть фруктов исчезает, а виноград располагается по-новому.
Это классический киноляп, который встречается в десятках фильмов той эпоры. Просто раньше никто не перематывал кадры назад, чтобы сравнить.
Записка-телепорт
Ближе к финалу Вадим кладёт записку от девушек в левый карман пиджака. Снимает пиджак, вешает на автомобиль — и в следующей сцене достаёт её из правого кармана брюк.
Вот тут я честно засмеялся. Либо записка умеет перемещаться, либо снимали дубли вразнобой и забыли согласовать детали.
Почему это не портит впечатление?
Знаете, что самое удивительное? Все эти нестыковки совершенно не мешают любить фильм. Более того — они делают его человечнее. В эпоху компьютерной графики и цифрового монтажа такие огрехи кажутся милыми.
Я вырос на этой картине. Помню, как в детстве смотрел её с родителями по телевизору — и тогда мне казалось, что это самая весёлая история на свете. Сейчас, пересматривая её уже сотый раз, я нахожу новые слои: иронию Миронова, обаяние Кустинской, лёгкость сценария Михалкова.
Эти ляпы — не брак, а свидетельство живой работы. Снимали под открытым небом, в жару, с ограниченным бюджетом — и создали то, что до сих пор собирает миллионы просмотров.
А вы замечали эти несоответствия? Или есть другие любимые детали в фильме? Делитесь в комментариях — интересно, кто ещё так же внимательно пересматривает советскую классику.