Они думали, что спустя десятилетия их точно не найдут. Следы смыты, улики сгнили, но они ошибались. Есть место, где дела, которые «повисли» в прошлом веке, сегодня получают свой финал.
В Экспертно-криминалистическом центре ГУ МВД России по Ростовской области раскрывают преступления, которые были совершены несколько десятков лет назад. Корреспондент rostov.aif.ru побывала в этом центре, узнала, что лежит в чемоданчике эксперта-криминалиста и своими глазами увидела, как работают люди, для которых нет понятия «срок давности». Подробности — в материале rostov.aif.ru.
Зубила и кисточки из белки
В штате центра около 340 специалистов, работающих в десяти профильных подразделениях. Для многих сотрудников эта служба становится делом всей жизни.
Подполковник полиции Владимир Захаров работает в криминалистике уже тридцать лет. Стоя рядом со служебной машиной, заполненной специальным оборудованием, он признается: остановиться в развитии нельзя ни на минуту.
«Мир не стоит на месте, способы преступления меняются, и мы должны применять новые методы», — говорит Владимир Захаров.
Бывает так, что на полу подозрительное пятно, и непонятно, что именно.
«Кровь, краска, может быть, кетчуп. Для быстрого определения гемоглобина существуют специальные тест-полоски», — объясняет эксперт.
Работа криминалиста часто романтизирована в кино, но в реальности она требует скрупулёзности и порой нестандартных решений. К примеру, в чемодане эксперта лежат кисточки из шерсти белки. Захаров объясняет, что синтетика здесь недопустима.
«Все натуральное, потому что следы очень нежные. Важно их не испортить», — отмечает эксперт.
Но рядом с деликатными инструментами соседствуют совсем грубые: молотки, зубила и стамески. Они нужны, когда след нельзя просто снять на плёнку. Иногда приходится вырезать кусок двери вместе с замком, вырубать фрагмент паркета или забирать целый подоконник.
«Иногда хозяева помещений недовольны. Что поделать. Это же в интересах людей изымается», — поясняет эксперт.
Сам процесс осмотра начинается не с поиска отпечатков, как принято считать, а с фиксации обстановки.
«Любой осмотр места происшествия начинается с фотосъёмки», — рассказывает порядок действий Захаров. Сначала снимают общую панораму, иногда с квадрокоптера, потом объект, и уже в конце — детали с линейкой.
За тридцать лет службы у Владимира Захарова было много дел, но одно из первых запомнилось особенно. Тогда разыскивали убийц предпринимателя. Они угнали машину, а потом бросили её.
«Был сильный мороз. Машина замёрзла. Её доставили в гараж, чтобы она оттаяла. Мы долго её изучали и, наконец, нашли совсем небольшой отпечаток на зеркале. У убитого предпринимателя была такая же фамилия, как и у меня, поэтому я запомнил это дело», — вспоминает он тот случай.
Владимир Захаров ответил на вопрос о том, насколько правдоподобно сериалы отражают будни криминалистов.
«На экране всё динамично и зрелищно, тогда как наша работа требует терпения, методичности и внимания к деталям», — признаётся эксперт.
Найти по ДНК
По словам руководителя центра, полковника полиции Романа Семянова, одно из самых динамично развивающихся направлений — биологические исследования. ДНК-анализ становится главным инструментом в поиске преступников, скрывавшихся годами.
Роман Семянов привёл пример успешного применения такого анализа. В ростовском микрорайоне Суворовский в парковой зоне обнаружили тело женщины. Эксперты взяли биологический материал. После сверки с федеральной базой личность преступника была установлена. Более того, выяснилось, что он причастен к аналогичному преступлению начала 2000-х, совершённому ещё в 19-летнем возрасте.
Сотрудники лаборатории биологических исследований занимаются установлением личности человека, в том числе и на основе изучения черепа. Как отметила руководитель подразделения Дарья Шпурикова, эксперты часто работают с останками разной степени сохранности.
«Череп может быть неполным или иметь следы внешних воздействий. Задача специалиста — провести анализ, чтобы реконструировать прижизненные черты, определить пол, антропологическую принадлежность, ориентировочный возраст, а также классифицировать повреждения: получены они при жизни или посмертно», — комментирует эксперт.
Обычно черепа направляются в лабораторию в рамках расследований по делам об обнаружении неопознанных тел, имеющих признаки насильственной смерти.
Процедура небыстрая. В зависимости от состояния черепа она может занимать около двух недель.
Классические методы
В отличие от относительно новых ДНК-исследований, дактилоскопия остаётся классическим и широко применяемым инструментом криминалистики. Ведущий специалист отдела капитан полиции Дарья Ерёмина поясняет, что отпечатки пальцев анализируют при расследовании преступлений, проверке подлинности документов, а также для опознания.
«Первоначально поверхность обрабатывается специализированным порошком, проявляющим папиллярные узоры. Затем на след накладывается дактилоскопическая плёнка для фиксации. Если поверхность влажная, предварительно применяется особый состав, и только спустя 20–30 минут можно приступать к изъятию отпечатков», — описывает технологию Ерёмина.
Для работы с бумажными носителями (банкноты, расписки, договоры) используется другой реагент, после обработки которым следы приобретают характерный фиолетовый оттенок.
Однако не все материалы одинаково удобны для дактилоскопии. Натуральная древесина, например, представляет сложность: её пористая структура впитывает потожировые следы, делая их практически недоступными для изъятия.
Современные эксперты не просматривают отпечатки вручную: автоматизированная система сопоставляет данные с обширной базой и формирует список вероятных совпадений.
Особенности почерка
В структуре центра работает и подразделение по исследованию документов. Эксперты напоминают: даже при заполнении обычного договора важны нюансы. Рекомендация проста: сначала текст, затем подпись, и только после — печать. Если оттиск частично перекрывает подпись, это может стать важным маркером.
Один из случаев касался подмены страницы в документе. Злоумышленники попытались воспроизвести подпись владельца, но комплексное исследование показало: подпись выполнена другим человеком. В другом деле сотрудник госучреждения, пытаясь скрыть хищения, меняла наклон и размер букв в документах. Однако экспертиза подтвердила: все записи сделаны одной рукой.
Анализ почерка — ещё один эффективный метод в арсенале следствия. Эксперт почерковедческого направления майор полиции Анна Бендик рассказала, что манера письма отражает когнитивные особенности личности.
«Почерк каждого человека уникален. Даже при внешнем сходстве всегда найдутся отличия в форме букв, интервалах, наклоне или силе нажима», — уточнила специалист.
По почерку можно примерно установить пол и возраст автора. С годами почерк может меняться под влиянием физиологических факторов, например, ухудшения зрения.
«При наличии объёмного образца текста пол определить реально: мужское письмо чаще отличается угловатостью и выраженным нажимом», — отмечает Анна.
Технологии не стоят на месте. Так что нарушителям, подчёркивают криминалисты, нужно понимать: практически каждое преступление однажды будет раскрыто.