Если вы думали, что «Поле чудес» — это ностальгическая барахолка с дурацкими призами и попытками угадать букву «Ё», то вы глубоко ошибались. Оказывается, это самое прогрессивное (или, боюсь даже предположить, программное) шоу на нашем ТВ.
В последнем выпуске от 20 марта случилось то, от чего у любого айтишника случится нервный тик, а у нормального родителя — когнитивный диссонанс. В студию вышла руководитель вокальной студии «Комильфо» из Волгограда Анастасия Серебрякова со своим детским коллективом, чтобы спеть нам главный хит этого сезона. Гимн новой эпохи.
Текст, достойный пера Задорнова, если бы он увидел нашу реальность:
«Отключили интернет, блогов нет, каналов нет, мы играем в бадминтон, что за жуткий сон».
Стоп. Давайте вдумаемся. Дети в 2025 году поют о том, что игра в бадминтон на фоне отсутствия связи — это «жуткий сон». То есть они осознают весь ужас происходящего? Или, по задумке авторов, бадминтон — это такой новый скилл, который заменяет «ТикТок»? Я запутался.
Дальше — больше. Нам доходчиво объясняют, что «телефоны ни к чему», а «мониторов синий цвет» больше не испортит обед. Видимо, авторы текста всерьез полагают, что синий свет экрана влияет на усвояемость борща сильнее, чем отсутствие соли.
Но самое сочное — это припев. Этот рефрен, который хочется вырезать на скрижалях российского телевидения:
«Не хотим, не хотим — не поймаешь сети.
Не сидим, не сидим в вашем интернете.
Не хотим, не хотим — не сидим, не сидим.
Объявляем год — все наоборот».
Это не песня. Это политическая программа, зарифмованная в формат «ми-ми-ми».
Давайте будем честны. Когда мы слышим фразу «Отключили интернет», у любого адекватного человека мурашки идут по коже не от радости, а от ужаса. Для нас это — потеря связи с миром, невозможность работать, крах привычной жизни. Но для героев «Поля чудес» это, видите ли, повод поиграть в ракетку.
А теперь посмотрите на лицо Леонида Якубовича во время этого выступления. Это не лицо веселого ведущего, который раздает призы. Это лицо человека, который понимает: он участвует в трансляции, которую, возможно, смотрит один-единственный, но самый главный зритель в Кремле. Взгляд Якубовича — это зеркало всей нации: «Мы делаем вид, что поем, вы делаете вид, что верите, а бадминтон у нас почему-то теперь — инструмент государственной безопасности».
У меня такое чувство, что всё государственное телевидение сейчас работает по новому принципу: «Главное, чтобы понравилось Верховному главнокомандующему». Если ему нравится идея, что дети должны петь о вреде «ВКонтакте» и славить офлайн, значит, завтра «Первый канал» будет в прайм-тайме показывать мастер-класс по плетению корзин вместо «Голоса».
Это хуже, чем в Советском Союзе. Там хотя бы была «АБВГДейка» с внятной педагогикой, а не зомбирование под видом вокального искусства. Там если и запрещали что-то, то не пытались убедить страну, что «отключить интернет» — это крутой квест, а не обрыв пуповины.
Что мы имеем в сухом остатке?
Детский ансамбль «Комильфо» (от слова «комильфо», видимо, в значении «правильно, как у барина») спел гимн цифрового изоляционизма. Им подыгрывает старейшая развлекательная программа страны. А за кулисами, видимо, уже пишут второй куплет: «Отключили свет и газ, это всё лишнее для нас, мы играем в лапту, я себя не узна-ю».
Друзья, включайте головы. Если вы увидели этот выпуск и он вам показался милым — перечитайте текст еще раз. Нам в открытую поют, что «ваш интернет» — это не наше. И что «год» теперь объявлен «наоборот».
Я не знаю, как вы, но я после этого выпуска пошел проверять, работает ли у меня роутер. И я очень надеюсь, что бадминтон пока не стал обязательной программой для выживания.
А как вам это выступление? Тоже показалось, что Якубович в этот момент мысленно был где угодно, но только не в студии? Или мне кажется?