Звонок от сестры раздался в самый неподходящий момент. Я сидел на диване, смотрел футбол, пил пиво и наслаждался вечером пятницы, когда ничего не надо делать.
— Привет, — сказала сестра. — Ты чем занят?
— Ничем, — сказал я, и тут же понял, что это была ошибка.
— Отлично! — обрадовалась она. — Забери Петю на выходные. Мы с мужем уезжаем, а бабушка заболела. Покормишь, погуляешь, и самое главное — поможешь ему с домашним заданием. У него там математика, русский, география. Ты же у нас умный, вон институт закончил.
— Я институт закончил пятнадцать лет назад, — напомнил я. — С тех пор я считаю только зарплату и калории.
— Ничего, вспомнишь. Петя хороший, не шумный. Только интернет ему ограничь, а то он вместо уроков в телефоне сидит.
Я хотел отказаться, но сестра уже сбрасывала звонок, а через полчаса Петя стоял на пороге с рюкзаком, планшетом и таким выражением лица, будто его отправляют не к дяде, а в ссылку на Сахалин.
— Здорóво, — сказал Петя, прошёл в комнату, бросил рюкзак на диван и сразу достал телефон.
— Здравствуй, — поправил я. — И телефон убери. Сначала уроки, потом всё остальное.
— Дядь, ну завтра же суббота, — протянул Петя. — Я в понедельник сделаю.
— У нас в семье, — сказал я строго, — всё делается вовремя. Доставай дневник.
Петя вздохнул с таким видом, будто я только что отменил его день рождения, и полез в рюкзак. Достал учебники, тетради, какое-то мятое распечатку и, наконец, дневник. Я открыл дневник и понял, что сейчас начнётся самое интересное. Там было написано: математика — №456, 457, 458; русский язык — упражнение 312; география — контурная карта, стр. 23.
— Начинай с математики, — сказал я бодро. — Я пока чай поставлю.
Через десять минут я вернулся с кружкой чая и сел рядом с Петей. Он сидел над открытым учебником, в котором была страница, заполненная формулами и какими-то закорючками.
— Ну что, решил? — спросил я.
— Дядь, я не понял, как это делается, — сказал Петя, и в его голосе не было ни капли смущения.
— Как не понял? В классе что, не объясняли?
— Объясняли, но я в это время… ну, я немного отвлёкся.
— На что?
— Ну, там Кирилл зарядку забыл принести, мы переписывались…
— А, — сказал я. — Понятно. Ладно, давай разбираться.
Я взял учебник, посмотрел на задачу и прочитал: «Найдите значение выражения: 3,5 × (4,8 — 2,9) + 7,2 ÷ 1,2». Это было что-то знакомое. Десятичные дроби, кажется. Я в школе, помнится, дроби любил. Особенно когда их можно было сокращать. Я взял ручку и начал решать.
— Значит, так, — сказал я, чувствуя себя профессором. — Сначала делаем то, что в скобках. 4,8 минус 2,9 будет… 4,8 минус 2,9…
Я задумался. В голове почему-то крутилась цифра 1,9, но интуиция подсказывала, что это неправильно. Я взял телефон, открыл калькулятор, посчитал. 1,9. Интуиция, оказывается, была права.
— 1,9, — сказал я. — Дальше умножаем на 3,5. 1,9 умножить на 3,5 — это…
Я снова полез в калькулятор. 6,65.
— Потом делим 7,2 на 1,2. Это будет…
Калькулятор показал 6.
— И складываем: 6,65 плюс 6 равно 12,65. Вот и всё.
Я посмотрел на Петю. Петя смотрел на меня с выражением, которое я не смог расшифровать.
— Всё понял? — спросил я.
— А почему ты всё время в телефон смотрел? — спросил Петя. — Учительница говорит, что на контрольных телефонами пользоваться нельзя.
— Я не на контрольной, я дома, — сказал я. — И вообще, главное — результат. Записывай ответ.
Петя записал. Мы перешли к следующему номеру. Там было что-то про дроби, которые нужно было привести к общему знаменателю. Я вспотел. Общий знаменатель — это когда нужно найти число, которое делится и на то, и на то. В школе я это делал за минуту. Сейчас я сидел и пытался понять, на что делится 7 и на что делится 9, и почему в ответе получаются такие странные цифры.
— Дядь, может, я лучше в интернете посмотрю, как решается? — робко спросил Петя.
— Не надо в интернете, — сказал я с достоинством. — Я сам. Просто нужно вспомнить алгоритм.
Алгоритм, как назло, не вспоминался. Я открыл учебник в начале темы, прочитал правило, потом ещё раз, потом понял, что правило написано на русском языке, но смысл ускользает, как вода сквозь пальцы. В конце концов я решил пример, но почему-то получилось 2,33333 в периоде, а в ответах в конце учебника было написано 2,5.
— Это потому что у них округление, — сказал я Пете. — Ты пиши 2,33, а там посмотрим.
Петя записал, но по глазам было видно, что он мне не верит. И правильно делает, потому что я себе тоже не верил.
Следующим номером шла какая-то задача про поезда. Два поезда выехали навстречу друг другу, один из пункта А, другой из пункта Б, скорость первого 60 км/ч, скорость второго 70 км/ч, расстояние между пунктами 520 км, через сколько часов они встретятся? Я, помнится, в школе любил такие задачи. Там надо было сложить скорости, а потом расстояние поделить на сумму. Проще пареной репы.
— Складываем 60 и 70, получаем 130, делим 520 на 130, получаем 4, — сказал я бодро. — Через 4 часа.
— А почему складываем? — спросил Петя.
— Потому что они едут навстречу, — объяснил я. — Их скорости складываются. Это же элементарно.
— А если бы они ехали в одну сторону?
— Тогда бы вычитали, — сказал я. — Тоже элементарно.
Петя записал решение. Я почувствовал себя почти гением. Может, не всё ещё забыл? Может, я зря паниковал?
Но тут мы перешли к русскому языку, и мой оптимизм закончился.
Задание было: «Спишите, расставляя пропущенные знаки препинания. Выполните синтаксический разбор предложения: Солнце уже спряталось и ночные тени быстро надвигались со стороны леса».
Я прочитал предложение. Вроде бы всё понятно. Солнце спряталось — это одно, ночные тени надвигались — это второе. Между ними надо поставить запятую. Но где? Перед «и» или после? Я полез в учебник. В учебнике было написано, что запятая ставится, если части сложного предложения соединены союзом «и» и у каждой есть своя грамматическая основа. Вроде бы тут есть. Солнце спряталось — это основа, тени надвигались — это основа. Значит, запятая нужна.
— Пиши, — сказал я. — Солнце уже спряталось, и ночные тени быстро надвигались со стороны леса.
— А почему после «спряталось» запятая? — спросил Петя.
— Потому что это сложное предложение, — сказал я. — Две грамматические основы.
— А что такое грамматическая основа?
Я посмотрел на Петю. Он смотрел на меня честными глазами человека, который действительно хочет понять, но не может, потому что дядя сам не очень понимает.
— Грамматическая основа — это подлежащее и сказуемое, — сказал я. — Солнце спряталось — это одна основа. Тени надвигались — это вторая.
— А почему вторая? Тени — это подлежащее, а надвигались — сказуемое?
— Да, — сказал я, чувствуя, что сам начинаю путаться. — А ещё надо определить, какое это предложение: повествовательное, вопросительное или побудительное.
— Повествовательное, — сказал Петя, потому что это он, кажется, знал.
— Правильно. Теперь определи, простое оно или сложное.
— Сложное, — сказал Петя, глядя в мой вариант с запятой.
— Молодец. А теперь выдели главные члены и составь схему.
Петя начал чертить какую-то схему с квадратиками и скобочками, а я сидел и чувствовал, как от моих знаний остаётся всё меньше и меньше. Я закончил школу с четвёркой по русскому, писал диктанты без ошибок, а теперь не мог объяснить шестикласснику, где ставить запятую.
Мы перешли к географии. Там было задание: на контурной карте отметить крупные реки России, города-миллионеры и подписать природные зоны. Я посмотрел на карту и понял, что из всей географии я помню только то, что Волга впадает в Каспийское море. А где находятся Уральские горы — уже не уверен.
— Волгу ты знаешь, — сказал я Пете. — Енисей, Лена, Амур, Обь. Это всё реки.
— А где их рисовать? — спросил Петя.
— Ну, Енисей — это Сибирь. Лена — это восточнее. Амур — это Дальний Восток. Обь — это Западная Сибирь.
— А какие города-миллионеры?
— Москва, Питер, Новосибирск, Екатеринбург, Нижний Новгород, Казань, Челябинск, Омск, Ростов-на-Дону, Уфа, Красноярск, Пермь, Воронеж, Волгоград, — начал перечислять я, и к середине списка уже сомневался, все ли они миллионеры.
— А где их ставить? — спросил Петя.
— Ну, Москва — здесь, Питер — здесь, Екатеринбург — где-то тут, Новосибирск — здесь…
Я водил пальцем по карте, но чем дальше, тем больше понимал, что мои представления о географии очень приблизительны. Я, например, был уверен, что Красноярск находится где-то рядом с Новосибирском, а оказывается, между ними почти тысяча километров. Петя смотрел на меня с подозрением.
— Дядь, а ты уверен?
— Уверен, — сказал я. — Я там был. В командировке.
— В Красноярске?
— Нет, в Новосибирске.
— А в Красноярске?
— Не был. Но читал.
Петя вздохнул и достал телефон.
— Можно я в Гугл-картах посмотрю?
— Давай, — сдался я.
Петя нашёл на карте все города, аккуратно поставил точки, подписал. С реками тоже разобрался — в интернете было всё наглядно. Я сидел рядом, чувствуя себя бесполезным придатком. Пришёл помогать, а в итоге племянник сам всё делает, потому что дядя не помнит, где находится Енисей.
К вечеру мы кое-как доделали уроки. Я проверил математику по ответам в конце учебника — из трёх номеров правильно был решён только один, и то, который я посчитал на калькуляторе. Остальные два, где я умничал с общим знаменателем и периодическими дробями, были неправильными. Петя посмотрел на меня, я посмотрел на Петю.
— Давай я лучше на ГДЗ посмотрю? — предложил Петя.
— Давай, — сказал я.
Мы открыли сайт с готовыми домашними заданиями, и Петя переписал правильные ответы. Я чувствовал себя полным ничтожеством. Я, взрослый человек, с высшим образованием, менеджер средней руки, не могу помочь шестикласснику с математикой, русским и географией.
Вечером, когда Петя уже лёг спать, я сидел на кухне, пил чай и думал. А ведь действительно, что я помню из школьной программы? Правила русского языка, которые я когда-то знал наизусть, стёрлись из памяти. Формулы по физике, которыми я щёлкал как орешки, превратились в набор букв. Даже таблица умножения и та иногда вызывает сомнения, когда дело доходит до 7 на 8. А ведь я когда-то решал интегралы. С ума сойти.
На следующее утро сестра позвонила узнать, как прошли уроки.
— Нормально, — сказал я. — Петя молодец, почти всё сам сделал.
— А ты помогал?
— Помогал, — сказал я. — Я ему морально помогал.
— Это как?
— Сидел рядом, поддерживал. Очень важно, когда ребёнок чувствует поддержку взрослого.
— Ладно, — сказала сестра, явно не поверив. — Вечером приедем, заберём. Спасибо тебе.
— Обращайся, — сказал я и положил трубку.
Петя проснулся, мы позавтракали, и я предложил пойти гулять. На улице я чувствовал себя увереннее. Тут не нужно было объяснять, где ставить запятую и как найти общий знаменатель. Тут нужно было просто идти, разговаривать и иногда покупать мороженое.
— Дядь, — сказал Петя, когда мы сидели на лавочке в парке. — А ты в школе как учился?
— Нормально, — сказал я. — Бывало, и четвёрки, и пятёрки.
— А почему ты тогда не помнишь ничего? Ты же институт закончил.
— Понимаешь, — сказал я, — после института нужно было запоминать другие вещи. Как отчёты писать, как с начальником разговаривать, как ипотеку платить. А школьные знания, они, знаешь, как ключи от старой квартиры. Ты их где-то положил, а где — забыл. И вроде бы они нужны, но как-то обходишься.
— А мне они пригодятся? — спросил Петя.
Я посмотрел на него. Ему было одиннадцать, и он, наверное, надеялся, что я скажу: «Нет, всё это ерунда, живи спокойно». Но я не мог ему это сказать, потому что это было неправдой.
— Пригодятся, — сказал я. — Но не все. Математика пригодится — деньги считать, проценты по кредитам. Русский пригодится — письма писать, чтобы тебя понимали. География? Ну, чтобы знать, куда лететь в отпуск и где не надо строить дачу из-за вечной мерзлоты. А что-то ты забудешь. Как я. Но это нормально. Главное — научиться учиться. Научиться находить ответы. Вот ты сегодня в Гугл-картах города искал. Это тоже умение.
Петя подумал, кивнул и спросил:
— А мороженое купишь?
— Куплю, — сказал я.
Мы купили мороженое, погуляли ещё час, потом вернулись домой. Вечером приехала сестра, забрала Петю. На прощание племянник сказал:
— Спасибо, дядь. Ты нормально помогал. Для взрослого.
Я не понял, комплимент это был или нет, но решил считать, что комплимент.
Потом я сидел на диване, смотрел футбол и думал. Может, надо повторить школьную программу? Вдруг в следующий раз привезут Петю с физикой или химией? А я даже формулу воды не вспомню — H2O, кажется. Или H2O2? Нет, это перекись. Ладно, с этим я разберусь. А пока включу футбол.
Футбол я смотрел, но в голове крутилась та самая задача про поезда. Два поезда, навстречу, скорости 60 и 70, расстояние 520 километров. Через сколько встретятся? 4 часа. Это я запомнил. Может, не всё ещё потеряно.
Так-то.