«Это наша пятая весна…» Добровольцы из Белгорода несколько лет помогают военнослужащим
«Белгородская правда» рассказывает об участниках волонтёрской группы «Тыл 31»
Субботний день. За широко распахнутыми воротами крупными хлопьями летит белый пушистый снег. В просторном складском помещении горы больших и маленьких коробок. Это гуманитарная помощь, которая стекается сюда со всей России: Башкирии, Чувашии, Карачаево-Черкесии, Архангельска, Новосибирска, Москвы, Самары, Барнаула, Краснодара, Волгограда…
Там, где большая беда
«Как всё началось? Да как у всех белгородских волонтёров. Просто не прошли мимо, когда нашим парням потребовалась помощь. Это наша пятая весна…» – говорит руководитель волонтёрской группы «Тыл 31» Александра Жарикова.
Пока общаемся, она, как и другие волонтёры, почти не отрывается от работы. На неотапливаем складе не очень комфортно, но женщины улыбаются и кричат, что им жарко, работа кипит.
Выходные – возможность собраться вместе для наведения порядка: нужно разложить коробки с продуктами, разобрать тёплые вещи, пересмотреть сроки годности у лекарственных препаратов, а затем рассортировать всё это по разным направлениям – что‑то поедет в приграничье, а что‑то «за ленту».
«Это как работа за кадром, верхушка айсберга. Передали, отчёт сделали, выложили в группу, а сколько времени и сил на это уходит, не каждый знает», – отмечает Александра.
Во время беседы волонтёры успевают передать часть помощи бойцам. Всё происходит очень быстро: они ловко перебрасывают ребятам коробки, и через несколько минут очередной борт загружен. В благодарность военнослужащий Магомед (улыбку видно даже через маску) крепко обнимает всех по очереди и запрыгивает в грузовик, который, надрывно рыкнув, скрывается в хлопьях белого снега.
«Есть пара свободных минут, – отмечает Александра и наливает горячий ароматный чай. – Это нам жарко, а вам нужно погреться».
Их первый гуманитарный рейс был 26 февраля 2022 года, когда позвонили жёны военных из Валуек и сказали, что под Шебекино у ребят сломалась техника. Что делать? Саша кинула клич среди знакомых, и за три часа удалось собрать деньги на закупку резиновых сапог, инструментов и продуктов. Загрузили полный багажник и поехали.
«Увидели мокрых, холодных, голодных ребят – вчерашних срочников, – вспоминает она. – Я потом говорю мужу: «Серёж, не могу просто так сидеть. Нужно что‑то делать, помогать. Ехать туда, где сейчас самая большая беда».
А самая большая беда тогда была на пункте пропуска «Нехотеевка» и в близлежащих приграничных сёлах: Журавлёвке, Красном Хуторе, Наумовке… Поначалу всю гуманитарную помощь они передавали другим группам.
«Мы все из разных мест: я из Старого города, Вика из Строителя, Ксюша вообще приезжала к нам из Валуек. Со временем поняли, что нужно организовать свою группу и искать место, где будем всё складировать. Так появился «Тыл 31», и название родилось сразу – мы всегда придём на помощь фронту, как обратная сторона надёжного щита, который помогает и поддерживает», – рассказывает волонтёр.
Волонтёры работают в основном по региону:
«Мы сейчас не ездим далеко. Поначалу возили помощь даже в госпиталь под Ростов и в луганское село Рубежное. Но потом поняли, что тяжело распаляться на разные направления. Ребята к нам приезжают самостоятельно, а если мы и возим помощь, то только по области. Сотрудничаем и с другими группами: если у нас чего‑либо в избытке, всегда поделимся».
Группа «Тыл 31» занимается и изготовлением маскировочных сетей. Главная здесь – Надежда Михальчук.
«Потребность в сетях в зоне СВО крайне высокая и зимой, и летом. Она идёт на укрытие техники, окопов и позиций от воздушной разведки и дронов. Это самый расходный материал, требующий постоянного восполнения», – отмечает Жарикова.
Вождь семинолов
Саша по образованию медик, несколько лет проработала операционной сестрой:
«Когда моя дочь Маша заболела, я решила выбрать такую профессию, благодаря которой смогу посвящать больше времени ребёнку».
А на начало спецоперации она занималась регистрацией автотранспорта, но сейчас всё основное время занята волонтёрской помощью… и лечением. У Александры онкология.
«Я узнала о своей болезни ещё в 2018 году. Сделали операцию и химиотерапию, после чего наступила ремиссия на шесть лет. В 2023 году всё повторилось, и я снова прошла курс химиотерапии. Казалось, на год стало легче, но лечение продолжается. Наверное, всё это можно связать с сегодняшней обстановкой. А ещё у меня ребёнок-инвалид – навалилось всё сразу. Но по натуре я человек, которому сложно усидеть на месте. Чувствую, что должна делать то, что в моих силах. Это, конечно, отнимает много энергии, но если мы будем действовать сообща, то у нас всё получится», – считает Александра.
Она говорит, что порой даже здоровым людям трудно находить в себе силы:
«Мои родные иногда говорят: «Саш, может, уже хватит? Ну или хотя бы сбавь обороты». Но я так не могу, ведь люди нам доверяют. Чувствую, что пока в этом кручусь, забываюсь и живу дальше. Честно говоря, я лучше дома полы не помою. Останавливаться нельзя, потому что всегда есть те, кому сложнее».
Ксения Букреева по образованию экономист, воспитывает двоих сыновей – Матвея и Мирона. Её муж Василий находится сегодня на СВО.
«Мои мальчишки – будущие вояки. Матвею на начало спецоперации было восемь лет, а Мирону – почти два года, он со мной в автокресле везде катался, даже к ребятам на границу ездили, пока было можно. Сейчас ему уже шесть, и он хорошо знает, чем мама занимается. Всегда ему шеврон перепадёт от ребят, как‑то даже каску подарили. Говорит, что, когда вырастет, будет десантником. Правда, высоты боится, но это же мелочи», – улыбается она.
Муж Ксении служил в разведке, но перед началом спецоперации перевёлся в танковые войска:
«Конечно, переживаю за него. Иногда хочется поплакать, но потом смотрю на Сашу – и всё как рукой снимает. Она наша батарейка, как Оцеола, вождь семинолов. Я могу себе позволить пропасть на какое‑то время: садик, подготовка к школе. А Саша, кажется, свою болезнь не воспринимает как что‑то страшное, она приняла её и просто продолжает жить, только немножечко себя контролирует. Глядя на неё, всегда думаешь: разве мои проблемы – это проблемы? Так что собираемся – и вперёд, нечего ныть».
Анастасия Найдёнова много лет прожила под Грайвороном:
«С самого первого дня не могла сидеть спокойно, так что моя квартира потихоньку начала превращаться в мини-склад».
У Насти двое детей – Костя и Катя.
«Дочка – настоящий волонтёрский ребёнок. Наш друг Виталий меня даже на склад не пускал, говорил: «Ты мне тут родишь, а нам этого не надо». Последняя моя отгрузка была 26 сентября, а уже 15 октября появилась Катюшка. Потом я привезла дочь и объявляю: «Знакомьтесь, это Катя – ребёнок войны». Не зря же шутят, что мать-волонтёр – горе в семье», – улыбается она.
И добавляет, что никогда не планировала уехать из региона, даже когда в 2024 году в Грайвороне были сильные обстрелы:
«Это наш дом, наша территория. Кому мы где нужны‑то? А кто будет патроны подавать?»
На Насте вся медицина: она проверяет сроки годности, собирает отдельные наборы – от простуды, от температуры, от расстройства желудка, – чтобы другие волонтёры даже в её отсутствие знали, что можно отдать ребятам.
«Я стала частью этой замечательной команды, теперь это часть моей души», – утверждает волонтёр.
По совместительству Настя является ещё и администратором в белгородском центре помощи беженцам и вынужденным переселенцам.
«Моему старшему ребёнку скоро семь лет, а он ни разу не видел салют. И очень страшно, что сейчас во всём этом уже растёт младшая дочь. Мы здесь, потому что очень хочется мирной жизни для своих детей», – добавляет она.
Елена Кузьмина родом из Республики Коми. В Белгородской области живёт с 2014 года. У неё трое детей. Раньше семья жила в Нехотеевке Белгородского округа.
«Поначалу работала с группой «Стерильность – фронту»: шила пелёнки, постельное бельё для госпиталя, подушки. Потом познакомилась с Сашей и перешла сюда. Для меня это занятие – отдушина», – рассказывает женщина.
Позывной мужа
Виктория Писарева – правая рука Жариковой. Она из Иркутской области, работала на телевидении ведущей, была автором программ и даже монтажёром. В Белгородской области живёт с 2006 года. У Виктории два сына – Алексей и Владимир – и младшая дочь Елизавета.
Поначалу семья Писаревых жила в Губкине, где Виктория работала в заводской газете. Сыновья с самого детства занимались в военно-патриотических клубах, осваивали прыжки с парашютом, огневую и горную подготовку, рукопашный бой и самостоятельные полёты на планере.
Муж Андрей в конце 80-х проходил службу в Кировабаде, участвовал в армяно-азербайджанском конфликте, где был ранен. Работал в Прохоровке главным инженером на комбикормовом заводе. При его участии были построены многие заводы в ЦФО.
«Несмотря на высокую профессиональную квалификацию и хорошую должность, он всегда считал своим главным предназначением защищать Родину и свою семью», – говорит она.
К началу специальной военной операции её сыновья уже были кадровыми военными и оба служили в войсках специального назначения.
«24 февраля 2022 года я проснулась и поняла, что не знаю, где сейчас находятся мои дети. Около двух недель от них не было никаких вестей. Потом позвонил Алёша и быстро сказал: «Мам, всё нормально, я живой…» – вспоминает Виктория.
Владимир вышел на связь только восьмого марта – смог передать записку жене командира, которая позвонила Виктории.
«Муж очень много работал и в свободное время помогал нам, но переживал, что мало уделяет этому внимания. Я чувствовала, он уже встал на тропу воина. Не раз высказывал мнение, что он сидит на диване, а молодые ребята, которые ещё жизни не видели, гибнут на фронте. И однажды пришёл со словами, что подписал контракт», – рассказывает женщина.
Это было 2 августа 2023 года. Андрей около двух месяцев тренировался на полигоне под Курском.
«Он очень гордился тем, что бегает и стреляет лучше всех», – вспоминает Виктория.
В октябре 2023 года, когда она привозила гуманитарную помощь, супруги увиделись последний раз:
«21 октября от него было последнее сообщение: «У меня всё хорошо. Я вас очень люблю и обязательно вернусь». И ещё он написал: «Не верь никаким сообщениям». А в конце декабря мне позвонили и сказали, что мой супруг с 18 ноября находится в Ростове в морге…»
Виктория взяла себе позывной мужа – Саид:
«Когда он служил в Азербайджане, ходил лысый, в панаме и с бородой и был похож на героя кинофильма «Белое солнце пустыни». Уходя на СВО, тоже взял этот позывной. Когда Андрея не стало, я решила, что не буду впадать в уныние, чтобы не испугать нашего младшего ребёнка. Кроме того, мне нужно было себя держать в рамках, потому что в тот момент я работала в фонде «Защитники Отечества» и решила, что буду примером для других. Это понимание держало меня, как якорь. К нам приходили и мамы бойцов, и вдовы, которым я говорила: «Девочки, нам нужно держаться и не рассыпаться на атомы. Нужно дальше жить и помогать другим». Я раньше думала, что со временем будет легче, что боль утихнет, но нет. Зато, помогая другим, забываешь о своём горе. Когда Андрюшки не стало, мои сыновья как будто очень повзрослели. Сейчас я хочу только одного – чтобы всё закончилось и мои дети обрели своё счастье».
Абсолютная опора
Супруг Александры Сергей – единственный мужчина в женской команде.
«Он не только любовь всей моей жизни, но и наша огромная общая поддержка. Настоящая и абсолютная опора», – говорит Александра.
У Сергея контузия: плохо слышит – прошёл Чечню.
«Он, как никто другой, понимает, что происходит, так как видел войну изнутри. Я ему очень благодарна за поддержку. Когда к нам приезжают ребята, особенно пацаны неотёсанные, он среди них ходит как большой медведь. Что‑то им рассказывает, слушает, напутствия даёт, ругает или, наоборот, хвалит. Они его со всех сторон облепят и внимательно слушают. Он с ними общается как со своими детьми», – считает волонтёр.
Сергей помогает хрупким женщинам ещё и физически.
«Он бог сортировки. Укладывает груз так, что в машину помещается всё, что нужно передать, как в игре «Тетрис». А ещё мой муж – поддержка моральная: всех девчонок всегда держит в тонусе, чтобы не раскисали», – утверждает Александра.
И подчёркивает, что каждый из волонтёров находится на своём месте:
«Вика – моя правая рука, Настя отвечает за настроение в группе, Елена, как настоящая кубанская казачка, ездит в госпитали и выступает с ансамблем для военнослужащих, показывая фланкировку с казачьей шашкой. Но главное – мы все вместе делаем одно дело».
Уже на выходе Саша признаётся, что очень ждёт победы и… тишины:
«Магомед, который сегодня приезжал, говорит мне постоянно: «Бери ключи от дачи и поезжай к нам, на Каспий. Хочешь, в горы иди, хочешь, форель лови. Отдыхай. Дача твоя». Я много лет прожила в Краснодарском крае и к тому же заядлая рыбачка. Поэтому, когда всё закончится, хочу вместе с семьёй уехать туда, где красота, тишина и поют птицы. И это всё будет, обязательно будет. Но позже. А сейчас мы вместе должны приближать победу».
Елена Крижановская