В этом странном городе жила - была одна молодая женщина. Была она умна, красива, образована, но, почему-то всего боялась.
Вот повысит кто-нибудь на неё голос - она замыкается в себе и молчит. Молчит она не потому, что ей нечего ответить, а потому, что слова нужные вовремя не находятся.
А, как только домой возвратится, они, раз, и нашлись, эти слова. И думает она: надо было вот так ответить, или так... А время уже ушло.
Как люди говорят: после драки кулаками машет. И так - каждый день. А бывало и такое. Молчит она, молчит, а внутри всё копится. Потом взорвётся так, что мало никому не кажется.
И за себя саму неловко и людям странно. Что это она? Ни с того, ни с сего, по пустякам взрывается. Не иначе, как с головой проблемы.
Так и ярлык психопата можно заслужить. Знаете, как говорят: рыбу режут - она молчит, рыбу жарят - она молчит. Ей рыбный день сделали - все равно, молчит.
И дело было не только в ней, в этой женщине. Таким было все общество в этом Богом забытом городе. Все привыкли молчать. Всем "рыбный день" сделали.
И вот, однажды, в одном уютном тенистом сквере встретила она мудреца. Вы помните того странного юношу? Эрран его звали.
-Здравствуй, Элис! - поприветствовал её юноша.
-Да, так меня зовут, - удивилась девушка. - Откуда Вы знаете?
Я многих знаю в этом городе. В том числе и тебя, - улыбнулся юноша своей загадочной, неповторимой улыбкой. - Поговорим? - и жестом пригласил её на скамейку.
Элис вначале немного смутилась. Ведь она была не из тех, кто заговаривает с незнакомцами. Однако, сам вид и особенно, тон юноши так располагали к себе, что она согласилась
- О чём поговорим? - улыбнулась она в ответ.
- Я знаю, что тебя кое-что беспокоит. Ты все время отмалчиваешься, когда тебя оскорбляют...
- А разве это плохо? - спросила девушка. - Я читала в одной книге - терпением вашим спасайте души ваши. А ещё, там были такие странные слова: кто ударит тебя по правой щеке, подставь и левую. А ещё, где-то говорилось о том, что слово - серебро, а молчание - золото.
- Всё это верно, - улыбнулся в ответ Эрран, - Но только не в твоём случае.
- А что же - в моем? - удивилась Элис.
- А в твоём вот что, - ответил юноша и легонько коснулся её глаз.
Веки девушки тотчас отяжелели и она погрузилась в глубокое забытье. И во сне, или забытьи, не знаем, что это было, она вернулась в детство.
Там она увидела своего отца, который, приходя пьяным с работы, кричал сначала на мать, потом - на них с братом за то, что в комнате не убрано и по полу разбросаны игрушки.
Мышцы Элис напряглись и все тело сжалось в комочек, как бывало когда-то. Руки сжались в кулаки, а голова вошла в плечи.
И она поняла, что это всегда было её защитной реакцией. Ей очень хотелось защитить маму и брата, но она боялась отца. Ведь он был большой и грозный, как великан.
И кричал так, что стены содрогались. От этого страха хотелось запрятаться куда-нибудь подальше, куда-нибудь под диван, или за кресло, где тебя не найдут.
Часть 2 Любите врагов ваших
На счёт три Элис проснулась. И первое, что она увидела - сочувствующий взгляд молодого человека. Слава богу, что все закончилось! И она давно уже взрослая.
Не нужно больше каждый раз вздрагивать, ожидая прихода отца. Не нужно никуда прятаться, сжимая кулаки.
- Теперь ты поняла, почему с тобой это происходит? - голос юноши отвлек её от горьких размышлений.
- А-а, что я должна понять?
- Понять ты должна, что твоё молчание - совсем не золото. И оно тебя разрушает.
Да! И тут она вспомнила, как могла сутками обижаться, молчать и не разговаривать, пережигая обиду внутри.
И теперь, когда она давно уже выросла, тот самый маленький внутренний ребёнок все ещё жил в ней и пугался всякий раз, как только на него повышали голос.
Он весь сжимался в комочек и думал только о том, куда бы спрятаться от грозного, разъяренного великана.
Хотя великаны давно исчезли из её жизни, а все, кто пытался её унизить, были на уровне глаз - ребёнок все ещё продолжал бояться.
- Кажется, я начинаю понимать, - ответила Элис. - Но, что же теперь делать? Как мне избавиться от этих детских комплексов?
- Да-а, - вздохнул Эрран. - в столице Морока все заморочены. Для начала, нужно простить всех, кто тебя обидел в детстве. Без этого ничего не получится.
- Да я, вроде бы..., - начала Элис задумчиво, - Я не держу на них зла.
-Ты просто забыла о них. О своих родителях. Когда ты последний раз их навещала?
- Не помню. Кажется год назад.
- Простить, не значит забыть, - мягко проговорил Эрран. - Простить, это значит понять, что твои родители просто люди.
Всего лишь люди, которые заблуждается, делают ошибки, сожалеют, или не сожалеют о них.
Насколько проще накричать на ребёнка, чем научить его правильно жить. Насколько проще заставить что-то сделать, например, убрать за собой, нежели сделать это вместе с ним. Да ещё и в игровой форме.
И это лишь малая часть проблемы. Мы обычно сбрасываем на детей свое недовольство жизнью, нерешенные проблемы, обиды. А все потому, что мы только люди.
Эрран закончил свою вдохновенную речь и посмотрел на притихшую Элис.
- Подумай об этом, и постарайся простить их от всего сердца. Простить - значит перестать видеть в них врагов. Когда ты поймёшь это - ты перестанешь видеть врага в любом человеке.
- А знаешь, - тихо сказала девушка, - Я никогда не понимала этой фразы: любите врагов ваших. Как можно любить того, кто причиняет тебе боль? Как можно не отвечать злом на зло?
- Они только люди, - с нажимом проговорил Эрран. - Мир не совершенен, и с этим приходится считаться. Любить - вовсе не значит, бросаться на шею и лобызать. Это значит, перестать негодовать на чужие ошибки.
Негодовать на несовершенство мира, тоже самое, что бороться с ветряными мельницами. Но, можно изменить свою реакцию на мир.
- А-а-а, - догадалась Элис. - Ты хочешь сказать, что не нужно никому мстить?
- Верно. Ненависть и жажда мести разрушают изнутри, лишают покоя и заставляют страдать.
Любить - значит принять условия игры. Любовь не существительное. Это глагол. Любовь это всегда действие.
- Подожди, подожди, - перебила его Элис. - Как это? Ведь если не отвечать злом на зло, значит позволить злу бесчинствовать? Потакать ему? Я всегда думала, что некоторые вещи нельзя прощать, потому что, безнаказанность порождает вседозволенность.
- Ты абсолютно права. Любовь к врагам не в том, чтобы позволять им творить всё, что вздумается. Как и принять условия игры не означает - смириться с существующим злом.
Слово "любить" по отношению к врагам значит "созидать". Созидать и потакать это разные вещи, согласись.
Созидать значит поступать так, чтобы это их отрезвляло. Ставить границы, не включаться в диалог на повышенных тонах... Да много чего...
Долго ещё длился их диалог. Но мы не будем его пересказывать. Дадим читателю самому над этим подумать. Потому, как все ответы всегда лежат на поверхности. Вы согласны с автором?
***
С тех пор никто больше не повышал голоса на Элис. Некоторые пытались, но, наткнувшись на кроткий и уверенный её взгляд, тут же опускали глаза и замолкали.
И дело даже не в том, что её стали бояться. А в том, что она сама перестала бояться и негодовать на окружающий мир.
А молчать полезно лишь тогда, когда всё понятно и без слов. Ведь правда?