Здравствовать... Здесь многие знают, как я не люблю рыбу, но вот что то нашло и мне до зубовного скрежета, прям как родихе солененького, захотелось мойвы и креветок.
Ну, мойва это детство золотое. В сковородке, да с лучком, да с водичкой... мммм.
А вот креветки это юность безбалдошная. Москва, Смоленка, не далеко от Министерства иностранных дел, где тогда Громыко вроде был, бар... Нет... БАР. Тридцать копеек пиво и эти рачки, по полтора рубля не съесть. Вать машу, как вчера было.
Вобщем долго ли коротко, собрался я в поход. В маленьких лавочках, что рядом, смотрели на меня, как на лунатика. Какие такие креветки с мойвой? А не агент ли ты сукин сын? Пришлось шлепать дальше. Выбор в маркетах огромен, только упаковка большая, куда мне столько. Но нашёл. Мало того, даже Королевские в развес были. Взял таких и таких, на кассе вышло семьсот семьдесят. То есть я макароны мог неделю есть с тушенкой, приправами и сосисками. Ну, да захотелось ведь.
Вот уж точно - бойся желаний своих. Дьявол шагал где то рядом со мной, пятница же, его день, точно. И толкнул он меня в табачную лавку. А там... Сердце толкнулось раз...другой и едва не замерло... Беломор. Сто лет не видел. И всего то... всего то... 190 рублей за 18 папирос. Капец...
Зато я теперь всех забью с папиросой то во рте... Говорила же бабушка моя, Евдокия Ивановна, - дураково поле,... огорожено.
А мойвы так и не нашёл. Как мне объяснили, десятисантиметровую рыбку, по шестьсот десять рублей, магазины не берут, потому как очень трудно продать. Обломился я по полной почти.
Ну и лан... Пойду брошу рачков в кипяток, может настрой появится. И за сим, разрешите откланяться. Спасибо, что дочитали. С уважением, Николай. Честь имею.