Вторая жизнь Оптимиста: Как тайский боксер победил неизлечимую болезнь и ушел на СВО
Спорт продлевает жизнь — известная фраза, которую часто повторяют врачи. В случае со старшим лейтенантом Артёмом с позывным Оптимист, бывшим тайским боксёром, спорт не просто продлил жизнь — он её спас.
С Оптимистом мы познакомились в мае прошлого года, когда бойцы его бригады морской пехоты выдавливали из Курской области остатки украинской группировки. Темнело. Все уже спали, когда он вернулся с очередного задания. В блиндаже на двоих раздавили по кружечке кофе, пообщались накоротке.
— А у меня сейчас в планах ещё вечерняя — точнее уже ночная — тренировка, — заявил он и внимательно посмотрел на меня. — А ты чем занимаешься? Боксом? Составишь компанию? А то этих дождёшься, — добродушно кивнул он в сторону мирно сопящих на двухэтажных деревянных палатях, изрядно уставших за день матросов.
Позанимались в полевом спортзале на открытом воздухе при свете полной луны. Тут были и турник с брусьями, и боксёрский мешок с макиварами. Выяснилось, что всё это оборудовал — и для себя, и для бойцов — сам Оптимист.
Поотжимались, поподтягивались, поотрабатывали нырки и уклоны, серийные удары в парах. Попробивали друг другу корпус и пресс голыми кулаками. Удары старлея, ещё относительно недавно выступавшего на ринге по тайскому боксу в тяжёлом весе, были весьма увесистыми…
После тренировки Оптимисту оставалось спать четыре часа, потом подъём и снова — на боевое задание. Я удивился, переспросил — не шутит ли он. Офицер ответил, что ничуть: он старается тренироваться каждый день, даже в условиях войны, хотя бы по чуть-чуть — по 15 минут, а пропускает тренировки только в исключительных случаях.
На следующий день меня отвозил в другое подразделение мой друг — замполит 810-й бригады гвардии подполковник Истина. Рассказал ему о нашей ночной тренировке, о моём визави — необычном спортсмене.
«А Оптимист не рассказывал тебе, что именно благодаря спорту он вылечился от неизлечимой болезни?», — спросил меня Истина.
Нет, старлей мне ничего не рассказывал, и я решил, что обязательно при встрече его порасспрошу. Однако в тот раз увидеться с энтузиастом-физкультурником уже не удалось.
И вот на дворе март 2026 года, и я снова в 810-й бригаде. Узнав, что я «завис» в пункте временной дислокации десантно-штурмового батальона, Оптимист улучил свободное время, чтобы приехать и пообщаться. Здесь-то он мне и рассказал свою удивительную историю.
Когда Артём ещё учился на последнем курсе Краснодарского университета МВД, ему врачи поставили страшный диагноз — тромбоцитопеническая пурпура, при которой иммунитет больного подавляет собственные клетки крови, и крайне велик риск инсульта со смертельным исходом.
Парень был в шоке. Грядущий чемпионат России, к которому он в этот момент готовился, диплом в университете, карьера, личная жизнь — да что личная, вся жизнь летела в тартарары!
— Врачи сказали, что произошёл сбой иммунной системы. Катастрофически упало количество тромбоцитов в крови, как при сильном кровоизлиянии. Внешне это выглядело так: белки глаз становятся красными из-за лопающихся сосудов, а по телу расползаются синяки. Меня срочно госпитализировали в гематологическое отделение онкологии, — вспоминает Оптимист.
Однажды утром, проснувшись в больничной палате и посмотрев своими красными глазами на отражение в зеркале, Артём не узнал самого себя. На него смотрела бледная тень его прошлого. Он понял, что потихоньку начал уходить в другой мир.
Именно с этого момента Артём решил стать Оптимистом — какой позывной он потом возьмёт себе, уйдя на СВО.
— Я вспомнил, что уныние — это грех. Грех не потому, что делаешь кому-то плохо, а потому что опускаешь руки и перестаёшь сопротивляться. Врачи утверждали, что в любой момент у меня может случиться инсульт. Поэтому для начала нужно было перебороть свой страх. И я решил бороться до конца: пусть на этом пути и умру, но я попробую, я дерзну.
Продолжение ⏬
Подписаться | Связаться с полком
