«У меня черная гнилая кровь»: как психиатр Фанон лечил людей, а стал приверженцем революции
Плюс фестивального кино в том, что кураторы подсвечивают фильмы, на которые можно и не обратить внимания.
Так случилось и на этот раз. Люблю кино про психологию и человеческие взаимоотношения, поэтому мой взгляд упал на фильм «Фанон» в рамках дней Франкофонии в Петербурге (успевайте , еще идет).
Сюжет: чернокожий психиатр Франц Фанон приезжает в оккупированный французами Алжир, чтобы возглавить психиатрическую лечебницу в Блиде. Но на месте он становится не просто врачом, а укрывателем местного населения, которое пытается противостоять военному режиму.
Фанон сам через подобное прошел в детстве – он родился на Мартинике, видел расизм французских солдат, ушел добровольцем в армию «Свободной Франции», а после ранения его полк «очистили» по расовому принципу. Он знает, что такое угнетение.
В фильме показано, как он диктует жене книгу ("Проклятые этой земли"). Главная мысль, которая там сквозит: колониальный режим сам воспитывает определенное поведение. Злость и ярость кипят внутри обеих сторон.
Фанон создает в больнице человеческие условия: пациенты сажают огород, занимаются искусством, играют в футбол, пытаются принять слабые стороны друг друга. Ему даже удается переубедить одного из агрессоров – тот в итоге отказывается выполнять приказ начальника.
Но при этом сам Фанон говорит: «У меня черная гнилая кровь». Внутри него кипит злость и бессилие от постоянной борьбы и несправедливости.
Сильные сцены. Как колонизаторы заходят в алжирскую деревню и стреляют в упор двум безоружным мужчинам. На глазах у парня-подростка. А тот потом, чтобы выместить злость за убийство отца, сталкивает с обрыва своего лучшего друга-француза. Просто потому, что он теперь ассоциируется с врагом. Но они же играли вместе в футбол…
Глаза травмированного ребенка – это то, что впечатывается в душу навсегда.
Фильм тяжелый. Основан на реальных событиях.
Из психологии: Фанон работает в рамках передовых для своего времени методов. Человечность вместо таблеток и тюремных условий. Он намекает одному из пациентов на гипноз (отсылка к школе Шарко) и разговор с пациентом, чтобы проникнуть в подсознание – это уже австрийская школа психиатрии.
Фото: kinoteatr.ru
