Мы встретили новый, 2026-й год – год Лошади, по восточному календарю. А сегодня наступает Новый год по славянскому календарю. В отличие от привычного нам 1 января, наши предки начинали летоисчисление в день весеннего равноденствия – 20 марта, в момент пробуждения природы. Славянский гороскоп состоит из 16 тотемов, и наступающий год пройдёт под знаком Притаившегося Люта, то есть Волка.
В славянской мифологии волк – существо глубоко противоречивое: с одной стороны, это символ дикой, тёмной силы, с другой – тотем, связанный с воинской доблестью, охотой и способностью быть проводником между мирами. И то, каким он предстанет перед нами, во многом зависит от нас самих.
Существует древняя притча, которую вождь племени рассказал своему внуку,
– Внутри каждого из нас живут два волка. Один из них олицетворяет страх, сомнения, обиды, самокритику. Второй – радость, вдохновение, любовь, спокойствие и веру в себя. Они постоянно борются между собой.
Мальчик спросил:
– А какой волк победит?
– Тот, которого ты кормишь, – ответил вождь.
Все наши эмоции и решения зависят от того, какому «волку» мы отдаём энергию. Поэтому давайте внимательно всмотримся в этого зверя глазами художников и поэтов и решим, каким мы хотим видеть наступающий год.
Начнём с самого узнаваемого и светлого образа. Картину «Иван-царевич на Сером Волке» Виктор Михайлович Васнецов (1848-1926) создавал в Киеве, параллельно работая над росписями Владимирского собора. Художник воспроизвёл эпизод из «Сказки об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке» в обработке Александра Афанасьева. Интересно, что волк здесь – не дикий зверь, а мудрый и решительный союзник, несущий героя к цели. Васнецов мастерски строит композицию на контрасте: мрачный, фантастический лес с великанами-деревьями и топким болотом – и нежная, цветущая яблоня на переднем плане как символ всепобеждающей любви и счастливого конца.
Когда Савва Мамонтов увидел работу, он написал художнику, что «царевич на волке» привел его в восторг: «Все это мое, родное, хорошее! Я просто ожил!».
Иван Захарович Суриков (1841-1880) в стихотворении «Детство» передаёт именно это чувство родной, знакомой с детства сказки: «Как Иван-царевич Птицу-жар поймал, как ему невесту серый волк достал». Для мальчика волк становится частью чудесного мира, где даже сны сливаются с явью:
Иван Суриков
Детство (отрывок)
…
Избу освещает
Огонек светца;
Зимний вечер длится,
Длится без конца…
И начну у бабки
Сказки я просить;
И начнет мне бабка
Сказку говорить:
Как Иван-царевич
Птицу-жар поймал,
Как ему невесту
Серый волк достал.
Слушаю я сказку -
Сердце так и мрет;
А в трубе сердито
Ветер злой поет.
Я прижмусь к старушке…
Тихо речь журчит,
И глаза мне крепко
Сладкий сон смежит.
И во сне мне снятся
Чудные края.
И Иван-царевич -
Это будто я.
…
1866
Но в народной традиции волк бывает и простоватым, даже смешным. Самарский художник Валентин Захарович Пурыгин (1926 -2002) в своем творчестве создавал уникальный сплав мистики, традиционного пейзажа и мощной цветовой экспрессии. Мастер смотрит на природу изнутри, его стиль – это пантеизм, где главными героями становятся дерево осокорь, Волга и, конечно, звери. В картине «Сказка о волке» широкие, быстрые мазки создают ощущение движения и дикой энергии.
А иллюстрирует эта работа известный фольклорный сюжет – русскую народную сказку «Лиса и волк», где серый хищник оказывается обманутым плутовкой лисой:
Русская народная сказка
Лиса и волк (отрывок)
«Долго-долго сидел волк у проруби, целую ночь не сходил с места, хвост его и приморозило; пробовал было приподняться; не тут-то было!
«Эка, сколько рыбы привалило – и не вытащишь!» – думает он.
Смотрит, а бабы идут за водой и кричат, завидя серого:
– Волк, волк! Бейте его! Бейте его!
Прибежали и начали колотить волка – кто коромыслом, кто ведром, кто чем попало. Волк прыгал, прыгал, оторвал себе хвост и пустился без оглядки бежать…»
А вот в баснях волку часто отводится роль лицемерного судьи. В 1895 году Валентин Александрович Серов (1865-1911) получил заказ от А.И. Мамонтова на иллюстрации к басням Крылова. Художник подошёл к работе с огромным энтузиазмом и создал множество рисунков и офортов. Из четырёх сделанных в 1899 году досок сохранился только офорт «Волк и пастухи», что позволило напечатать его как приложение к журналу «Мир искусства». Мастер травил доски очень легко, добиваясь воздушности и серебристости штриха.
Волк Серова – воплощение лицемерной обиды, которую описал Иван Андреевич Крылов (1769–1844) в своей басне. Пороки сильных мира сего часто оправдываются, а слабых – порицаются:
Иван Крылов
Волк и Пастухи
Волк, близко обходя пастуший двор
И видя, сквозь забор,
Что́, выбрав лучшего себе барана в стаде,
Спокойно Пастухи барашка потрошат,
А псы смирнёхонько лежат,
Сам молвил про себя, прочь уходя в досаде:
«Какой бы шум вы все здесь подняли, друзья,
Когда бы это сделал я!»
1825
Тема охоты раскрывает образ волка как жертвы. Сергей Семенович Ворошилов (до 1865-1911), мастер охотничьего жанра, в своей работе «Охота на волков» показал, как звери спасаются от погони. Исследователь творчества Ворошилова писал, что кроме него в России XIX века было очень мало художников, посвятивших себя всецело охотничьему жанру. Его картины пользовались огромным успехом у московских любителей охоты, которые ценили произведения мастера за достоверность каждой детали – от пород собак и поведения хищников до точности пейзажа.
И сразу вспоминается знаменитая песня Владимира Семеновича Высоцкого (1938-1980), который говорит голосом самого волка. «Обложили меня, обложили – гонят весело на номера!» – этот крик отчаяния и обречённости стал гимном несвободы, где флажки превращаются в символ непреодолимой преграды:
Владимир Высоцкий
Охота на волков
Рвусь из сил – и из всех сухожилий,
Но сегодня – опять как вчера:
Обложили меня, обложили –
Гонят весело на номера!
Из-за елей хлопочут двустволки –
Там охотники прячутся в тень, –
На снегу кувыркаются волки,
Превратившись в живую мишень.
Идет охота на волков,
Идет охота –
На серых хищников
Матерых и щенков!
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
Кровь на снегу – и пятна красные флажков.
Не на равных играют с волками
Егеря, но не дрогнет рука:
Оградив нам свободу флажками,
Бьют уверенно, наверняка.
Волк не может нарушить традиций –
Видно, в детстве, слепые щенки,
Мы, волчата, сосали волчицу
И всосали: нельзя за флажки!
И вот – охота на волков,
Идет охота –
На серых хищников
Матерых и щенков!
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
Кровь на снегу – и пятна красные флажков.
Наши ноги и челюсти быстры –
Почему же – вожак, дай ответ –
Мы затравленно мчимся на выстрел
И не пробуем через запрет?!
Волк не может, не должен иначе.
Вот кончается время мое:
Тот, которому я предназначен,
Улыбнулся и поднял ружье.
Идет охота на волков,
Идет охота –
На серых хищников
Матерых и щенков!
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
Кровь на снегу – и пятна красные флажков.
Я из повиновения вышел:
За флажки – жажда жизни сильней!
Только – сзади я радостно слышал
Удивленные крики людей.
Рвусь из сил – и из всех сухожилий,
Но сегодня – не так, как вчера:
Обложили меня, обложили -
Но остались ни с чем егеря!
Идет охота на волков,
Идет охота –
На серых хищников
Матерых и щенков!
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,
Кровь на снегу – и пятна красные флажков.
1968
Ещё более жестокая сцена – травля – представлена на акварели Александра Сергеевич Хренова (1860-1926) «Травля волка». В его работе мы видим собак, которые уже практически настигли загнанного зверя. Интересно, что Хренов был не только художником, но и архитектором, построившим более 30 зданий в Петербурге. Он был близок к императорской семье и по заказу Николая II выполнил целую серию акварелей «Царская охота», куда, возможно, входила и эта работа.
Вот и Сергей Александрович Есенин (1895-1925) в своем стихотворении отождествляет себя с затравленным зверем. Для него волк – это символ поэта, гонимого, но гордого и готового к последней схватке:
Сергей Есенин
Мир таинственный, мир... (отрывок)
…
Пусть для сердца тягучее колко,
Это песня звериных прав!..
… Так охотники травят волка,
Зажимая в тиски облав.
Зверь припал… и из пасмурных недр
Кто-то спустит сейчас курки…
Вдруг прыжок… и двуного недруга
Раздирают на части клыки.
О, привет тебе, зверь мой любимый!
Ты не даром даёшься ножу!
Как и ты, я, отвсюду гонимый,
Средь железных врагов прохожу.
Как и ты, я всегда наготове,
И хоть слышу победный рожок,
Но отпробует вражеской крови
Мой последний, смертельный прыжок.
И пускай я на рыхлую выбель
Упаду и зароюсь в снегу…
Всё же песню отмщенья за гибель
Пропоют мне на том берегу.
1921
Художник Владимир Леонидович Муравьев (1861-1940), граф по происхождению, разработал в живописи собственную нишу – романтические охотничьи сцены. Его картина «Голодные волки» – это не столько сцена охоты, сколько поэтичный зимний пейзаж. Художник умел передать магию сумерек, когда лес замирает, а хищники выходят на поиски добычи. Его поклонниками были в основном представители дворянской верхушки, ценившие это его умение опоэтизировать охоту.
О неизбежности судьбы рассуждает Анна Андреевна Ахматова (Горенко, 1889-1966) в своем философском стихотворении. Жизнь на грани – вот удел и зверя, и человека:
Анна Ахматова
Вам жить, а мне не очень
Вам жить, а мне не очень,
Тот близок поворот.
О, как он строг и точен,
Незримого расчет.
Волк любит жить на воле,
Но с волком скор расчет:
На льду, в лесу и в поле
Бьют волка круглый год.
Не плачь, о друг единый,
Коль летом и зимой
Опять с тропы волчиной
Услышишь голос мой.
1959
Очень точный образ тревоги создал Алексей Кондратьевич Саврасов (1830-1897) в картине «Пейзаж с волками». Гений русского пейзажа написал зимнюю дорогу, у которой хищники караулят запоздалого путника. Атмосфера безмолвия, напряжения и опасности здесь ощутима почти физически.
А Валентин Дмитриевич Берестов (1928-1998) в волчьем вое услышал своеобразную песню:
Валентин Берестов
Песня волка
Почему по ночам завывает волк?
Потому, что он в музыке знает толк!
Что означает волчий вой?
Он означает: «Я – живой!
Я храбр, умен и знаменит,
И даже добр, покуда сыт.
А там, где волки, жизнь – ей-ей! –
Хоть и страшней, да веселей!»
Что означает волчий вой?
Будь осторожен, милый мой!
Пастух пусть лучше сторожит,
Быстрее заяц пусть бежит.
А кто ленив и бестолков,
Тот станет пищей для волков!
Что означает волчий вой?
«Я – свой! Я – сказочный герой!
Царевну, будто на коне,
Иван-царевич мчал на мне.
Хватило силы у меня, –
Не зря я съел его коня!»
Что означает волчий вой?
«Увы, детей пугают мной.
Мол, кто не так себя ведет,
Того волчище заберет,
И унесет его, и съест.
Как людям врать не надоест!»
Алексей Степанович Степанов (1858-1923)– художник, которого Михаил Нестеров считал лучшим анималистом после Валентина Серова, а сам Серов так высоко ценил этот дар художника, что рекомендовал Степанова в качестве преподавателя в МУЖВиЗ. Картина «Волки ночью» демонстрирует умение художника передать ночную угрозу без лишнего пафоса: волки здесь не просто хищники, а существа, вплетённые в сумрачный, холодный пейзаж. И жанр, в котором предпочитал работать художник, называют пейзажно-анималистическим.
От имени волка поэт Сергей Митрофанович Городецкий (1884-1967) повествует о том, что его глаза «в темноте всегда блестят», и как на полотне Степанова возникает ощущение внутренней двойственности – звериная мощь и почти роковая слабость перед воспоминаниями:
Сергей Городецкий
Волк
Я, с волчьей пастью и повадкой волчьей,
Хороший, густошерстый волк.
И вою так, что, будь я птицей певчей,
Наверное бы вышел толк.
Мне все равны теплом пахучим крови –
Овечья, курья или чья.
И к многоверстной волчьей славе
Невольно приближаюсь я.
Глаза мои тусклы при белом свете,
Но в темноте всегда блестят,
Когда идешь себе к окраиной хате
И, струсив, псы в дворах молчат.
Я властелин над лесом и сельщобой,
Я властелин почти над всем.
Но и моя душа бывает слабой,
Мне есть умолкнуть перед чем.
Есть дверь одна в каком-то захолустье,
И пахнет кровью – чьей забыл.
Мне увидать ее – несчастье
Похуже деревенских вил.
Я в мокроте готов бежать болотом,
Я по оврагам рад скакать,
Чтоб на пороге ни ногою этом,
Ни даже глазом не бывать!
И, ускакав, дрожу в лесу от страха
И вспомнить всё же не могу.
И, заливаясь, будто бы от смеха,
Себе и всякой твари лгу.
И лют бываю, как заголодалый,
Обсохнуть пасти не даю.
Как бешеный, как очумелый,
Деру и пью, деру и пью.
И всё ж, когда конец житью настанет,
Я все владенья обойду
И на порог, откуда в жизни гонит,
Шатаясь, издыхать приду.
Кисти Алексея Степанова принадлежит и волк на знаменитой картине Исаака Ильича Левитана (1860-1900) «Зимой в лесу». Левитан, певец русского пейзажа, зиму не жаловал: недостаток света, короткий день и пасмурное небо доводили его до отчаяния. Однако в этой работе он сумел очень точно запечатлеть переходное время сумерек, которое поэтично называют «между собакой и волком». Влажный воздух, тяжелеющий снег, шершавые стволы деревьев, напитанные талой влагой, – всё дышит ожиданием. Во время создания картины друзья-художники ютились в дешёвых меблированных комнатах на Тверской, и Степанов, страстный охотник и блестящий анималист, буквально «подселил» хищника в левитановский лес.
Ту же атмосферу напряжённой тишины, когда мир замирает на грани сна и яви создает в своем произведении Иван Алексеевич Бунин (1870-1953). У Бунина, как и у Левитана, есть чуткое вслушивание, ощущение, что за пределами видимого, в лунном свете и дальних чащах, вот-вот проявится что-то живое, не до конца понятное, но родное этому царству природы:
Иван Бунин
Крещенская ночь (отрывок)
…
Тишина, – даже ветка не хрустнет!
А, быть может, за этим оврагом
Пробирается волк по сугробам
Осторожным и вкрадчивым шагом.
Тишина, – а, быть может, он близко…
И стою я, исполнен тревоги,
И гляжу напряженно на чащи,
На следы и кусты вдоль дороги,
В дальних чащах, где ветви и тени
В лунном свете узоры сплетают,
Все мне чудится что-то живое,
Все как будто зверьки пробегают.
Огонек из лесной караулки
Осторожно и робко мерцает,
Точно он притаился под лесом
И чего-то в тиши поджидает.
Бриллиантом лучистым и ярким,
То зеленым, то синим играя,
На востоке, у трона господня,
Тихо блещет звезда, как живая.
А над лесом все выше и выше
Всходит месяц, – и в дивном покое
Замирает морозная полночь
И хрустальное царство лесное!
1901
Алексей Никанорович Комаров (1879-1977) был не только художником, но и страстным натуралистом. Он много путешествовал по России, изучал разные климатические и природные зоны, наблюдал за повадками животных. И его картина «Волки» – результат этих долгих наблюдений за природой. Художник иллюстрировал научные труды, детские книжки, журнал «Мурзилка», где его звери всегда представали не только анатомически точными, но и полными жизни.
Образ дома, запорошенного снегом, и волков-ночных бродяг сливаются в строках Николая Михайловича Рубцова (1936-1971) в щемящие воспоминания:
Николай Рубцов
Далекое
В краю, где по дебрям, по рекам
Метелица свищет кругом,
Стоял запорошенный снегом
Бревенчатый низенький дом.
Я помню, как звезды светили,
Скрипел за окошком плетень,
И стаями волки бродили
Ночами вблизи деревень...
Как все это кончилось быстро!
Как странно ушло навсегда!
Как шумно - с надеждой и свистом -
Помчались мои поезда!
И все же, глаза закрывая,
Я вижу: над крышами хат,
В морозном тумане мерцая,
Таинственно звезды дрожат.
А вьюга по сумрачным рекам,
По дебрям гуляет кругом,
И весь запорошенный снегом
Стоит у околицы дом...
1969
Трогательно и нежно выглядят волчата в работах художников-анималистов. Василий Алексеевич Ватагин (1883/84-1969), создававший экспозицию для Дарвиновского музея, относился к изображению животных с научной точностью. Его лист «Волчата» из альбома 1922 года – это целая галерея забавных поз и движений беззащитных детёнышей, которые без сомнения вызывают умиление.
В маленькое чудо превращает историю одинокого волчонка Владимир Владимирович Набоков (1899-1977) в своем рождественском стихотворении:
Владимир Набоков
Волчонок
Один, в рождественскую ночь, скулит
и ежится волчонок желтоглазый.
В седом лесу лиловый свет разлит,
на пухлых елочках алмазы.
Мерцают звезды на ковре небес,
мерцая, ангелам щекочут пятки.
Взъерошенный волчонок ждет чудес,
а лес молчит, седой и гладкий.
Но ангелы в обителях своих
все ходят и советуются тихо,
и вот один прикинулся из них
большой пушистою волчихой.
И к нежным волочащимся сосцам
зверек припал, пыхтя и жмурясь жадно.
Волчонку, елкам, звездным небесам –
всем было в эту ночь отрадно.
Николай Егорович Сверчков (1817-1898), ещё один выдающийся анималист, вырос в семье придворного конюха, и любовь к животным была у него в крови. Художник писал: «…Я посвятил себя искусству, выбрав русский быт, наши охоты и путешествия по России». В картине «Волки» он любуется волчьим семейством. Живописец мастерски передал пластику тел животных, подчеркнув их живую природу в момент их взаимодействия. Волки предстают перед нами как социальные животные со сложными характерами и эмоциями.
А детский поэт Зинаида Николаевна Александрова (1907-1983) показывает нам мир маленького зверька, который заблудился. Его главный враг – невидимый и непонятный запах, запах человека:
Зинаида Николаевна Александрова
Волчонок
Пахнет шерстью волчьей
У пенька с поганками.
Шли волчата ночью
Лунными полянками.
Маленький волчонок прыгал, баловался,
Заблудился в папоротнике и один остался.
Дождь закапал мелкий,
Стали глубже лужицы,
А волчонок белкой
По болоту кружится,
Нюхает, чихает… Запах непривычный
По дороге к дому, на траве брусничной.
Здесь они от дождика
Прятались под елками,
Здесь катали ежика
С длинными иголками,
Здесь он поскользнулся, съехал в грязь на лапах.
Но опять мешает незнакомый запах!
Видит – на опушке
Под большой рябиною
Слушают лягушки
Песню комариную.
Прыгают лягушки, не промочат ноги…
Что же так невкусно пахнет на дороге?
Хлопают осины
Листьями-ладошками:
Правда, пахнет сильно
Новыми калошами!
Видишь, под сосною сыроежка смята –
Это за грибами бегали ребята.
На сырых дорожках
В зарослях осиновых
Шлепали в калошках,
В тапочках резиновых,
Рвали подосиновики, рыжики, опенки –
Спутали дорогу глупому волчонку.
Вглядываясь в эти полотна и вслушиваясь в поэтические строки, мы видим, каким разным может быть волк: мудрым спасителем и глупым простаком, загнанным страдальцем и грозным хищником, трогательным детенышем и частью сурового пейзажа.
И здесь мы возвращаемся к нашей притче. Каким будет наступающий год Притаившегося Люта? Будем ли мы «кормить» волка страха, сомнений и тревоги, видя во всем опасность? Или же выберем волка радости, веры в себя и вдохновения, замечая красоту и мудрость мира вокруг, как те художники и поэты, которые подарили нам эти удивительные образы? Наступающий год будет таким, каким мы его сделаем сами.
С праздником весны и обновления!
С любовью, ваша Света В.
Мой Телеграм-канал, где вы найдете много произведений поэтов и художников, а также анонсы всех моих новых статей и много ещё всего интересного
Мой новый канал в МАХ, где я дублирую (на всякий случай) контент из Телеграм
А все мои публикации в Дзен вы легко найдёте в статье «Путеводитель по каналу. Как быстро найти нужную статью»