Жучка-Юла собиралась в дорогу. Путь предстоял неблизкий да непростой. К самой Бабе-Яге обещалась заглянуть, матушку проведать.
Странные чувства сопровождали Юлу всегда перед такими походами. Всё меняется со временем. Вот уже и нечисть лесная попроще стала, к людям потянулась, а Яга знай себе на болоте в глуши избушку держит. Мёдом ей там намазано, что ль?
Давно уж могла бы поближе к дочке перебраться да с ягнятками покороче сойтись. Ан нет.
И как подумает Юла, через какие чащи непроходимые да буреломы неисхоженные ей пробираться придётся, так и руки опускаются.
Да и как Яга встретит — тот ещё вопрос. С какой ноги ей нынче встать довелось: с костяной али другой?
Впрочем, сколь ни рассуждай, дело-то не двигается. Покряхтела-повздыхала Жучка да и отправилась в путь-дорогу.
Поначалу всё ладно складывалось: через родную часть лесную одно удовольствие шагать. А вот как чащобы пред тобой встают, так хоть обратно поворачивай.
Ну да делать нечего, идти надо.
Пробралась Юла и сквозь буреломы, и сквозь чащи непролазные. Вот уже и до избушки Ягининой недалече осталось.
Глядь — а бабуся-то уже на крылечке выстаивается да костяной ногой притоптывает.
«Охо-хох», — выдохнула Жучка-Юла.
— Здравствуй, матушка, — удалось ей произнести довольно бодрым голосом.
— Да никак сама Жучка-Юла ко мне в гости пожаловала, — проскрипела Баба-Яга. — Недаром, значит, полдня уж как здесь торчу: чую, торопится дочка. Самовар-то, поди, всего трижды разогревать пришлось, и пряники ещё не запылились почти.
«Значит, с костяной», — смекнула Юла.
— Да уж до тебя, Яга, пока доберёшься, ноги по локоть постираешь, — было произнесено вслух.
— То-то и смотрю, что локти у тебя не откуда у всех выглядывают, — ответила Яга. — Заходи уж, раз пришла.
— Спасибо, — полувздохнула-полупроизнесла Юла.
* * *
В избушке Бабы-Яги царил какой-то не свойственный ей порядок. Нигде не валялись лягушачьи лапки, не было следов очередного волшебного варева. Зато стоял аккуратно накрытый стол с самоваром, чашками, пряниками да бубликами. И даже кот Баюн на печи просто спал, а не глазищами злобно зыркал.
«Ух ты, и вправду ждала, а я…» — повинилась про себя Жучка.
Молчит Яга. Молча чай по чашкам разливает. Молча сахар раскладывает. Молча пряниками угощает.
«Странно как-то она себя ведёт», — насторожилась Юла.
— Ну и странно. А что? Имею право, — степенно заметила Баба-Яга, не скрываясь читая дочкины мысли.
— Баба-Яга, давно спросить тебя хотела, а почему ты меня мысли чужие читать не выучила? Аль способностями я не вышла?
— Видать, время твоё не пришло ещё, — совсем уж без вредности ответила Яга.
Поскольку в молчании толку не было ни малейшего. Да и где его взять-то, толк этот, когда Бабуся каждую мыслинку твою мало того, что слышит, так ещё и не скрывает этого.
А у Юлы же, вот ведь незадача, от молчания всегда мыслей огромное количество образовывалось. Решила Жучка, что лучше говорить хоть что-нибудь, чем над чашкой вхолостую пыхтеть.
— Не устала ты, матушка, тут в глуши одна век проживать?
— Да, пожалуй, что есть ещё, чем жевать. Чай, зубы вставила.
— Я говорю, одной-то жить здесь, поди, не сладко?
— А вот сахарку добавь, дочка, послаще станет.
«Ну вот, приехали. То мысли читаем, то словам не внимаем», — подумала-таки Юла.
— А ты пустыми словами мысли-то не прикрывай, — вставила Яга.
Помолчала Жучка немного и снова заговорила:
— Ну вот что за жизнь у тебя? Живёшь одна, не скажу, кто знает где. Пока доберёшься до тебя, руки-ноги по уши сотрёшь. Встречаешь гостей, кому как повезёт…
— Что-то не припомню я, Жучка, ты, когда малышкой была, куда больше гулять любила, на Кудыкину Гору аль туда, не знаю куда? — перебила бабка.
— Ну при чём тут это? Я ж тебя по-человечески спрашиваю. Жизнь твою понять хочу да облегчить.
— Облегчить ты её не мне хочешь, а себе, — резонно заметила Ягуся.
— То есть?
— А вот тебе и то, и есть. Охота тебе к матери за тридевять земель таскаться? Сомневаюсь я больно.
Обида свила где-то внутри уютное гнёздышко. Слова оправдания уже болтались на кончике острого язычка Юлы, но так и не соскочили. И вместо упрёков вышло лишь:
— А что ж делать-то?
— Как что? На вопрос отвечать. Так куда?
Задумалась дочка Ёжкина, окунулась в воспоминания детские. Картинки перед взором внутренним замелькали.
Как бродила девчушкой бесстрашной по лесам да полям, по топям да чащобам. Захочет, к примеру, Кикимору навестить, с дочками её в салочки поиграть, да и топает себе потихоньку. А лес сам перед ней раскрывается да на тропы тайные выводит — короткие да безопасные.
— Я тогда девчонка совсем была, преград не ведала. Любая дорога мне по плечу казалась. Наивностью своей любую преграду одолевала.
— Да уж умела ты, дочка, славные ковры расшивать.
— Какие такие ковры? — отвлеклась Жучка от воспоминаний.
— Мысли у тебя чистые были да яркие, как нити шёлковые. Вот и ковёр из них добрый выходил. По такому ковру куда хошь дотопать можно. А со временем, видать, подсвалялись да поистёрлись нити-то. Вот и ковёр никудышный выходит.
— Интересно как, Яга. Я ж сама об этом говорю всегда, а тут сама себе яму вырыла. Сама себе чащобы непролазные, нечистью населённые, напророчила.
— Со стороны виднее. Какой ковёр соткала, по такому и притопала.
— А в детстве-то я думала, что это ты меня волшбой оберегаешь, от нечисти хранишь да на тропы правильные выводишь.
— Сама ты, Жучка, себе дорогу устраивала, и помощники тебе не надобны были. Любому путешествию радовалась. Потом растеряла где-то знания свои или разуверилась отчего-то.
Задумалась гостья, а Яга добавила:
— Чай, вон, допивай да иди на воздух, потренируйся дорогу домой выбирать. Глядишь, и мать почаще навещать станешь. Да и мне не грех самой к вам наведаться, с ягнятками повидаться.
Пролетело время за разговорами. Вот уж и домой пора Юле собираться. Настроилась на путь дорогу, попрощалась с Ягой, поблагодарила за науку добрую да и потопала потихоньку.
Идёт, нарадоваться не может. Где чащи, где болота, где нечисть? Вот уже и рощица родная, а вон и Иван-Циркевич на крылечке сидит, трубкой попыхивает, жену выглядывает.
«Со стороны виднее, говоришь, Яга? И правда, виднее. Сколь других премудрости ни учи, но и про себя забывать не стоит. Спасибо, Яга, что сохранила ты мой ковёр, до нужного момента приберегла».
Подумала так Жучка-Юла и вприпрыжку помчалась к избушке навстречу мужу.
Жанна Коробкина
✦
Все истории Жучки-Юлы читайте в книге «Сказки дочки Бабы-Яги».