Утро священного четверга в Топкапы началось не с привычного пения птиц в султанских садах, а с тяжелого, гнетущего ожидания, пропитавшего каждый камень гарема. Махидевран-султан не спала. Тёмные круги под глазами, которые Гюльшах усердно замазывала белилами, выдавали бессонную ночь, полную кошмаров. В памяти Весенней Розы набатом била лишь одна деталь — тот мимолетный, едва уловимый шлейф лесного гиацинта, который она почувствовала от кафтана Повелителя. Этот запах не давал ей дышать. Он был чужим. Он был холодным. Он был... предвестником бури. — Гюльшах, позови Айше, — глухо произнесла Махидевран, глядя на свое отражение в зеркале.
— Госпожа, Айше сейчас у Повелителя, она следит за сменой белья и благовониями в его личных покоях...
— Именно поэтому она мне и нужна. Немедленно! — голос султанши сорвался на стальной шепот. Через полчаса Айше-хатун, воровато озираясь, вошла в покои Махидевран. Она была одной из немногих, кто имел доступ к святая святых — спальне Султана, и Махидевран зна
Публикация доступна с подпиской
"Великолепный век". Эксклюзив"Великолепный век". Эксклюзив