В России продолжают уничтожать скот у фермеров. По официальным данным, вспышки заболеваний — пастереллёза, бешенства, африканской чумы свиней — зафиксированы как минимум в десяти регионах, включая Новосибирскую, Омскую, Самарскую области, Чувашию, Алтай и Забайкалье. Обсуждаем в нашем эфире во ВКонтакте и на Ютубе.
К примеру, утро четверга в селе Козиха Новосибирской области началось не как обычно. В населённый пункт въехала колонна — полиция, ветеринарные службы, — чтобы провести принудительный убой животных в крупном хозяйстве «Водолей». Такие операции в последние месяцы стали частью новой реальности в ряде российских регионов.
Тем неожиданнее выглядел финал четверга: несмотря на приезд силовиков и ветеринаров, животных в хозяйстве «Водолей» не уничтожили, колонна уехала, коровы остались живы. И для фермеров это стало маленькой победой.
Власти объясняют эти меры необходимостью борьбы с инфекциями – пастереллёзом, бешенством, африканской чумой свиней. Болезни, действительно, опасные: некоторые передаются человеку, другие способны за считанные дни уничтожить целые стада. Но для местных жителей происходящее выглядит иначе: не как санитарная мера, а как вторжение.
Фермеры утверждают, что их животные выглядят здоровыми. Более того, по их словам, анализы крови и молока либо не проводились, либо их результаты не раскрывались. Из-за непрозрачности появляются различные слухи и версии происходящего.
Например, одни фермеры рассказали, что в конце февраля их животным ввели «неизвестную вакцину», после чего часть стада, 17 коров, приболела. А уже в начале марта появились результаты анализов, в которых якобы нашли «особо опасное заболевание». Какое именно, фермерам тоже не сообщили.
Хватает и других предположений и догадок: одной из версий убийства скота стало лобби агрохолдингов.
С конца 2025 года под ограничения и уничтожение попали до 90 тысяч животных. По оценкам, прямой ущерб от уничтожения скота уже превысил 1,5 миллиарда рублей. Ещё около 368 миллионов — это непокрытые потери фермеров.
В этой ситуации ключевым внутри страны становится не только масштаб санитарных мер, но и способ их реализации. Отсутствие прозрачности и неразглашение результатов анализов лишь усиливают недоверие людей к институтам.