Март. Солнце стало долгожданным гостем после затянувшейся снежной и холодной зимы, особо не баловавшей ясными днями. Теперь проснувшийся лес полноценно получает столь нужный витамин Д и очищается от многослойного покрова. Если в городе весна справляется с задачами довольно быстро – за его пределами ещё весьма прохладно и бело. Процесс таяния в этом году будет долгим.
Снег напоминает опускающееся дрожжевое тесто. Тает снизу и медленно сдувается, проседает. На поверхности бесконечно белого ландшафта образуется запёкшаяся черная кайма. Солнечная карамель - снег становится весенним. В воздухе отчетливо пахнет испаряющейся водой и древесными смолами-нектарами. Вокруг деревьев появились типичные мартовские «полыньи» - корни дышат и впитывают влагу. Даже если случится новый снегопад (а он рано или поздно, конечно, случится) – всё растает быстро – зимы больше нет, она скрылась за горизонтом и золотящиеся лучи настоящего мартовского заката закрыли за ней дверь.
По кленовым стволам сочится нектар. Лазоревки суетливо перелетают с ветки на ветку, подобно дятлам зависают на стволах, пытаясь найти тонкую часть коры, чтобы расклевать небольшое отверстие для добычи сока. В этом году сокогон не такой активный, как в прошлом, или, может быть, ещё не пришло время. Тем не менее, птицы активно пытаются раздобыть столь любимую ими сладость. Дятел тоже решил не отказывать себе в удовольствие и сделал настоящий подарок мелким птицам, разбив небольшой «фонтан» для пернатых. Лазоревкам такая помощь в радость.
Как и полагается в марте особо активны снегири и щеглы, а вот чижи и чечётки малочисленны, если не сказать, что они практически полностью отсутствуют. Вторые вообще стали единичными гостями в последние годы, а вот пропажа чижей откровенно удивляет, вероятно, им хватает естественного корма, и птицы уверенно держатся на макушках чёрной ольхи, поедая вкусные семена из засохших шишечек.
Возвращаются первые южные гости. Скворцы расселись на ветках липы – пока высоко. Они смотрят на юг и разливают свои многоступенчатые сложные песни над поляной старого парка. Вот-вот подтянутся зяблики – их трели не перепутать ни с кем. Кое-где уже покрикивают рябинники. А на проталинах выхаживают четы огарей – эти степные утки давно акклиматизировались и стали обязанными жителями московских лесопарков. Вероятно, популяция зоопарка так разрослась за годы, что утки стали полноправными хозяевами водоемов по всему периметру столицы. Помню, как в Казахстане егерь с совершенно радостным возгласом кричал мне: «Миша, смотри, красная утка, красная утка!» Мне совершенно не хотелось его расстраивать, ведь для москвича - это абсолютно привычный вид, пришлось подыграть удивлению.
Мартовские закаты тлеют перламутровыми огнями над тающим городом. Бронзовые искры угасающих солнечных углей ложатся тлеющей золой на улицы, деревья, стены домов - они повсюду зеркально отражаются янтарным блеском, создавая мартовский вечерний уют. Сумерки приходят незаметно и плавно. Как будто невидимый волшебник бродит по городу и гасит свет поочерёдно в квартал и дворах. И вот солнце окончательно ускользает за кобальтовый контур дальнего леса, затухает последняя свеча захода, и ночь бережно накрывает город одеялом цветочных снов. Она заберёт ещё немного снега сегодня, а по утру весна сделает новый удивительный эскиз своего величественного полотна.
В завершении сегодняшней публикации я хотел бы поделиться с вами приятными новостями. Наш с вами канал, уважаемые читатели, прошёл в финал III Национальной премии в области экопросвещения и природной фотографии премии «Рассвет». Не знаю, как сложится итоговое голосование, но сам факт прохода в финал очень приятен и в очередной раз я бы хотел поблагодарить всех вас, ведь без читателя – всё это имело куда меньший смысл. Мне важно и радостно делиться с людьми тем, что мне открывает природа. Спасибо!
Спасибо за доброе внимание! С Вами был фотограф природы Михаил Ездаков