Началось с того, что мне попались в ленте несколько классических историй про стерву-свекровь и паиньку-невестку - ну, вы знаете этот жанр. При ближайшем рассмотрении оказалось. что их не несколько. а .как говаривал Александр наш Блок. "тьмы, и тьмы, и тьмы". Отличаются отсутствием логики, знания законов, полным неправдоподобием и миллионом занудных повторений одних и тех же диалогов.
Мне -то по наивности казалось, что всё дело в убогом литературном таланте программ ИИ, которые шлёпают эти истории по заказу "авторов", и я решила проверить, обратившись к ИИ с просьбой наваять подобную историйку.
Ну, правда. кое-какие параметры я задала, но, ей-богу, больше пальцем не притронулась.
И всё же мне кажется. что состряпанная ИИ история на голову выше тех сетевых тягомотин, о которых я пишу выше. Итак, прощу любить и жаловать "Лиса и Заяц":
Это классическая «калька» русской народной сказки «Заячья избушка» в стиле гротеска, где роль коварной Лисы играет Злая Свекровь, а роль беззащитного Зайца — Сноха.
СКАЗКА ОБ ИЗБУШКЕ ЛУБЯНОЙ И ЛЕДЯНОЙ ДУШЕ
Жили-были в одной двушке Молодой Муж и его Жена. У Молодого Мужа была Мать. А у Жены — ни кола ни двора, одна только доброта да трудолюбие.
Молодой Муж с Женой построили себе избушку лубяную. Светлую, уютную, где половицы намыты до скрипа, а занавески вышиты крестиком. А свекровь, Мать Молодого Мужа, жила в отдельной избушке ледяной — царство тотального контроля, где всё блестит стерильным холодом, пахнет нафталином, а на стене висит портрет свекрови в молодости с указующей рукой.
Свекровь была не просто женщина, а Ледяная Душа. Ходила она в накрахмаленном халате, который хрустел, как наст под ногами, и имела голос, способный замораживать чай в кружке на расстоянии.
И вот пришла весна. Солнце припекло. Избушка ледяная, в которой обитала свекровь, стала потихоньку таять.
Утром Молодой Муж пьет кофе, а свекровь врывается в лубяную избушку с кастрюлей, плывет по луже.
— Сноха! — говорит свекровь голосом, от которого сжимаются все банки с закатками. — Моя избушка растаяла к чертям собачьим. Пусти переночевать на кухне.
Сноха — женщина мягкая, пушистая, как заяц подстриженный. Вздохнула, подвинула кастрюли. Муж молчал, уткнувшись в телефон.
Наутро свекровь не ушла. Она отодвинула Сноху от плиты и сказала:
— Ты, Сноха, блины не умеешь печь. Они у тебя подгорелые да корявые. Иди-ка в коридор, а я здесь хозяйкой буду.
Сноха пересела в коридор на табуретку. Муж молчал, наливая себе компот.
Через день свекровь выглянула из кухни, оглядела коридор брезгливо:
— Ты, Сноха, и в коридоре мне мешаешь. Своими тапками скрипишь, нервы мне ледяные треплешь. Ступай в ванную. Или в кладовку.
Сноха перебралась в кладовку. Сидела среди тряпок и пыли, тихонько подвывала, вытирая слезы картофельной мундирой.
А свекровь тем временем разрослась. Она заняла собой всю избушку. В спальне мужа она поменяла шторы на свои — драконовые; в гостиной переставила диван так, чтобы телевизор было видно только из ее кресла; а на пороге кладовки навесила амбарный замок.
— Вылезай, Сноха! — кричала она сквозь дверь. — Совсем ты мне тут надоела! Иди куда хочешь! Живи на помойке!
Выгнала сноху вон, прямо в весенний холод и слякоть.
Сноха села на лавочку у подъезда и плачет. Мимо идет Собачка — соседская пенсионерка, вся в пухе, добрая.
— Тяф-тяф! Тяф-тяф! Чего плачешь, соседка?
— Как же мне не плакать, тетя Света? Была у меня избушка лубяная, светлая, а теперь там живет Свекровь Ледяная, меня же выгнала.
— Не плачь, я помогу! Я ее тяф-тяф! — Собачка взбежала на крыльцо, залаяла страшным голосом: — А ну, выходи, Ледяная Душа! Брысь из чужой квартиры!
Свекровь открыла дверь. Она стояла в проеме величиной с холодильник, подбоченившись.
— КАК ТЯФКНЕШЬ — ТАК И ОТТЯФКНЕТСЯ! — рявкнула она ледяным басом. — Я сейчас выйду с половником!
Собачка (тетя Света) поджала хвост, взвизгнула и убежала в свою квартиру, бормоча: «Я ж говорила, чужие семейные дела не моего ума дело».
Сидит Сноха дальше на лавочке, плачет. Идет Медведь — это сосед сверху, бывший боксер дядя Коля, здоровенный мужик с добрым сердцем и золотыми руками.
— О чем заливаешься, касатка?
Сноха ему про избушку да про свекровь.
— Эка невидаль! — рявкнул дядя Коля. — Да я ее сейчас одним левым хуком...
Поднялся он на этаж, как вломился в квартиру:
— Выходи, зараза! А ну верни бабе жилплощадь! — кулачищем по косяку.
Свекровь вышла. В руках у нее был не половник, а увесистая сковородка-гриль.
— Ты чего разорался, Медведь? — спросила она спокойно, будто лед колола. — А ну пошел вон отсюда, а то я твоей жене скажу, куда ты премиальные в прошлом месяце дел! И про гараж твой секретный все расскажу!
Медведь (дядя Коля) сразу сдулся, побелел, как стенка, забормотал: «Ошибочка вышла, это не моя квартира» — и дал стрекача, только пятки засверкали.
Сноха упала лицом в ладоши. И тут видит: идет мимо ПЕТУХ. То есть теща Свекрови — старуха божий одуванчик, Манечка, мать Ледяной Души. Маленькая, сухонькая, но глаза — две кнопки звонка.
— Ку-ка-ре-ку! — закричала Манечка голосом, от которого даже уши на почтовых ящиках свернулись. — Несу справедливость на крыльях! Где моя бестолковая дочка?
Сноха всхлипнула, рассказала.
Поднялась Манечка на этаж. Свекровь, увидев ее в глазок, попятилась. Манечка даже стучать не стала. Она просто вошла (дверь сама перед ней открылась, ибо мать страшнее любой щеколды).
— Ну, здравствуй, доченька, — сказала Манечка. — Я смотрю, ты опять за старое? Избушку ледяную отрастила, людей выгоняешь?
— Мама, я... — начала было Ледяная Душа, но голос ее задрожал, как сосулька под оттепелью.
— Молчать! — сказала Петух-Манечка. — Я тебя родила, я тебя и воспитаю. А ну собрала свои нафталиновые тряпки и — марш в свою ледяную лужицу! Там и остывай.
Свекровь затряслась, запищала, собрала свои вещи — портрет, сковородку, банку с солеными огурцами — и выскочила вон, даже не оглянулась. Потому что мать — это единственная сила в мире, которая способна заморозить даже Ледяную Душу.
Петух-Манечка усадила Сноху за стол, налила чаю.
— Живи, дочка, спокойно. А если этот... (кивок в сторону Молодого Мужа, который все это время сидел в наушниках) — если он хоть слово поперек скажет, ты мне сразу звони. Я ему такое «ку-ка-ре-ку» устрою, что он у меня на рожок позвоночник намотает.
Стали они жить-поживать да добра наживать. Сноха блины печет — горой. Молодой Муж наконец-то наушники снял, потому что кухня снова пахла уютом, а не нафталином.
А Злая Свекровь теперь живет в луже. Тает потихоньку. И каждую весну, когда солнце припекает, слышно, как она шипит на талой воде:
— Это все Сноха виновата... шип-ш-ш-ш... Все Сноха...
Но никто ее уже не слушает.
Мораль: Не строй избушку ледяную на чужом пороге. А если построил — будь готов, что придет Петух с метлой.
Ну, как вам творчество ИИ, не тронутое правкой?