«Фальшивому другу мы предпочитаем открытого врага» Фридрих Энгельс
22 июня 1941 года первые специальные подразделения скрытно пересекают границу. Некоторое время спустя маневровые группы пограничников и диверсантов перерезают линии связи, дерзко врываются на аэродромы и расстреливают в упор готовые к взлёту самолёты. Воздушные десанты захватывают в тылу противника ключевые мосты, узлы дорог, железнодорожные переезды и перевалы. Десанты высаживаются и с кораблей в тылу противника, а колонны бронетехники, при массированной поддержке артиллерии и авиации быстро продвигаются на сотни километров в глубь его территории. Потери минимальны, а тысячные массы солдат противника поспешно капитулируют.
Похоже на описание операций Вермахта во время его вторжения в СССР? Нет. Это не немцы. Так профессионально и эффективно, 85 лет назад, действовала Красная армия, в ходе операции «Согласие», когда в августе-сентябре 1941 года выполняя задачу по оккупации шахского Ирана. Внимательные читатели сразу спросят – а при чём тут 22 июня? Об этом будет позже…
Главная часть этой молниеносной операции пришлась на очень сложный для СССР момент – значительно превосходящие РККА в численности живой силы и технике войска Вермахта, не считаясь с огромными потерями в живой силе и технике пёрли по нашей земле. Ситуация крайне сложная. В районе Великих Лук наши войска с боями прорываются из окружения, идут тяжёлые бои за Одессу, ещё держится Таллин, вовсю гремит грандиозная битва за Смоленск и готовится наступательная операция под Ельней. В современной российской историографии эти летние месяцы принято считать стратегической катастрофой армии СССР.
Это была дерзкая по своему исполнению Спецоперация, официально проведённая за короткий период с 25 августа по 17 сентября 1941 года и весьма похожая по замыслу на современную, образца 1922 года. Необходимо было военным путём принудить Реза-шах Пехлеви к полному отказу от сотрудничества с тогдашним Евросоюзом – гитлеровской Германией и обеспечить безопасность южного маршрута поставок в СССР по ленд-лизу, исключить взятие под контроль иранских нефтяных месторождений Германией и вступление Ирана и Турции в войну на стороне стран Оси. Советские войска на территории Ирана создавали серьёзную фланговую угрозу для турецких войск, сильно остужая их возможные агрессивные намерения. Для немцев это было полной неожиданностью. Глава внешней разведки Германии Вальтер Шелленберг писал: «для нас стало неожиданностью вторжение СССР в эту страну». Ну так работать надо было лучше, а не со Штирлицом баварское на рабочем месте хлебать и ножки фрау Набель смаковать…
Наследника основанной им династии и пытаются сейчас вернуть к власти в современном Иране. Трамп и его израильские кукловоды, во главе разбомбленной им страны рассчитывают поставить внука того самого шаха, выпнутого советским сапогом с должности в 1941 году. Нынешний претендент - Реза Кир Пехлеви, аж с 1967 года является наследным принцем Ирана и должен был занять престол после своего отца - Мохаммеда Резы Пехлеви, являющегося сыном Реза-шах Пехлеви, но помешала Исламская революция 1979 года. С площадок западных СМИ внучок теперь призывает народ Ирана поменять власть аятолл на право лобзать его шахские штиблеты…
Но зачем Ирану эта династия глупцов, лжецов и неудачников? Шахиншах Реза-шах Пехлеви, отец 11 детей от своих четырех жен, за шашни ещё и с Гитлером был молниеносно свергнут советско-британским ударом и вскоре помер в Южной Африке. Его сын Мохаммед Реза Пехлеви благодаря им сел на трон, но хоть и сравнивал себя с Киром II Великим и наивно считал монархический Иран надклассовым государством, потерял корону от рук своего премьер-министра Мосаддыка. ЦРУ и МИ-6 в ходе операции «Аякс» снова натянули её ему на голову, но в 1979 году он тупо сбежал из страны от аятолл.
Но вернёмся в первую половину 20 века. Задолго до начала Второй Мировой войны Иран уже вовсю сотрудничал с нацисткой Германий в экономической и военной сфере. Это сотрудничество началось ещё в 20-х годах. После того как в 1928 г. немцы помогли персам создать «Национальный банк Ирана», в 1929 г., был подписан ирано-германский договор о дружбе и сотрудничестве, давший старт плотному сближению двух стран. Тогдашний министр двора Абд ал-Хусейн Теймурташ, отвечающий за внешнюю политику, убедил Реза-шаха Пехлеви, что именно Германия подходит для снижения влияния ненавистной персам Англии, контролирующей иранские нефтепромыслы, и пресечения возможного экспорта коммунистических идей из СССР. Германские специалисты строили по всей стране железные дороги и модернизировали армию шаха по германскому образцу. В больших объёмах закупалось немецкое оснащение и вооружение.
30 октября 1935 г. в Берлине было подписано важнейшее клиринговое (взаимный обмен товарами) соглашение между Германией и Ираном. Каирский журнал «Чехре-Нели», в конце ноября 1935 г. писал: «Этот договор по многим соображениям представляет большое значение. Товарообмен, установленный в результате этого договора, выражается в 33 млн марок… Иранское правительство будет вывозить в Германию хлопок, шерсть, сухофрукты, прочее сырье и отправлять на самолетах в Германию с Каспийского моря рыбные продукты. Указанные экспортные товары подвергнутся очистке на заводах Баварии, а затем отправятся на германские рынки. Германское правительство станет вывозить в Иран оборудование для текстильной промышленности, электрические товары и т. д.».
Ввозные лицензии стали выдаваться иранцам без предъявления сертификата о вывозе, что снимало с импортеров немецких товаров 15 % расходов на лицензию и удешевляло себестоимость немецких товаров. Неподверженность ввоза из Германии валютному ограничению, высокая конкурентоспособность германских товаров и отмена платных лицензий, которые сохранялись для других стран (кроме СССР), сделали для иранцев весьма привлекательной торговлю с Третьим рейхом.
В свою очередь Германия объявила Иран страной, имеющей «особое политическое значение для германского рейха». Было принято решение о предоставлении фирмам, экспортирующим в Иран промышленную продукцию, льготных гарантий, предусматривавших в случае ущерба плату компенсаций до 70 % от стоимости товара. Так же давалось право льготных перевозок по государственным железным дорогам и освобождение от уплаты части налогов.
20 ноября 1936 г. германский министр экономики и президент рейхсбанка Я. Шахт был очень тепло встречен в Тегеране где он провёл личные встречи с премьер-министром, председателем меджлиса, министром финансов, министром иностранных дел, редакторами тегеранских газет и другими высокопоставленными иранцами и с самим Реза-шах Пехлеви. Были подписаны новые долгосрочные экономические соглашения с особыми условиями. Немцы уверенно затягивали на шее персов экономическую удавку.
Германию больше всего интересовал хлопок, необходимый при производстве взрывчатых веществ. В 1937 г. во время продления клирингового соглашения Я. Шахт добивался от иранского правительства увеличения поставок этого стратегического сырья. Однако основные объёмы хлопка были забронированы монопольными договорами с СССР, для которого этот товар так же имел огромное значение и потерю его поставок нельзя было допустить.
Если в Германию из Ирана шло в основном сырьё, то в Иран десятками немецких фирм поставлялось разнообразнейшее промышленное оборудование, причём за счёт сильного падения английского промышленного импорта. Имеется следующая статистика - «Уже в 1937/38 г. Германия заняла во внешней торговле Ирана второе после СССР место, оттеснив Англию, а в 1938/1939 г. вышла на первое. В 1939/40 г. её доля составила почти половину всей иранской внешней торговли. В 1940-41 г. соотношение было такое: Германия – 45%, СССР – 11%, Британия – 4%, другие страны – 39%».
Торгово-экономические отношения Германии с Ираном были выстроены так, что последний практически субсидировал военные расходы Рейха и закупал много немецких вооружений. Например, только за восемь месяцев 1941 года было ввезено более 11 000 тонн вооружения и боеприпасов, несколько тысяч пулеметов, десятки артиллерийских орудий. Тема разнообразнейшего экономического сотрудничества этих стран чрезвычайна обширна, поэтому не углубляясь в детали констатируем - к началу ВОВ Германия экономически подмяла под себя Иран.
А в идеологическом отношении главенствовать стал национализм. В Персии, ставшей в 1935 году Ираном - «страной ариев» пропагандировали арийскую идентичность. Примером стала фашистская идеология Муссолини, затем расистская Гитлера. Идея «расовой чистоты арийцев» зашла «на ура» иранским, европейски ориентированным офицерам, молодёжи и интеллигенции. Не менее 70% среднего и высшего классов Ирана были настроены прогермански, по мнению тогдашних наблюдателей из Англии и США. Благо гитлеровские идеологи объявили персов «чистокровными арийцами» и «сыновьями Заратуштры».
А это жуть как приятно быть «особым» народом. Чистокровным, избранным, детьми бога и так далее… Мало кто устоял против такого соблазна. В Германии учится иранская молодежь, становясь в будущем «агентами влияния», по образцу германских создаются и молодёжные организации. Вся система образования контролируется германскими преподавателями и инструкторами, приглашёнными местными властями. Агенты политической разведки - СД и военной разведки - Абвера, занимали видные посты в государстве, армии и бизнесе. Согласитесь – много сходства с современной Украиной до 2022 года. К чести простого трудящегося народа Ирана, их эта зараза коснулась значительно меньше. Скорей всего просто не хватило времени для полного оболванивания, как у нашего соседа.
И как тараканы в тёплом сортире, по стране вольготно зашныряли немецкие агенты всех мастей. В пограничных с нами северных районах Ирана формировались разведывательно-диверсионные группы и устраивались склады оружия. С помощь немцев в Тегеране, Керманшахе и Мешхеде были построены современные аэродромы. Высокой стала опасность переброски военно-воздушных сил Германии для бомбардировок нефтепромыслов в Баку. Иранские аэродромы и базы немцы планировали использовать для в будущей войне против СССР и Великобритании.
Для успешной реализации этих планов германская компания «Люфтганза» провела все необходимые подготовительные мероприятия и с 1 апреля 1938 г и открыла воздушную линию Берлин – Афины – остров Родос – Дамаск – Багдад – Тегеран – Мешхед – Кабул. Летая над иранской территорией, немецкие летчики имели право и совершали посадки на военных аэродромах.
Иранский историк А. Азганди писал: «Реза-шах говорил о необходимости укрепления военной мощи страны и боеготовности и продолжил получать военную технику из Германии, что практически можно рассматривать как нарушение нейтралитета… Сотрудничество иранских военных и лично Реза-шаха с Гитлером вело к милитаризации всех сфер жизни общества. Это был не нейтралитет, а потворничество»
Ведь ещё 26 февраля 1921 года между Персией и СССР был подписан Советско-персидский договор о дружбе. Этот договор отменял все предыдущие договоры и соглашения Ирана с царским правительством и с третьими странами во вред Ирану и относительно него. Стороны обязывались строго воздерживаться от вмешательства во внутренние дела друг друга, не допускать на своей территории образования или пребывания организаций, групп или отдельных лиц, ставящих своей целью борьбу против Ирана или России. И плотное сотрудничество Реза-шаха Пехлеви с Гитлером явилось нарушением этого договора со стороны Ирана. То, насколько глубоко зашли дела с Германией, позволило Берлину, нотой от 25 июня потребовать от иранского правительства вступления в войну на стороне Германии. И хотя Иран подтвердил нейтральный статус, среди его прогермански настроенного офицерства активно обсуждались идеи захвата Советского Азербайджана, а сотрудничество с Рейхом продолжалось.
Поэтому весьма предусмотрительным для СССР было введение в договор 1921 года статьи №6 о праве введения своих войск на территорию Ирана в случае нападения на него третьих держав или при использовании ими его территории как плацдарма для нападения на Россию. Исходя из положений этого договора СССР трижды, начиная с 26 июня предупреждал руководство Ирана об активизации в стране немецкой агентуры и требовал выдворить из страны всех германских подданных, включая сотни военных специалистов, включая офицеров Генштаба, поскольку те проводят деятельность, несовместимую с иранским нейтралитетом. 25 августа, ранним утром, нарком иностранных дел Вячеслав Молотов объявил иранскому послу, что в связи с тем, что советские правительственные ноты остались без надлежащей реакции, а также в соответствии с пунктом 6 действующего советско-иранского договора, СССР вводит свои войска на территорию Ирана. Началась операция «Согласие». Главная ударная роль в ней отводилась СССР.
23 августа Сталин издает две Директивы № 001196 и № 001197. В соответствии с первой Директивой создается 53-я Отдельная Среднеазиатская армия, в соответствии со второй - Закавказский фронт, куда входят 44, 45, 46 и 47 армии. Для непосредственного проведения военной фазы операции на территории Ирана было выделено две армии из состава Закавказского фронта под общим командованием генерал-лейтенанта Дмитрия Козлова - 44-я Хадеева (2 горнострелковые и 2 кавалерийские дивизии, танковый полк), 47-я Новикова (2 горнострелковых, 1 стрелковая, 2 кавалерийские и 2 танковые дивизии) и 53-я Отдельная общевойсковая армия Трофименко (стрелковый и кавалерийский корпуса, 2 горнострелковые дивизии), сформированная в Среднеазиатском военном округе. Сухопутные силы поддерживала Каспийская флотилия. Планированием операции занимался начальник штаба Закавказского военного округа генерал-майор Федор Толбухин. Общая численность наших войск, непосредственно действовавших на территории Ирана составляла всего 30 000 человек. Такие данные даёт разведка США, официальных российских данных нет.
Советским и английским войскам противостояла не столь уж слабая армия, как принято сейчас считать. Она насчитывали порядка 126 400 военнослужащих в составе 9 дивизий, а к 25 августа за счёт отмены отпусков военнослужащим и дополнительной мобилизации численность армии довели до 200 000 человек. Горный ландшафт, стенами гор защищающий страну со всех сторон, за счёт обороны перевалов, разрушения мостов и малочисленных дорог, позволяет сдерживать любого противника довольно долго. Именно эта проблема остро встанет перед американскими войсками, если Трамп решится на проведение наземной операции. На перевалах и в тесных ущельях можно не одну армию положить, не добившись никакого успеха.
Военно-воздушные силы Ирана к августу 1941 г. организационно состояли из 4-х авиационных полков и отдельного авиационного отряда. Имелось 250–300 пилотов и около 125 устаревших боевых самолетов. Среди иранских самолетов были истребители Hawker «Fury», разведчики-легкие бомбардировщики Hawker «Audax» и «Hind», учебные De Havilland «Tiger Moth», которые могли использоваться как разведчики. 10 современных истребителей типа Curtiss P-36 «Hawk» американского производства были куплены и доставлены, но лишь один успели собрать. Авиация Ирана была уничтожена советскими диверсионными отрядами и совместными англо-советскими ударами авиации в первый же день операции.
Обладал Иран и 102 единицами бронеавтомобилей и 200 танками. Лучшими образцами являлись чехословацкие TNH, близкие по характеристикам к нашим Т-26. Имелась и артиллерия. Всего 874 орудия, из которых 350 современных, шведского, чехословацкого и немецкого производства, частично на моторизованной тяге.
Имелся и небольшой флот, располагавший двумя сторожевыми кораблями, четырьмя канонерскими лодками и несколькими вспомогательными судами. Главной же ударной силой являлась превосходная конница. Для горных условий и обширной территории страны эти высокоманевренные боевые соединения подходили как нельзя лучше. Эти конные соединения и подвижная артиллерия могла очень быстро закупорить все перевалы и организовать засады на колонны советских войск на узостях горных дорог. Не успели. Наши десантники оказались там раньше.
У иранцев были весьма хорошие возможности для организации серьёзного сопротивления при грамотном использовании сложной горно-пустынной местности для обороны своей страны, но удар РККА, главного участника операции, был настолько стремительным, ошеломляющим и отлично организованным, что иранская сторона не успела ничего предпринять для отражения вторжения и уже 30 августа полностью капитулировала. Все крупные города Северного Ирана были заняты советскими войсками.
Во время проведения операции, руководимой далеко не самым нашим удачливым генералом - Дмитрием Козловым, тем самым, по адресу которого Сталин позже произнёс своё знаменитое «Гинденбургов у нас нет - есть Козловы», наши войска действовали быстро, согласованно и уверенно. Своевременно были взяты под контроль стратегически важные перевалы, перерезана связь, уничтожена авиация противника. Противник растерялся. В первые же дни операции иранская армия была разбита и полностью деморализована. И не мешало нашим бойцам и командирам ни отсутствие раций в каждом танке или самолёте, ни незнакомая и очень тяжёлая местность, ни чужой народ. И не надо говорить про разницу в численности войск. Напомню - непосредственно на территории Ирана наш контингент составил 30 000 человек, или о том, что якобы иранцы совсем не хотели воевать. Воевали, иначе не понесли бы потери в 800 солдат только убитыми.
В ходе этой операции РККА потеряла убитыми 40 человек, материальные потери составили 3 самолета. Наибольший урон советским солдатам на персидской земле нанесли малярия и тиф. Свыше 4000 заболевших красноармейцев с 1941 по 1946 год было эвакуировано в госпитали на территории СССР.
И у этого успеха есть весомая причина. Но о причинах, боевых моментах, а так же о странной тайне нашего «22 июня», поговорим уже в следующей статье.
Продолжение:
С уважением, Соратник.ру