Яна шла очень быстро, невольно прислушиваясь к эху собственных шагов, а сумрак уже вовсю мягко окутывал улицы Санкт‑Петербурга, постепенно погружая в ночь этот и без того немного сумрачный город, превращая знакомые очертания домов в загадочные силуэты. Она ещё прибавила шагу, и ей вдруг показалось, что где‑то за спиной эхом раздаётся неясный звук, как будто кто‑то крадётся за ней следом.
Дойдя до поворота, Яна заставила себя обернуться, но улица была абсолютно пустой, ни человека, ни тени, ничего не маячило в сумерках уходящего дня, только фонари отбрасывали жёлтые круги света на мокрый асфальт, да ветер шелестел по тротуарам только что опавшими листьями.
- Глупости, – пробормотала она и пошла ещё быстрее, продолжая рассуждать вслух (всё равно никто не слышит), – В двадцать первом веке продвинутых технологий на улице бояться вообще нечего: везде установлены камеры видеонаблюдения, в проезжающих мимо машинах есть регистраторы. Кто решится на что‑то недоброе под прицелом сотен объективов?
Мимо неё проехала машина, потом другая, а впереди показалась целая компания молодых людей, так что Яна с облегчением выдохнула, чуть замедлила шаг и расслабилась. «С чего это я запаниковала?» – подумала она и уже неспешным шагом пошла по городу, который жил своей обычной вечерней жизнью.
Семь лет назад таким же дождливым сентябрьским утром она переехала жить в Петербург, поступив здесь учиться после школы. Как сейчас она помнит свою первую поездку на такси от вокзала до съёмной квартиры, когда мокрые гранитные мостовые поблёскивали под колёсами машины, а серое небо нависло над шпилем Адмиралтейства, словно старинная гравюра. Яна приехала сюда поступать в университет, мечтая о карьере архитектора.
Тогда город встретил её неприветливо, величественные фасады дворцов казались холодными и чужими, каналы хмуро отражали свинцовые тучи, а ветер с Невы пронизывал до костей, словно проверяя её на прочность: «Выдержишь? Останешься? Будешь бороться за право здесь жить или сдашься и уедешь обратно к себе домой?»
Яна не сдалась, она стала жить в Санкт-Петербурге, учиться, а в свободное время бродить по улицам, заучивая их, как ноты: Невский проспект, набережная Мойки, Каменный остров, Петроградская сторона… и постепенно Петербург раскрывался перед ней и влюблял в себя эту восторженную и открытую девушку из провинции, и вскоре Яна уже не представляла себя в другом месте, этот город стал частью её души, нет, не просто фоном жизни, а её сердцем и дыханием. Она здесь работала на большом предприятии, была очень довольна всем, просто сегодня пришлось задержаться по просьбе шефа и доделать кое-какие таблички… Конечно, домой можно было поехать на метро или на автобусе, но Яне захотелось пройтись, размяться и вот, расплатой за такое желание стал её внезапный страх перед вечерним городом. «Фу ты, стыд какой, испугаться своих собственных фантазий!» – возмутилась она про себя.
Из задумчивости её внезапно вырвала большая лохматая тень, возникшая рядом по правую руку, но толком испугаться Яна не успела, потому что вслед за тенью показалась огромная плюшевая хаски, которая, свернув на газон, даже не обратила внимания на шарахнувшуюся от неё девушку.
- Надеюсь, Вы не испугались? – обеспокоенно спросил её мужчина, державший собаку на поводке.
- Сперва немного испугалась, – откровенно призналась она, – Но потом разглядела, что она такая симпатяжка, да и Вы её всё-таки придерживаете, так что…
- Это не она, а он, – гордо заметил мужчина, – Его зовут Майкл.
- Почему именно Майкл, а, например, не Джек? – спросила она.
- Просто имя понравилось, – ответил незнакомец, – Кстати, а меня зовут Борис. А Вас?
Яна тоже представилась и поинтересовалась:
- А Майкл, он… служебный что ли или просто обычный, домашний пёс?
- Нет, не служебный, не цирковой, он просто мой друг, напарник и вообще клёвый пацан, – рассмеялся Борис, – Я работаю инструктором по дрессировке собак, помогаю хозяевам находить общий язык с питомцами, учу пёсиков базовым командам, корректирую их поведение. Раньше часто брал питомцев на передержку, чтобы проработать какие‑то моменты без влияния домашней обстановки, но теперь из-за Майкла не могу этого делать.
- То есть, Майкл мешает Вашей работе? – покачала головой она.
- По‑разному, – ответил Борис, – Иногда даже здорово помогает, как бы служит примером для других, спокойный, внимательный, умеет показать, как правильно выполнять команды. Просто он ревнует меня к другим собакам, поэтому я домой никого постороннего не привожу, чтобы его не беспокоить.
- Получается, он у вас вроде демонстрационной модели? – улыбнулась Яна.
- Точно! – он потрепал пса за ухом, – И лучший антистресс после сложных клиентов. Но это уже чисто для меня…
Яну дома никто не ждал, у неё не было пока ни семьи, ни друзей, только коллеги по работе, с ними она, в основном, и дружила, потому что на другое у неё элементарно не хватало времени. Хотя, были ещё знакомые со студенческих лет, но они все тоже были постоянно заняты, так что, наладить дружественные контакты ни с кем особо не получалось.
- Можно я поглажу Вашего Майкла? – спросила она.
- Конечно, он умный, не тронет, – разрешил Борис.
Майкл сам подошёл к ней и подставил голову, как будто понял их разговор. Яна осторожно погладила пса, а потом слегка потрепала его за ухом, и тот аж зажмурился от удовольствия.
- Он у Вас такой деликатный, – заметила она, – Наверное, Вы его с детства тренировали?
- На самом деле я взял его уже взрослым, из приюта, – признался Борис, – Там он был немного пугливым, но за полгода мы с ним как следует поработали, и теперь он – моя гордость и главный помощник.
У него внезапно зазвонил телефон, он извинился, ответил, и Яна услышала в его трубке истерично выговаривающий ему женский голос. Некоторое время Борис терпеливо послушал эти вопли, а потом просто сбросил звонок, выключил телефон и спросил у Яны
- Вы в какую сторону идёте? Не против, если мы с Майклом Вас проводим?
- Не против, – ответила она, – Даже буду рада, а то одной как-то неуютно.
Они пошли по сумеречным улицам, и Яне вдруг показалось, что город уже не такой мрачный, как был десять минут назад. Она расспрашивала Бориса о его работе, о разных породах собак, о забавных случаях на тренировках, и он с удовольствием ей отвечал, делился историями про собак, и, как оказалось, у него их была целая коллекция. У подъезда Яны они обменялись телефонами и попрощались.
Скорее всего, она вскоре забыла бы эту встречу, либо вспоминали бы изредка о милом и вежливом Майкле и о его весёлом хозяине, но не более того, если бы на следующий вечер Борис ей не позвонил.
- Яна, простите, что отвлекаю, но у меня проблема, и я сейчас обзваниваю всех своих знакомых, – сказал он встревоженным голосом, – У меня Майкл сбежал, испугался фейерверка, который запустили соседские мальчишки, и вырвался с поводка. Я его весь день сегодня ищу.
- Чем я могу помочь? – откликнулась Яна.
- Прошу Вас, если он вдруг Вам где-то попадётся, попробуйте, пожалуйста, его удержать и сразу сообщить мне! – попросил Борис.
Яна положила трубку и, если честно, расстроилась из-за Майкла. «Вот, глупыш, сбежал, а теперь бродит где-то по улицам голодный, холодный… эх», – вздохнула она.
Ночью ей как-то не спалось и, встав попить воды, она прошла на кухню, по инерции выглянула в окно и увидела, как по газону бегает Майкл. Она так заспешила, что даже выронила кружку с водой, и она упала и разбилась. «К счастью», – автоматически подумала Яна и, накинув прямо на пижаму пальто, выбежала во двор.
- Майкл, ко мне! – позвала она.
Он сразу узнал её, завилял хвостом и подбежал, и Яна улыбнулась и погладила его густую, мягкую шерсть, приговаривая:
- Ну и напугал ты нас, хулиган, пойдём теперь ко мне в гости и позвоним Борису, – сказала она.
При имени своего хозяина пёс заскулил.
Они поднялись на лифте, зашли к ней в квартиру, и Майкл сразу же лёг под дверью на коврике.
- Ну, конечно, – похвалила его Яна, – У тебя же грязные лапы.
Она позвонила Борису, и он сразу же примчался к ней, сломя голову. Увидев Майкла, он выдохнул с облегчением:
- Спасибо Вам, Яночка, просто огромное, даже не понимаю, почему Майкл прибежал именно к Вам, а не сразу домой, он же знает нашу обычную дорогу.
Услышав это, Майкл виновато закрылся лапами, и у Яны вдруг возникло подозрение, уже не специально ли этот умный пёс пришёл именно к ней. «Ну, не может быть», – отмахнулась она от этих мыслей и пробормотала:
- Не переживайте, всё в порядке. Главное, что Майкл нашёлся. Может, позавтракаем вместе? Майклу можно сварить гречневую кашу и добавить в неё сырое яйцо.
- Откуда Вы такое «собачье» блюдо знаете? – удивился он.
- У дедушки в деревне всегда были собаки, а я там часто гостила, все каникулы в деревенском доме проводила и с собаками возилась, дед был охотником, у него всегда имелись лайки, – объяснила она.
- А я родился и вырос в Питере, признался Борис, – Но как-то долго не ценил этот город, а потом, когда вернулся из армии, то как будто прозрел, всю его красоту сразу и заметил. Мы с Майклом гуляем часами. Если хотите, Вас с работы будем хоть каждый день встречать?
- Это отличная идея! – кивнула Яна и принялась готовить завтрак для себя и своих гостей.
После всех этих событий Борис и Майкл стали встречать Яну с работы, и это вошло в их общую привычку, когда ровно в семь вечера у входа в архитектурное бюро появлялись две фигуры, высокий мужчина в спортивной куртке и воспитанный хаски, который, завидев издали Яну, так интенсивно начинал вилять хвостом, что казалось, вот‑вот взлетит в небо, как вертолёт.
Она улыбалась, ещё не дойдя до них, и Майкл бросался к ней навстречу, а Борис делал вид, что строго окликает пса, но сам при этом широко улыбался. Потом они гуляли по Петербургу, иногда просто шли втроём по центру, где фонари отражались в Неве, иногда сворачивали к тихим дворам Петроградки, а иногда просто кружили по району, обсуждая всё на свете.
Яна вдруг осознала, что с появлением Бориса и Майкла её дни стали ярче, и она теперь иногда забывает про работу, и снова видит детали, которые раньше так любила, но в последнее время не замечала из-за нехватки времени и уже почти забыла, как падают тени от решёток Летнего сада, как пахнут пёстрые бархатцы у Михайловского замка, как душевно звучит город после дождя.
Однажды, когда они шли по набережной Фонтанки, любуясь розовыми облаками заката, у Бориса зазвонил телефон. Истеричный женский голос, как в первую их встречу, опять зазвучал так громко, что Яна невольно услышала обрывки фраз: «…незаконно… переоформить… ты обязан…»
Борис выслушал, коротко бросил: «Нет», – и положил трубку. Потом он отключил звук телефона и вздохнул:
- Бывшая жена опять названивает, – пояснил он, заметив вопросительный взгляд Яны, – Квартиру хочет у меня отобрать, я-то ей при разводе однушку купил, а ей всё мало, она теперь эту, старинную, дореволюционную, которая мне от бабушки по наследству досталась, хочет.
- И что, есть шансы? – осторожно спросила Яна.
- Никаких, – уверенно ответил Борис, – Всё по закону, но она не унимается. Зря я ей, наверное, однушку покупал, надо было выставить вон на улицу, может быть, спокойнее вела себя теперь.
Яна понимающе кивнула и поинтересовалась:
- А почему вы вообще разошлись?
- У неё аллергия на собачью шерсть, – зло усмехнулся он, – И вообще она просто ненавидит животных. Я её мысленно называю Круэллой. Для меня выбор был очевиден, без собак я не могу.
Майкл, словно понимая, о чём речь, подошёл к Борису и ткнулся носом в его ладонь, и тот потрепал пса за ушами с улыбкой сказал:
- Вот видишь, кто мой настоящий друг.
Яна посмотрела на них, на серьёзного и немного удручённого Бориса и на Майкла, который преданно смотрел на хозяина, и ей захотелось их обоих обнять и расцеловать.
- Знаешь, Борис, – сказала она, – Мне кажется, что всё случилось так, как и должно было случиться, а, если бы Майкл тогда не сбежал, то мы бы, возможно, никогда так близко не сошлись.
- Да, – кивнул Борис, – Получается, что Майкл нас и свёл?
- Получается, так, – улыбнулась Яна, – И знаешь, что? Давай завтра поедем в Петергоф и возьмём его с собой? Я давно там не была, а сейчас как раз золотая осень, листья на аллеях, фонтаны ещё работают…
- Поддерживаю такой вариант! – обрадовался он, – Майкл обожает бегать по большим паркам.
Они продолжили прогулку, и Яна вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствует себя по‑настоящему счастливой, а всё из-за того, что рядом с ней были два самых близких друга, мужчина и его хаски, которые отвлекли её от повседневной рутины и помогли снова научиться радоваться мелочам.
На следующий день они действительно поехали в Петергоф, и Майкл носился по аллеям, гонялся за опавшими листьями и позировал для фотографий у фонтанов, Борис и Яна шли рядом, смеялись и строили планы на выходные, а вечером, провожая Яну домой, Борис прижал её к себе и поцеловал долгим, нежным поцелуем.
- Ах, – сказала Яна, когда поцелуй закончился.
- Что-то не так? – лукаво спросил её Борис.
- Не знаю… – смутилась Яна.
- А я знаю, – подмигнул он ей и достал из внутреннего кармана коробочку с колечком, – Выходи за меня замуж и переезжай ко мне, а то мне так надоело жить на два дома.
Петербург мерцал огнями, ветер доносил запах воды и осени, а где‑то вдали звучал гудок парома. Яна глубоко вдохнула, улыбнулась и сказала:
- Да!
Жизнь продолжалась, и она была прекрасна.
******
Дорогие читатели, автора канала потянуло на лирику, и, хоть сейчас во всю наступает весна, неожиданно вспомнилось осенней время… Всем добрых новостей, пишите комментарии, спасибо, что вы со мной!
