«Это папа, говорит Настя маленькой дочке. Он теперь в небесном полку, наш ангел-хранитель». С большой фотографии на стене смотрит молодой мужчина в армейской полевой форме. Глаза в тени козырька с грустинкой, а уголки губ приподняты, словно готовы улыбнуться. На руках у мамы – точная копия бойца, только в возрасте пяти месяцев. Увидеться лично отцу и дочке не суждено. За полгода до рождения Евы Рауль Кавдангалиев пал смертью храбрых на Херсонском направлении СВО.
Жили по соседству…
Поселок Степной в Красногвардейском районе за четыре года специальной военной операции пережил не одну утрату, здесь привыкли делить на всех и радость, и горе. Вот и в годовщину гибели Рауля собрались всем селом, у христиан поминки, у мусульман – садака. Национальности в поселке разные: есть татары, башкиры, русские, немцы, казахи. Но даже кладбище в Степном общее, старики говорят: «Все давно друг другу сватьями стали, на этом свете ничего не делили, а там и подавно делить нечего». Настя – русская, Рауль – казах, а для жителей оба кровинки родные, с детских лет вместе.
Я влюбилась в Рауля, когда мне было шесть лет, признается Настя. – Мы играли на улице в салки, и я наступила босой ногой на бутылочное стекло. Кровь течет, я реву, а он идет из школы, ему тогда десять лет было, такой нарядный. Взял меня на руки и нес до дома, не боясь испачкаться. Вот с того дня я других мальчиков уже не замечала.
Дети росли, их чувства крепли. Когда Насте исполнилось 17 лет, тихо и скромно поженились. В селе ранний брак не осудили, понимали – это любовь. Родилась в молодой семье дочка Дарина, а еще через пять лет сын Женя. Найти работу дома было непросто, многие мужчины уезжали на заработки вахтовым методом. Вот и старший брат Насти решил отправиться в Крым, строить мост через Керченский пролив. А куда Сергей, туда и Рауль, они со школьных лет лучшие друзья. Там занимались освещением переправы, неплохую практику получили как энергетики. Вернувшись, смогли устроиться на работу в Красногвардейский РЭС Западного ПО «Оренбургэнерго». Там и для Насти место нашлось…
Время встреч и разлук
Все бы ничего, но было объявлено о начале специальной военной операции, и мужчинам пришлось сделать выбор.
У Сергея и Рауля, как у энергетиков, бронь была. Брат мой по жизни патриот, он первым собрался идти на СВО. А за ним и мой муж, 30 сентября 2022 года их обоих мобилизовали. Я осталась с двумя детьми, у брата жена и маленький сын. С того времени жизнь разделилась на периоды ожидания: от весточки до весточки, от отпуска до отпуска, рассказывает Настя.
Последний раз Рауль был дома в отпуске перед Новым, 2025 годом. После месяцев разлуки чувства супругов обострились, не могли надышаться друг другом. Проводив мужа на фронт, Настя вскоре поняла, что снова ждет ребенка.
Рауля эта новость обрадовала, сказал, что непременно родится девочка, и даже имя ей заранее придумал Ева. Я попыталась возразить: вдруг это мальчик? А он сказал – будет дочка, и точка! Потом его телефон замолчал, а 26 февраля пришло извещение – ушел на задание и пропал без вести. В части знали, что он погиб, видели с дрона-разведчика тело, но вынести из-за обстрелов не могли. А без него по законам войны боец считается без вести пропавшим. Я надеялась, верила, ждала – вдруг окажется, что жив, случаются же и на войне чудеса… Но 21 марта сообщили – погиб. Не успела выплакать слезы по мужу, как 18 июня брат Сергей пропал без вести на Покровском направлении. Снова верю в чудо, люблю и балую его сына. И жду, жду…
Жизнь продолжается
Настя пока в декретном отпуске, администрация и сотрудники Красногвардейской РЭС ее опекают, жители Степного поддерживают. Рядом мамы живут, ее и Рауля, всегда есть с кем Еву оставить, чтобы отвезти Дарину в школу, Женю в детский сад. Сыну пять лет, папу он плохо помнит, а старшая дочь, ей уже 11, переживает сильно. Учится Дарина хорошо, пока не решила, кем будет в дальнейшем, врачом, как мечтали родители, или учителем, как хочет сама. Младшего брата уже пытается учить счету и азбуке.
Тяжело всем. Не материально, выплаты за папу получили, можно все его планы в жизнь претворить: дом, машина. Морально и физически трудно, мы были очень близки с Раулем, ни с кем больше не могу так душевно поговорить, как было с ним, объясняет Настя. – Лучше бы я руку потеряла, чем мужа! Да что говорить, все бы отдала, только бы он был жив. Раньше любимый мне цветы дарил по поводу и без повода, а теперь я ему букеты на кладбище ношу. Говорят, что боль со временем пройдет. А любовь останется, я в это верю. Не с крылышками пташки, а с крыльями ангела, большой, чистой, и навсегда…
Тамара Назина
Фото автора
