Инфляция в России после мощного старта в начале года затормозилась. В последние недели показатель стабильно находится возле отметки 0,1% за 6–8 дней. Замедление ожидаемо, ведь эффект от повышения налогов не должен был продлиться более двух месяцев. Тем не менее накопленный рост цен с начала года составил 2,59%, что весьма существенно. Самый важный вопрос сейчас — насколько повлияют геополитические события в мире на российскую инфляцию: замедлится ли она от бомбардировок Ирана и блокады Ормузского пролива или, наоборот, ускорится. Мнения экспертов на этот счет разделились. Подробнее — в материале «Известий».
Накопленный эффект
В первые месяцы 2026 года цены в России преподнесли неприятный сюрприз: на фоне роста НДС они увеличились даже сильнее, чем ожидалось. Однако мартовские цифры показывают, что инфляция более или менее вернулась под контроль. Годовое значение упало до 5,8%, а рост на 0,1% в неделю является относительно нейтральным показателем в годовом исчислении, примерно соответствующим или чуть превосходящим целевую отметку ЦБ — 4%. Всё это позволило Банку России на заседании 20 марта понизить ставку на половину процентного пункта, до 15%.
Но, если в экономике страны наступило относительное затишье, о внешней конъюнктуре этого никак не скажешь. Война на Ближнем Востоке, которая ожидалась как молниеносная операция по аналогии с летом 2025 года, мало того что затянулась, так еще и демонстрирует все признаки эскалации с перекрытием Ормузского пролива (вещь, немыслимая во время всех предыдущих ближневосточных обострений, стала рутинным фактом) и массовыми ударами по нефтяной и газовой инфраструктуре всех участников конфликта в регионе. Пылающие катарские, кувейтские, саудовские нефтеперерабатывающие заводы, месторождения и терминалы стали доминирующей темой новостей. Даже если конфликт закончится завтра (что выглядит практически невероятным), эффект от него будет длиться еще многие месяцы, если не годы.
В первую очередь, ожидается всплеск мировой инфляции. Цены на нефть уже подскочили выше $110 за баррель (для марки Brent). C газом ситуация схожая, особенно на фоне того, что в Европе из-за холодной зимы хранилища практически опустели. Но еще больший ущерб понесли государства Восточной Азии (Китай — в меньшей степени), которые напрямую зависели от поставок из Персидского залива. По схожему сценарию развиваются события с удобрениями, алюминием и даже микрочипами. Со дня на день эффект проявится в экономиках разных стран.
Россия стоит особняком. Экспортный сектор очевидно выигрывает от «бойни» на рынках, поскольку РФ становится важнейшим поставщиком, в отношении которого уже приостановили ряд санкций. Практически всеми сырьевыми товарами, поставляемыми из стран Залива или являющимися их производными, Россия обеспечена в достатке. Поэтому не совсем понятно, будет ли эффект от дефицита на крупнейших рынках для нас проинфляционным или же, наоборот, притормозит рост цен за счет сильной национальной валюты. «Известия» опросили нескольких отечественных экспертов.
«Выше цены на нефть — ниже инфляция»
Евгений Горюнов, заведующий лабораторией денежно-кредитной политики Института Гайдара
— Скорее, конфликт в Иране может способствовать снижению инфляции через укрепление обменного курса рубля. Уже сейчас Россия продает нефть дороже и получает большую валютную выручку. Если ранее аналитики ожидали снижения цен на нефть (этот сценарий рассматривался в начале 2026 года), что могло привести к удорожанию импорта и росту инфляции, то теперь такой уверенности нет. Логика здесь прямая: выше цены на нефть — крепче рубль — дешевле импорт — ниже инфляция.
При этом важно учитывать, что инфляция в значительной степени зависит от бюджетной политики. Пока Минфин заявляет о намерении существенно сократить расходы на фоне дефицитов последних лет. Однако, если на фоне роста нефтегазовых доходов будет принято решение смягчить эту линию и увеличить расходы, инфляционное давление может усилиться. Пока такой сценарий выглядит менее вероятным — Минфин традиционно придерживается достаточно консервативной политики, — но полностью исключать его нельзя.
«Растет инфляция импорта»
Ольга Беленькая, руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам»
— Россия стала одним из основных бенефициаров военного конфликта на Ближнем Востоке. Еще в начале года под влиянием западных санкций и давления США на Индию с целью добиться ее отказа от закупок российской нефти нефть Urals торговалась в диапазоне $40-45 за баррель. С началом военных действий на Ближнем Востоке мировые цены на нефть и газ резко выросли, при этом поставки нефти из стран Персидского залива упали, что способствует повышению спроса на российскую нефть и сокращению расширившегося из-за санкций ценового дисконта (в ряде сообщений СМИ говорится даже о том, что дисконт цены Urals к Brent сменился премией).
США временно ослабили часть санкций, сначала разрешив Индии в течение 30 дней покупать российскую нефть, находящуюся на танкерах в море, а затем отменив на месяц в целом санкции на российские углеводороды, загруженные на танкеры до 12 марта. Спрос Индии и Китая на нефть из РФ заметно вырос. По сведениям Bloomberg, на основе данных ценового агентства Argus, стоимость нефти марки Urals на западном побережье Индии достигла $98,93 за баррель — самого высокого уровня с начала 2022 года.
Это позитивно для российского бюджета и для доходов экспортеров. По оценкам Financial Times, доходы России от экспорта нефти на фоне обострения на Ближнем Востоке составляют до $150 млн в день. К тому же в результате нарушения поставок из стран Ближнего Востока дорожают и другие товары российского экспорта — газ, уголь, алюминий, сера, азотные удобрения, нефтехимические продукты, в перспективе — и продовольствие. То есть дезинфляционное влияние могли бы оказать увеличение экспортной выручки и теоретически возможное связанное с этим укрепление курса рубля.
Однако не факт, что это укрепление будет существенным, так как влияние на курс притока нефтегазовой экспортной выручки в значительной степени компенсируется за счет бюджетного правила, которое Минфин готовится ужесточить для обеспечения пополнения изрядно «похудевшего» в последние годы Фонда национального благосостояния. Это должно поддержать долгосрочную финансовую устойчивость бюджета и позволить ЦБ в среднесрочной перспективе более уверенно снижать ключевую ставку.
Негативные последствия войны на Ближнем Востоке — усложнение и удорожание импортных поставок за счет удлинения маршрутов и роста транспортных расходов. В России может возрасти импортируемая инфляция, прежде всего по ввозу продовольствия, электроники, машин и оборудования, комплектующих и медикаментов. Это усиливается наблюдаемым ослаблением курса рубля. Из-за закрытия популярных направлений выездного туризма может увеличиться дисбаланс между спросом и предложением на рынке внутреннего туризма. Высокие экспортные цены на нефть и нефтепродукты могут оказывать повышательное давление на внутренние цены на бензин и дизтопливо, хотя этот эффект сдерживается за счет механизма демпфера.
В итоге проинфляционные риски пока представляются более ощутимыми, чем дезинфляционные.
«Тренд на падение рубля сохранится»
Юлия Хандошко, СЕО европейского брокера Mind Money
— Конфликт в Иране не только затягивается, но, судя по всему, еще и эскалируется. Для экономики России его последствия будут либо благоприятными, либо, в худшем случае, нейтральными, поскольку российская бюджетная и денежно-кредитная политики сглаживают внешнее давление. Основной механизм, позволяющий нивелировать влияние внешних факторов в данном случае, — это топливный демпфер, который выравнивает цены на бензин. В США, например, ценообразование на топливном рынке свободное, поэтому там бензин уже подскочил на 25%.
В России же есть специальные правила, которые предусматривают субсидии для НПЗ и сборы с них в зависимости от текущей цены нефти. Они удерживают топливные цены на одном уровне и не допускают резких скачков из-за колебаний на мировых рынках. Поэтому подорожание нефти не повлияет на общий уровень инфляции, так как она зависит от других факторов, например бюджетных трат и ключевой ставки.
Дезинфляционным фактором мог бы стать укрепившийся рубль, но сейчас он тоже мало зависит от цен на нефть и потому почти не реагирует на бьющее ценовые рекорды топливо. Долгосрочный тренд на падение рубля, скорее всего, сохранится.
Основную выгоду от ситуации получит российский бюджет. Сейчас в нем заложена средняя цена нефти марки Urals в $59 за баррель. Но в последние недели ее стоимость достигла $100. Это ослабит нагрузку на бюджет и поможет нарастить запасы в ФНБ.