Как живет Василий Мусофранов – мальчик, который 16 лет провел в рабстве? История, от которой в свое время вздрогнули все. Его украли на рынке, потом он смог сбежать – и только тогда стало понятно, что за формулировкой «пропал без вести» может скрываться жизнь, больше похожая на затяжной кошмар.
В подобных историях всегда хочется верить в счастливый финал, по которому герой вернется домой, обретет семью, догонит упущенное и начнет все с чистого листа. Только реальность, как правило, куда сложнее.
История Василия как раз из таких. Он исчез в детстве и вернулся уже взрослым человеком, которого пришлось заново учить жить. И, как оказалось, вернуться домой – еще не значит обрести себя. Подробнее о судьбе мальчика-«маугли» читайте в материале 5-tv.ru.
Похищение средь белого дня
Все началось, как это часто бывает, с бытовой сцены – мама пошла в магазин и оставила ребенка на время одного на улице.
«Подожди, я куплю кое-что и вернусь», – сказала она маленькому Васе.
Мальчик стоял спокойно, пока к нему не подошли двое мужчин. Они втерлись в доверие к ребенку и забрали его с собой.
«Вижу – цыгане идут. Двое – ко мне. Спрашивают: „Будешь шоколадку?“ Я кивнул. А потом: „На машине будешь кататься?“ Я ответил: „Буду“. Они меня по городу покатали, и я уснул», – говорил он в беседе с KP.RU.
После того как мальчик проснулся в машине похитителей, он поинтересовался, где он. На это злоумышленники отметили, что он «дома». Не совладав с эмоциями, мальчик кричал: «Это не мой дом, хочу к маме!».
«Тут тебе нет ни мамы, ни папы», – вспоминал Василий ответ преступников 16-летней давности.
С этого момента его детство закончилось. Мальчика увезли из родных Шахт в Волгоградскую область – в поселок Верхняя Елышанка за 400 километров от его реального места жительства. По сути, это была точка, из которой он уже не мог самостоятельно вернуться назад, поскольку не было ни телефона, ни знакомых рядом, ни понимания, куда его вообще отвезли.
Жизнь в новой «семье»
Со временем ребенок, как это часто происходит в подобных условиях, начал адаптироваться. Однако это произошло не потому, что ребенок так захотел, а потому что иначе нельзя было выжить. Вася стал называть похитителей «родителями».
В доме, помимо него, росли еще четверо детей. Но его и их жизни были разными. Они ходили в школу, а он – нет, они могли выходить на улицу, он – только под присмотром или вовсе сидел дома.
Василия 12 лет практически не выпускали за пределы двора. Контакты мальчика с внешним миром сводились к минимуму, тогда как любое неповиновение каралось, и иногда очень жестко.
Со временем мальчик стал частью хозяйства в самом буквальном смысле слова. Он выполнял тяжелую физическую работу: колол дрова, носил воду, ухаживал за животными. Позже ему доверили разбирать двигатели на цветмет, а затем – помогать с ремонтом автомобилей.
Все заработанные деньги он отдавал тем, кого был вынужден называть родителями. Суммы по местным меркам были вполне ощутимые – до тысячи рублей в день. Но самому Василию от этого не доставалось ничего, кроме очередной порции обязанностей.
Любопытная деталь в том, что родной язык Мусофранов за эти годы фактически утратил, так и не научившись на нем читать и писать. При этом он освоил цыганский.
Брак без выбора
Когда Василий подрос, его жизнь получила новое, довольно предсказуемое развитие. Его женили. Причем, как он сам вспоминал, его мнения по этому поводу никто особенно не спрашивал.
«Она приехала из другого города. Красивая, лет 20, Луиза звали. В первую брачную ночь мы деньги считали: нам 300–400 тысяч рублей подарили, но родители все забрали...» – рассказывал он.
Даже в этом эпизоде все выглядело как еще один способ контроля. Деньги, подарки, сама ситуация – все оказывалось не в распоряжении уже выросшего человека. Буквальное рабство.
Побег не стал спасением
Переломный момент наступил в 2015 году. Тогда Василий решился на побег. Он ушел сразу от всех – и от «родителей», и от жены. Однако свобода оказалась не такой, как он ее себе представлял.
Молодой мужчина оказался на улице без документов, без навыков самостоятельной жизни, без понимания, куда идти. Он подрабатывал случайно, где придется, и, по сути, выживал.
Именно в таком состоянии его и задержали в 2016 году волгоградские полицейские после того, как он забрался в чужую машину. В отделении он рассказал свою историю. Сначала в нее не поверили, поскольку она выглядела слишком уж невероятной. Но проверка все же началась.
Решающей деталью стало родимое пятно на груди Василия, по которому установили, что перед ними стоял тот самый мальчик, который исчез много лет назад в Ростовской области.
Учеба стала трагедией
К тому моменту, когда Василия нашли, его родители уже умерли. Возвращаться было некуда. Его приняла сводная сестра Галина. Фактически именно она стала для него новой семьей.
Но быстро выяснилось: вернуть человека из физического плена – это гораздо проще, чем вернуть его к нормальной жизни. На тот момент 22-летний молодой человек не умел читать, писать и считать. Он с трудом говорил и формулировал мысли, не понимая базовых социальных норм.
В СМИ его сразу окрестили «маугли» – определение, за которым скрывается вполне реальная трагедия. Попытки обучить мальчика с нуля давались тяжело. Его потенциальный интерес к учебе быстро угасал. Да и сам Василий, казалось, не до конца понимал, зачем ему это нужно.
Старые связи сильнее новых
Неожиданно для родственников Василий принял решение вернуться в Волгоград – к своему знакомому Армену Тонояну. Именно этот человек когда-то стал для него единственным «своим» в чужой среде.
Они познакомились еще в подростковом возрасте, и Армен фактически заменил ему друга, которого у него никогда не было. Он же дал Василию новое имя – «Дима». После возвращения Василий снова оказался рядом с ним. И начал строить жизнь, как ему хотелось. Правда, без срывов не обошлось.
Желание разобраться с прошлым обернулось новой проблемой: Василий вернулся к бывшим «родителям» и украл у них магнитолу. В итоге его приговорили к году отбывания наказания в колонии-поселения. История рабства не отпускала его, затягивая обратно.
Попытка нормальной жизни
После освобождения Армен продолжил помогать ему. Причем – весьма последовательно.
«Натворил дел: у цыган аккумулятор снял. Те пришли ко мне и предъявили. А Димки не было дома, он гулял. Я стал его вызванивать, чтобы заявление не написали, но он исчез. Я искал его несколько месяцев. Те самые „друзья“ отвезли его в Быково на бахчу. Платили копейки, сдавали дом втридорога. Он там и скот пас, и бомжевал. Поймите, Димку легко обмануть. Я его вызволил из этого рабства, он с радостью вернулся в нашу семью. У меня жена, сын и дочка. Дима – как будто один из моих детей. Я получаю зарплату и покупаю вещи, продукты на всех», – рассказывал в беседе с KP.RU Тоноян.
Фактически речь шла о второй попытке вытащить его из ситуации, в которую он снова попал.
Новая жизнь – с оговорками
Позже Армен пошел еще дальше: переехал с ним в Люберцы и открыл для него шиномонтажную мастерскую.
«Я его принял и не смог отказаться, поэтому мы переехали. Открыли здесь бизнес. Пробовал устроить Димку на работу к друзьям, но ему не нравится трудиться в найме. Ни в какую не хочет. Поэтому купил ему небольшую шиномонтажку, недавно завез новое оборудование. Димке нравится. Хочет – работает, не хочет – идет домой», – сообщил aif.ru Тоноян.
Василий живет отдельно, оплачивает жилье, пытается вести самостоятельную жизнь, но полностью самостоятельным его назвать сложно.
Человек, которому трудно сказать «нет»
Главная проблема Василия – доверчивость. И, как следствие, у него возникают регулярные неприятности.
«Писать и считать Дима не умеет, но вроде мозги на место встали. Хотя иногда он выдает. Взялся отправлять деньги девушкам на каком-то сайте знакомств. Пока я навещал детей в Волгограде, Димка умудрился потратить 170 тысяч рублей на этих женщин. На таких сайтах сразу видно, что он ничего не понимает. Вот и просят у Димки деньги, обещая приехать. А он скидывает. Ругался, телефоны разбивал, симки ломал. Сейчас отошел, больше благотворительностью не занимается», – посетовал Армен, добавив, что бывают у Димы проблемы и с алкоголем.
К этому добавилась еще одна черта – привычка скрывать правду.
«Осталась у него привычка с детства – врать. Прихожу в гости и чувствую запах перегара. Спрашиваю: „Дима, ты пил?“ А он говорит „нет“. Порой хочется отказаться, бросить, потому что очень злюсь. Но не могу. Это же мой Димка», – вздыхал он.
Жизнь после несвободы
История Василия Мусофранова – это не только рассказ о похищении и спасении. Это куда более сложная драма о том, что происходит с человеком после, когда физическая свобода возвращается, но внутренняя остается под вопросом.
Теперь Василий живет, работает, общается, но при этом постоянно балансирует между прошлым и настоящим, между доверием и наивностью, между попытками стать самостоятельным и необходимостью, чтобы рядом всегда был кто-то, кто подскажет, остановит, удержит. По-прежнему, как ребенок.
И, пожалуй, главный вопрос здесь – не в том, что с ним случилось тогда, а в том, можно ли полностью вернуться к жизни после того, как значительная ее часть прошла в неволе.