История России — это история произвола и лихоимства чиновников всех рангов. С XIV века московские князья официально давали «на кормление» города и уезды своим воеводам и служилым татарским князькам. Так, татарские «полевые командиры» получили «на кормление»: Городец Мещерский (Касимов), Тарусу, Звенигород, Каширу, Серпухов, Романов (ныне в составе Тутаева) и т. д.
А вот дневниковая запись тайного советника Модеста Корфа от 28 мая 1844 года:
«После семи лет вдовства вдова Пушкина выходит за генерала Ланского <…> ни у Пушкиной, ни у Ланского нет ничего, и свет дивится только этому союзу голода с жаждою. Пушкина принадлежит к числу тех привилегированных молодых женщин, которых Государь удостаивает иногда своим посещением.
Шесть недель назад он тоже был у неё, и вследствие этого визита или просто случайно, только Ланской вслед за этим назначен командиром Конногвардейского полка, что по крайней мере временно обеспечивает их существование, потому что, кроме квартиры, дров, экипажа и проч., полк, как все говорят, даёт тысяч до тридцати годового дохода".
Замечу, что тогда полк был автономной хозяйственной организацией.
Еще больше интересных материалов нашего издательства "Свободной Прессы" вы найдете на нашем сайте
Прошло 75 лет и ничего не изменилось. А.И. Деникин писал, что Добровольческая армия была на «самоснабжении»… И если красный командир проводил продразвёрстку по указам Совнаркома, то господин поручик брал с крестьян «по понятиям».
Ну а как с произволом? Помните, у Гоголя городничий утверждает, что «унтер-офицерская вдова сама себя высекла». До 1917 года любой чиновник среднего уровня мог выпороть кого угодно.
В июле 1877 года петербургский градоначальник Ф.Ф. Трепов приказал выпороть политзаключённого А.С. Боголепова за то, что тот не снял перед ним шапку. На самом деле бедный студент шапку снял, а генерал по-прежнему шлялся по тюремному двору, а на Руси два раза шапку снимать не принято. А между тем ещё в 1863 году был принят закон о запрете телесных наказаний. Но Трепову никто и пальцем не погрозил.
24 января 1878 года к Трепову заявилась на приём Вера Засулич и ранила градоначальника из револьвера. 31 марта 1878 года суд присяжных полностью оправдал Веру. В первом ряду публики сидел канцлер Александр Горчаков и отчаянно хлопал в ладоши.
Несмотря на закон 1863 года, чиновники пороли крестьян целыми деревнями. В подобных экзекуциях лично участвовал и саратовский губернатор Пётр Столыпин.
В августе 1914 года земские врачи, осматривая призывников, приходили в ужас от количества людей со следами телесных наказаний. В ряде уездов их число доходило до 40%.
А вообще говоря, могли выпороть кого угодно. Так, казачий генерал-майор В.Н. Ковалёв, служивших в Асхабаде, «питал особую нежность» к жене полковника Старосельского. Но та предпочитала кокетничать с красавцем врачом Николаем Забусовым. 14 марта 1904 года Ковалёв, не мудрствуя лукаво, приказал казакам доставить доктора на свою квартиру и зверски выпороть.
Но Забусов был не бедным студентом. Он был единственным в Асхабаде владельцем автомобиля, а также роскошной виллы в Крыму, и автором ряда медицинских монографий.
На защиту доктора поднялись десятки известнейших людей России, включая писателя В.Г. Короленко, журналиста, а по совместительству разведчика Генштаба Василия Янчевецкого (будущего лауреата Сталинской премии Василия Яна), известного врача и писателя С.Я. Елпатьевского, и т. д., и т. п.
И, наконец, в ноябре 1904 года состоялся суд над Ковалёвым. Суд установил факт нанесения 52 ударов нагайками и палками «по задней части туловища, животу и паховой области», но не счёл это истязанием. Приговор был суров — Ковалёва отстранили от должности.
Зато врача Елпатьевского ялтинский губернатор Думбадзе приказал выслать из Ялты. Тогда не только губернаторы, но и градоначальники имели право высылать из города и губернии любого, по своему усмотрению. И вот Елпатьевский был вынужден покинуть свой трёхэтажный ялтинский особняк, который его приятель Антон Чехов именовал «Вологодской губернией».
Зато в 1918 году Елпатьевский с благодарностью вспомнил Думбадзе. Именно благодаря «политическим репрессиям» он получил хорошее место в Кремлёвской больнице и лечил Ленина.
Ну а Думбадзе велел выслать из Ялты всех евреев, ещё троих докторов, отставного сановника на 4 ранга выше Думбадзе, который отказался подписаться на черносотенскую газету.
Согласно «Указу о благочинии» Думбадзе высылал из Ялтинского уезда всех женщин, купавшихся даже на диких пляжах без купальников, а также всех мужчин, оказавшихся в радиусе полукилометра, как подглядывающих за ними. Ну а все дамы в купальниках, выходя из моря, должны были бегом бежать переодеваться. Зазеваешься на проходящий пароход — тоже отправишься под фанфары.
- Но это всё — мелочёвка. Екатерина Долгорукова, подруга Александра II, обошлась России в 15 миллионов серебряных рублей (по нынешнему курсу около 150 миллиардов).
- Матильда Кшесинская обошлась России примерно в 20 миллионов, Элиза Балетта — около 5 миллионов (как тогда писали в газетах, в два броненосца типа «Бородино»).
Надо ли говорить, что около таких «вёртких дам» крутились десятки чиновников всех рангов в погоне за деньгами и должностями?
По понятным причинам таких фантастических афер при Сталине не могло быть физически. Правда, глупостей и произвола начальства всегда было предостаточно. Но и власть воров и самодуров была сильно ограничена.
Я сам в 1970—1980-х годах несколько раз присутствовал на партийных и профсоюзных собраниях, где простой инженер мог вывести на чистую воду самого большого начальника.
Ну а 116-я статья УК предусматривала для ворюг-чиновников «в особо крупных размерах» высшую меру наказания с конфискацией.
Сейчас критика начальства на предприятиях и в учреждениях вышла из моды. А расстрелы чиновных воров остались только в Поднебесной.
Как же сейчас бороться с нечистыми на руку «государевыми людьми»? Суровыми наказаниями вплоть до пожизненного и всегда с конфискацией имущества как у вора, так и у его близких родственников. Доказательная база — аудио, видео, да и сами воры любят хвалиться награбленным. Мне как-то показывали подмосковную виллу в три этажа, принадлежащую обычному прокурору. При Сталине этого было бы вполне достаточно.
А главное, не давать соблазна чиновникам брать взятки и издеваться над людьми. То есть их права должны быть максимально сужены. Например, должен ли безногий ходить в поликлинику на медосвидетельствование, что за отчётный период у него не отросла нога? Лицензию на любые виды деятельности должен выдавать не чиновник, а закон. А чиновник должен только регистрировать факт выдачи лицензии.
Ну и с тотальными запретами — типа сбора валежника — пора завязывать. Любой глупый запрет — клондайк для воров и бюрократов. Наши историки до сих пор не соизволили посчитать, сколько миллионов заработали воры-чиновники в ходе кампании Николая I по борьбе со старообрядцами. Каково читать донесения чиновников: «В церкви сожжено 300 старых икон и 200 книг».
А поскольку старообрядцы были самыми трудолюбивыми в Российской империи, нетрудно догадаться, какие барыши они, откупаясь, принесли чиновникам-ворам.
Будем надеяться, что СВО скоро закончится, и будет произведён «разбор полётов»… Ну, сталинские «чистки», конечно, были во многом мероприятием политическим, но от взяточников, корыстолюбцев и просто дураков они тоже избавляться помогали.
Так что прецеденты есть — уж слишком много глупости от чиновников происходит, и как-то это всё и сильно заметно, и совсем не радует.
Только в области интернета — тут тебе и запреты мессенджеров/випиэнов, и «белые списки», и откровенно пугающий своей «государственностью» МАХ.
Запреты-то отменить недолго, но хотелось бы, чтобы и с их инициаторами как-то разобрались.