Советский мультфильм — это детское кино. Так думали все. Включая цензуру. Именно поэтому аниматоры десятилетиями прятали в мультфильмах то, что в игровом кино давно бы не пропустили. Сатиру на систему, философию одиночества, экзистенциальный страх и прямую критику власти. Семь мультфильмов из этого списка — не детское кино. Никогда им не было. Просто мы смотрели их не теми глазами.
Настоящая статья содержит фильмы и сериалы, способные нанести серьёзный ущерб вашему свободному времени. Проконсультируйтесь с диваном перед применением.
«Ёжик в тумане» (1975, Юрий Норштейн)
В 2003 году международный опрос аниматоров и кинокритиков назвал «Ёжика в тумане» лучшим мультфильмом всех времён. Не лучшим советским. Лучшим вообще — среди всего, что когда-либо было снято в анимации.
Ёжик идёт к медвежонку на чай. Попадает в туман. И перестаёт понимать, где он и что вокруг него реально.
Детям это немного страшно. Взрослым — про кое-что другое. Про то, как в какой-то момент жизни перестаёшь понимать ориентиры. Про принятие неопределённости. Про то, что туман рано или поздно рассеивается — но пока ты в нём, это не помогает.
Десять минут. Норштейн потом говорил, что снимал про себя.
Но у Норштейна есть мультфильм ещё глубже. И именно его до 2003 года считали лучшим в мире.
«Сказка сказок» (1979, Юрий Норштейн)
С 1984 по 2003 год этот мультфильм занимал первое место в том же международном опросе. Двадцать лет — абсолютный чемпион мировой анимации. Потом Норштейн обошёл сам себя «Ёжиком».
«Сказка сказок» — это не история. Это поток воспоминаний: война, детство, мать, яблоко, волчок, огонь. Образы сменяют друг друга без объяснений и без нарратива. Норштейн снимал про личную память — и про то, как время забирает людей, которых любишь.
Смотреть это в детстве — значит не понять ничего. Смотреть после сорока — значит понять слишком много.
От памяти и времени — к советской бюрократии. Следующий мультфильм про неё — и он беспощаден.
«Жил-был Козявин» (1966, Андрей Хржановский)
Козявину дают задание: найти Сидорова. Козявин идёт. Прямо. Не сворачивая. Через стены, через людей, через города и страны. Сидорова он в итоге находит — и получает новое задание.
Хржановский снял десятиминутную сатиру на человека-функцию, который выполняет приказ буквально и не задаёт вопросов. В 1966 году цензура мультфильм пропустила — видимо, не сразу поняла, про кого это. Сегодня Козявин читается как точный портрет любого бюрократического механизма — советского, постсоветского, любого.
Но бюрократия — это про работу. А следующий мультфильм — про то, что бывает, когда невозможно просто отдохнуть.
«Каникулы Бонифация» (1965, Фёдор Хитрук)
Лев Бонифаций работает в цирке. Едет к бабушке на каникулы. Хочет отдохнуть. Но все вокруг — дети, соседи, случайные прохожие — хотят от него выступлений. Бонифаций не умеет отказывать. И в итоге проводит отпуск, работая ещё больше, чем обычно.
Хитрук снял это в 1965-м — за шестьдесят лет до того, как слово «выгорание» вошло в обиход. Бонифаций возвращается домой счастливым — он добрый лев. Но зритель понимает: в следующем году всё повторится.
Следующий мультфильм цензура не пропустила — но по другой причине.
«Стеклянная гармоника» (1968, Андрей Хржановский)
21 августа 1968 года цензоры посмотрели «Стеклянную гармонику» и запретили немедленно. В тот же день советские войска вошли в Чехословакию. Мультфильм пролежал на полке двадцать лет — до 1988 года.
Хржановский снял притчу про власть денег и деградацию общества — под музыку Альфреда Шнитке, с образами из Босха, Брейгеля и Гойи. Люди превращаются в уродов, красота разрушается, гармонист играет — и никто не слушает.
Цензура не стала разбираться в деталях. Она просто поняла главное — и запретила. Иногда это лучшая рецензия.
После такого хочется чего-нибудь полегче. Следующий мультфильм смешной. Почти.
«Падал прошлогодний снег» (1983, Александр Татарский)
Мужик идёт в лес за ёлкой. Никак не может выбрать. Потом теряется в собственных мыслях — и постепенно теряется вообще. Рассказчик периодически сбивается и противоречит сам себе.
Татарский снял абсурдистскую комедию про советский быт — но абсурд здесь не выдуманный, а совершенно реальный. Чем старше смотришь — тем точнее узнаёшь этого мужика. Тем смешнее и одновременно грустнее.
Фразы из этого мультфильма стали отдельным культурным кодом целого поколения.
И наконец — самый добрый мультфильм в списке. Который на самом деле про одиночество.
«Крокодил Гена» (1969, Роман Качанов)
Чебурашка приезжает в город в ящике с апельсинами. Никто не знает, кто он такой. Его не принимают ни в какие организации — потому что непонятно, к какому виду он относится. Он вешает объявление: «Хочу найти друзей».
Это звучит мило. Но если смотреть внимательно — это история про существо, которое оказалось в чужом мире без документов, без статуса и без единого знакомого. И которое решило эту проблему единственным доступным способом: честно попросить о помощи.
Чебурашка нашёл друзей. Не все так умеют.
Они снимали не для детей
Семь мультфильмов. Все — про взрослое.
Экзистенциальный туман. Личная память и потеря. Человек-функция без права на вопросы. Лев, который не умеет отдыхать. Притча, которую запретили в тот же день, что сняли. Абсурд советского быта. И одинокий Чебурашка с объявлением на столбе.
Норштейн, Хржановский, Хитрук, Татарский, Качанов — они работали в формате, который система не воспринимала всерьёз. И именно поэтому говорили в нём то, что не могли сказать нигде больше.
А вопрос простой: какой советский мультфильм вы пересмотрели взрослым — и увидели совсем другое кино?
Пишите в комментариях. Таких историй должно быть много.
Если было полезно — лайк. Если хочется ещё — подписка. Между нами: алгоритм Дзена не любит хорошее кино. Лайк и подписка это исправят.