Найти в Дзене

Женщина 10 лет вяжет коврики для собак из приюта

В маленькой квартире на окраине города круглый год пахнет шерстью. Не собачьей, а самой обычной, из магазина. Тетя Люба, пенсионерка с вечно уставшими руками и добрыми глазами, уже десять лет вяжет коврики для бездомных собак. Она сидит в своем кресле, спицы мелькают так быстро, что глаз не успевает, а рядом громоздятся горы готовых изделий. Разноцветные, полосатые, в клеточку, из старых свитеров и всего, что люди приносят. Всё началось с одного случая. Тетя Люба шла мимо стройки и увидела собаку. Обычную дворнягу, которая лежала на голой земле и дрожала. Был холодный октябрь. Тетя Люба сняла с себя старую кофту, расстелила прямо на бетоне и пошла дальше. А ночью не спала - думала о собаке. Утром она вернулась. Кофты не было, зато на том же месте сидела та же собака и ещё две. Они ждали именно её. Тетя Люба тогда поняла, что просто так уйти не получится. Она принесла старое одеяло, постелила под навесом. Собаки легли на него все вместе. С тех пор пошло-поехало. Сначала тетя Люба вяз

Женщина 10 лет вяжет коврики для собак из приюта

В маленькой квартире на окраине города круглый год пахнет шерстью. Не собачьей, а самой обычной, из магазина. Тетя Люба, пенсионерка с вечно уставшими руками и добрыми глазами, уже десять лет вяжет коврики для бездомных собак. Она сидит в своем кресле, спицы мелькают так быстро, что глаз не успевает, а рядом громоздятся горы готовых изделий. Разноцветные, полосатые, в клеточку, из старых свитеров и всего, что люди приносят.

Всё началось с одного случая. Тетя Люба шла мимо стройки и увидела собаку. Обычную дворнягу, которая лежала на голой земле и дрожала. Был холодный октябрь. Тетя Люба сняла с себя старую кофту, расстелила прямо на бетоне и пошла дальше. А ночью не спала - думала о собаке.

Утром она вернулась. Кофты не было, зато на том же месте сидела та же собака и ещё две. Они ждали именно её. Тетя Люба тогда поняла, что просто так уйти не получится. Она принесла старое одеяло, постелила под навесом. Собаки легли на него все вместе.

С тех пор пошло-поехало. Сначала тетя Люба вязала из того, что было дома. Потом соседи понесли. Кто сумку с носками, кто распущенные свитера. Тетя Люба никому не отказывает. Она распускает старые вещи, стирает нитки, сушит на балконе, а потом садится в кресло и начинает творить.

Коврики у неё получаются плотные, теплые. Она вяжет их с хитростью - делает двойную вязку с подкладкой из старых джинсов. Джинсы ей тоже несут. Теперь у неё в квартире цех по переработке старых вещей.

В приюте, куда она носит коврики, тетю Любу знают все. Собаки, завидев её, лают радостно. Они знают: эта бабушка принесет новый лежак, мягкий, пахнущий домом. Работники приюта сами привозят тете Любе сырье. Кто на машине подбросит мешок старых тряпок, кто нитки привезет.

Был случай, к тете Любе пришли из телекомпании. Увидела камеру, испугалась и спряталась в ванной. Корреспондентка полчаса уговаривала её выйти. Тетя Люба вышла только когда пообещали не показывать лицо крупным планом. Так и снимали - руки, спицы, коврики и голос за кадром.

После передачи ей стали звонить со всего города. Приносили нитки, приносили пряжу. Один предприниматель привез десять килограммов бракованной пряжи с фабрики. Тетя Люба чуть не расплакалась от счастья. Она потом месяц вязала, раздаривала коврики направо и налево. Даже кошкам досталось.

Сейчас у тети Любы дома настоящий склад. В одной комнате живет она, в другой - клубки, мотки, готовые изделия. Пройти к дивану можно только по узенькой тропинке. Дочь ворчит, но тетя Люба говорит, что это не хлам, а будущие одеяла для тех, у кого нет дома.

Самое смешное, что тетя Люба собак дома не держит. Говорит, что шерсть и так везде, от ниток. Ей достаточно того, что они там, в приюте, спят на её ковриках и видят сны.

В прошлом году тете Любе исполнилось семьдесят пять. Дочь уговаривала бросить, руки ведь болят. А тетя Люба только отмахивается. Говорит, если бросит, то кто? Молодые по телефонам сидят, им не до вязания. А собакам холодно.

И вяжет дальше. Сидит в своем кресле, слушает радио, а спицы сами собой мелькают. Говорят, у неё уже больше тысячи ковриков разошлось по приютам. Она не считает. Говорит, не в количестве счастье, а в том, что каждая собака знает: есть на свете место, где про неё помнят. И даже если она никогда не увидит ту бабушку, она будет спать на мягком и не мерзнуть.