Найти в Дзене

Как медсестра выходила троих малышей после операции на сердце

Тётя Зина работает в больнице сорок лет. Из них тридцать пять — в реанимации новорождённых. Когда она приходит на смену, молодые врачи выдыхают: если тётя Зина взялась, значит, ребёнок выживет. В больницу поступают самые тяжёлые дети с пороками сердца. Им делают операцию, а потом начинается самое страшное — послеоперационный период. Сердце маленькое, организм не хочет просыпаться. И тут в дело вступает тётя Зина. Три года назад случилась история, о которой до сих пор помнят. Привезли тройняшек из области. Мальчик и две девочки, три месяца. У всех сложные пороки. Операции провели, но малыши отказывались просыпаться. Один за одним они не выходили из наркоза. Сердца бились слабо, аппараты пищали, а дети не открывали глаза. Тётя Зина дежурила третьи сутки. Домой не уходила, спала в ординаторской на кушетке. Молодые сёстры шептали: «Вы же упадёте». Она только рукой махала: «Им сейчас нужнее». Она сидела у кувезов и разговаривала с каждым. С мальчиком: «Ты, Егорка, давай просыпайся. Ты ж

Как медсестра выходила троих малышей после операции на сердце

Тётя Зина работает в больнице сорок лет. Из них тридцать пять — в реанимации новорождённых. Когда она приходит на смену, молодые врачи выдыхают: если тётя Зина взялась, значит, ребёнок выживет.

В больницу поступают самые тяжёлые дети с пороками сердца. Им делают операцию, а потом начинается самое страшное — послеоперационный период. Сердце маленькое, организм не хочет просыпаться. И тут в дело вступает тётя Зина.

Три года назад случилась история, о которой до сих пор помнят. Привезли тройняшек из области. Мальчик и две девочки, три месяца. У всех сложные пороки. Операции провели, но малыши отказывались просыпаться. Один за одним они не выходили из наркоза. Сердца бились слабо, аппараты пищали, а дети не открывали глаза.

Тётя Зина дежурила третьи сутки. Домой не уходила, спала в ординаторской на кушетке. Молодые сёстры шептали: «Вы же упадёте». Она только рукой махала: «Им сейчас нужнее».

Она сидела у кувезов и разговаривала с каждым. С мальчиком: «Ты, Егорка, давай просыпайся. Ты же мужчина». С девочками: «Аллочка, Машенька, открывайте глазки. Я вам сказку расскажу». Врачи не верили, но не мешали. Тётя Зина говорила: «Они меня слышат. Им голос нужен, а не только пикалки».

На четвёртые сутки Егорка открыл глаза. Тётя Зина читала ему «Мойдодыра» и вдруг увидела, что мальчик смотрит на неё. Заплакала прямо на рабочем месте, что с ней никогда не случалось.

Через день проснулись девочки. Сначала Алла, потом Маша. Тётя Зина к тому времени не спала почти неделю. Ходила как сомнамбула, пила чай и снова сидела у кувезов. Пела колыбельные, гладила через окошечки.

Заведующий сказал: «Вы чудо сотворили. По науке они не должны были выжить все трое». Тётя Зина пожала плечами: «Так им страшно одним в коробке. Когда мамы нет, кто-то же должен быть рядом».

Мама тройняшек приехала через две недели, сама лежала после родов. Увидела живых детей и упала на колени перед тётей Зиной. Та поднимать бросилась: «Ты что, дочка! Я просто работу делала».

С тех пор прошло три года

Тётя Зина до сих пор работает. Хотя пора на пенсию, но она каждый раз говорит: «Вот ещё этого выпускника, потом того. Тогда уйду».

Тройняшек она навещала, ездила в область на первый день рождения. Привезла подарки, книжки. Егорка, Алла и Маша уже сидели, ползали, здоровые и розовощёкие. Мама встречала со слезами, соседей созвала. Тётя Зина смотрела на них и улыбалась. А вечером в поезде плакала. От счастья.

В отделении эту историю рассказывают новичкам. Как пример того, что медицина — это не только капельницы. Это ещё голос и сердце. Особенно когда речь о малышах, которые только пришли в мир.

Недавно тётя Зина получила письмо. Егорка нарисовал солнышко и подписал: «Тёте Зине. Спасибо. Я уже большой». Рисунок висит в ординаторской над её кушеткой. Говорит, смотрю на него, когда тяжело, и легче становится.

Вот так и работает обычная медсестра. Спасает чужих детей, разговаривает с ними, поёт колыбельные. И ни за какие деньги не уйдёт, пока хоть один малыш нуждается в её голосе. Потому что знает: иногда простое «просыпайся, маленький» важнее самого умного лекарства.