Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Женщина каждый месяц покупает краски и альбомы для детей в хосписе

В плацкартном вагоне поезда Москва-Самара познакомились двое. Обычная история — стук колес, чай в подстаканниках, разговоры под утро. Она ехала к сестре, он возвращался из командировки. Разговорились о пустяках, а потом он рассказал про свою работу. Оказалось, что он священник и окормляет детский хоспис. Женщину звали Нина. Обычная, в общем-то, женщина за пятьдесят, бухгалтер в ЖЭКе, двое взрослых детей, внуки. Она и сама не поняла, почему этот разговор ее так зацепил. Наверное, потому что батюшка рассказывал не о страданиях и слезах, а о том, как дети в хосписе радуются каждому дню. И как им не хватает обычных вещей — возможности порисовать, например. Краски там были, но старые, засохшие. Альбомы — обрывки каких-то тетрадей. А дети хотели рисовать. Море, собак, маму, просто солнце. Нина сошла в Самаре, а мысль осталась. Через неделю она вернулась в Москву, нашла тот хоспис и привезла три альбома и коробку акварели. Своих денег немного, пенсия не резиновая. Отдала и ушла, даже не пр

Женщина каждый месяц покупает краски и альбомы для детей в хосписе

В плацкартном вагоне поезда Москва-Самара познакомились двое. Обычная история — стук колес, чай в подстаканниках, разговоры под утро. Она ехала к сестре, он возвращался из командировки. Разговорились о пустяках, а потом он рассказал про свою работу. Оказалось, что он священник и окормляет детский хоспис.

Женщину звали Нина. Обычная, в общем-то, женщина за пятьдесят, бухгалтер в ЖЭКе, двое взрослых детей, внуки. Она и сама не поняла, почему этот разговор ее так зацепил. Наверное, потому что батюшка рассказывал не о страданиях и слезах, а о том, как дети в хосписе радуются каждому дню. И как им не хватает обычных вещей — возможности порисовать, например.

Краски там были, но старые, засохшие. Альбомы — обрывки каких-то тетрадей. А дети хотели рисовать. Море, собак, маму, просто солнце.

Нина сошла в Самаре, а мысль осталась. Через неделю она вернулась в Москву, нашла тот хоспис и привезла три альбома и коробку акварели. Своих денег немного, пенсия не резиновая. Отдала и ушла, даже не представившись.

Медсестра потом искала ее по всему хоспису, чтобы спасибо сказать, но Нина уже растворилась в метро.

Казалось бы, история закончилась. Но через месяц она приехала снова. Опять альбомы, опять краски, еще пластилин зачем-то прихватила. И так каждый месяц. В любую погоду, при любой инфляции, когда свои продукты приходилось ужимать, она покупала эти дурацкие альбомы и везла их в хоспис.

Честно говоря, смешно даже. Пенсионерка, бухгалтер, которая всю жизнь подсчитывала чужие к