Есть еще один крамольный вопрос про Смуту, который традиционные историки упорно обходят стороной. А я задам.
Почему в Смуту не случилось парада суверенитетов?
Ведь и в смуту 1917, и в смуту 1991 с этого всё началось. Стоило вертикали дать слабину – и на, пожалуйста, разбежались все, кто смог.
А в 1610-х толком и не найдешь примеров. Что держало вместе сложную и разнородную страну? Зачем регионы упорно посылали контингенты к Москве вместо того, чтобы обустроить свой мирный и благополучный дом без всех этих кровей и чрезвычайных налогов?
Есть буквально пара примеров попытки отделения.
Это история Новгородского государства под шведским протекторатом в 1610-17, где на сторону сепаратистов перешли митрополит, первый воевода и немалая часть дворянства. Шведы очень старались. Ввели немалые (особенно на фоне тяжелой Кальмарской войны с Данией) силы для удержания Новгорода, разгромили московские рати у Бронницы в 1614, убились на тему агитации и пропаганды (большинство страшилок про разгром Новгорода кромешниками царя Ивана в 1570 году имеет именно шведское происхождение), но не преуспели. Новгородцы вполне очевидно проголосовали ногами, буквально вынудив своего боярина Якова Понтусовича Делагарди вернуть себя малопонятному казацкому царю Михаилу.
Вторым примером называют казанское государство дьяка Шурыгина, якобы имевшее место в 1610-13. Оно и будет главной темой статьи.
Но для начала – экскурс в историю участия казанцев в смуте.
На первом этапе в 1604-05 годах об участии казанцев в смуте как на стороне царя Бориса Годунова, так и на стороне царевича Дмитрия (Лжедмитрия I) неизвестно ничего. Сам Дмитрий традиционно (вслед за Грозным) использовал Казань и Свияжск как место ссылки. Туда были отправлены родственники свергнутой династии Никита Годунов и несколько Сабуровых. Грозный, например, ссылал Сабуровых в Казань после развода сына в 1572.
Воцарение Шуйского Казань приняла спокойно и лояльно. Ее митрополит Гермоген стал патриархом. Вскоре после этого к городу подошли отряды царевича Петра, ведшие с казанцами переговоры. Официально считается, что о выдаче самозванца, но по факту – вряд ли. Итогом переговоров стал уход отряда царевича в Среднее Поволжье без боя с казанцами. Среднее и Нижнее Поволжье Шуйского царем не признали, его сторонники были казнены.
25 октября 1606 г. появилась грамота Московского правительства, в которой Казань обвинялась в измене: «писали к нам муромцы, что Шацкой и Темников и Казань и Елатьма и Алатырь своровали, нам изменили». Однако в историографии этот факт не признается доказанным на основании только одного документа, и до сих пор факт измены Казани еще в 1606 г. не подтвержден другими источниками.
В это же время - не позднее 25 ноября 1606 г. - вторым воеводой в Казань прибыл Богдан Бельский. Первым стал более молодой В.П. Морозов. Отношения их были прескверными всё совместное пребывание в Казани.
25 ноября 1606 г. была составлена грамота царя Василия Ивановича в Свияжск с призывом начать активные боевые действия против восставших. На служилых Свияжска распространялись обязанности по поимке курмышского зачинщика «воровства» Андрюшки Борисова сына Каказова, приводившего восставших к присяге царю Дмитрию. Свияженам «велели на Курмыш послать из Свияжского дворян, и детей боярских и стрельцов и татар или каких людей пригоже … да тех воров переимав к нам привести…»
Пока часть гарнизона ходила в Курмыш, исполняя волю Шуйского, восстание вспыхнуло уже в Свияжске. Правда успехом не увенчалось.
22 декабря того же 1606 г. в Свияжск прибыла грамота патриарха Гермогена митрополиту казанскому и свияжскому Ефрему о помиловании царем «свияжен, целовавшим крест царевичу Дмитрию Углицкому». Завершение восстания было обеспечено жесткой позицией церкви, но, как это обычно и бывает на старте гражданских войн – к проигравшим отнеслись относительно гуманно. Из текста документа видно, что в восстании участвовали и дворяне, и дети боярские. Интересно, что заканчивается грамота требованием «оберегать от тое смуты накрепко Казань и смотреть бы еси и над попы накрепко, чтобы в них воровства не было…». Видимо даже в духовенстве, несмотря на весь авторитет Гермогена, не все были уверены в легитимности царя Василия.
В следующем году казанцы и свияжцы стали основой рати Ф.И. Шереметьева, отправившейся давить астраханское восстание. Астрахань не сдалась и почти год эта армия, обретшая базу на волжском острове Балчик (Балчуг), металась между восставшей Астраханью и восставшим Царицыным, билась с астраханскими стрельцами И.Д. Хворостинина, ногайцами Петра Урусова и войсками как минимум трех самозванцев Ивана-Августа, Лавра Федоровича и Ивана Ивановича Осиновика. Самозванцев Шереметьев разгромил без шансов, а вот с остальными не справился. Сообщается и о разборках в среде его противников, зимой 1607-08 астраханцы разбили и пограбили царевичей-самозванцев, чуть позже сами казаки казнили Ивана Осиновика. Остальных царевичей казнили уже в Тушино.
Пометки на полях.
Если самозванцы – это царевичи из ордынской династии (а я их воспринимаю именно так), то мы видим зимой 1608 года успешный переворот в пользу Дмитрия Угличского в среде противников Шуйского. Его сторонники в Астрахани и среди казаков атакуют приверженцев разбитой ордынской династии с яростью, которой не вызывает даже Шуйский (с тем как раз договаривались, обещали удел). Тогда же зимой на Смоленской дороге казнят еще нескольких «лжецаревичей» во главе с Федором якобы Федоровичем, пришедшим на соединение с Дмитрием Угличским под Брянск.
Дмитрий Угличский истребляет конкурирующую династию быстро и беспощадно. В течение страшной зимы 1607-08 по его приказу казнено больше десяти лжецаревичей, только что воевавших против Шуйского. Это почти все лжецаревичи смуты. Переживут ту страшную для «лжецаревичей» зиму только Лжедмитрии под номером два, три и четыре. И только последний ведет себя как представитель ордынской династии.
Почему Угличский так поступил? Искал компромисса с церковью? Устранял конкурентов? Мстил за убитого отца или украденный в 1605 году престол?
Быстро и беспощадно, но не до конца.
Расплата за эту расправу может быть одним из главных мотивов расправы уже с самим царевичем со стороны Перта Урусова. Он будет гетманом (хотя корректнее, наверное, беклярибеком) еще одного Дмитрия Ивановича (Лжедмитрия IV, астраханского вора, последнего из династии Симеона).
И деятельность Шереметьева в Нижнем и Среднем Поволжье наводит на мысли о договорняке.
Он много и страшно бьется с ордынцами, а вот поклонников Дмитрия Угличского не трогает. Это логично в рамках моей версии, в которой реальный Дмитрий – его племянник, сын старшей сестры Елены. А вот к ордынской династии боярин Федор относится плохо. Он – активист страшного московского переворота 1606 года и цареубийства. Что интересно, так же резко негативно он будет относиться к Марине Мнишек и ее сыну.
Конец пометок на полях.
Осенью 1608 года Шереметьев начал отступление вверх по Волге. Шуйский в этот момент находится в отчаянном положении. Москва в осаде, из крупных городов, признающих его царем – Нижний, Казань, Новгород и Смоленск. Это по факту просто личный домен династии Шуйских, где они годами были наместниками и некоронованными владыками. Сохранили верность союзу и рязанские, но практически все города осенью-зимой 1608 переживают попытки переворота в пользу Дмитрия, купировать которые удалось с огромным трудом. Шуйский кладет на стол буквально последние карты, ему на помощь идут Шереметьев в Казань, Жеребцов из Сибири и Скопин из Новгорода. У Шереметьева в подчинении самая крупная армия династии, она же – самая пассивная в 1609 (до осени).
Вот список его успехов за это время.
1608 г., сентябрь — выступление Шереметьева из Царицына на помощь царю Василию.
Ноябрь 1608 — прибывает в Казань, ведя бои с «тушинцами», и соединяется с присланным из Москвы отрядом боярина кн. И. В. Голицына (рязанцы).
1 декабря 1608— крупный отряд из его войск пробивается в Нижний Новгород.
22 декабря — бой под Чебоксарами; победа над местными «тушинцами».
1608 г., декабрь -1609 г., весна — Шереметьев зимует в Чебоксарах, очищая округу от «тушинцев».
1609 г., конец мая — прибывает в Нижний Новгород.
28 июня — бой под Юрьевцом-Повольским; отряд из войск Шереметьева (голова М. И. Соловцов) настигает на стругах и «берегом» отряд тушинцев И. Ф. Наумова и А. Лисовского.
Начало августа — войско Шереметьева овладевает Касимовом и приводит касимовских татар «к шерти» на имя царя Василия.
7 сентября — бой под Суздалем; достигнув Владимира, Шереметьев пытается отбить Суздаль, но терпит поражение от А. Лисовского.
11 ноября — «низовая рать» Ф. И. Шереметьева прибывает из Владимира в Александрову слободу и соединяется с войсками кн. М. В. Скопина-Шуйского.
И снова, когда нужно воевать с местными повстанцами или изменившим Дмитрию касимовским ханом – он на коне, а вот до реальных боев с лояльными Дмитрию Лисовским и Просовецким он «идучи не идяху». Изменившего Дмитрию Сапегу (уже в тандеме со Скопиным, который больше по монастырям ездил, чем воевал) громит без шансов, а засевшим в Суздале Просовецкому и Лисовскому уступает.
Странный воевода.
Кстати, очень похож на еще одного казанского столпа, первого воеводу Казани в 1613-19 (с перерывами, в них ведал Москву и воевал на западе) Ивана Михайловича Воротынского. Как с местными повстанцами повоевать или литовцев отчихвостить – он на коне, а как с последователями Дмитрия повоевать типа того же Болотникова – жалкая тень великого отца, бездарная некомпетентность и т.д. и т.п.
Ну да не будем отвлекаться.
Казанцы и свияжцы были частью рати Шереметьева и Скопина, разбившей зимой 1609-10 Сапегу и Ружинского и снявшей осаду с Москвы.
В Казанском же крае продолжалась яростная гражданская война.
После тяжелого поражения под Свияжском 1 января 1609 года повстанцы отошли от Волги, но весной и летом повторили попытки захватить этот стратегически важный город. Возглавляли это антифеодальное (по версии советских горе-историков) восстание видные местные феодалы из Темникова, Алатыря и Касимова. Вот вам информация о трех самых известных.
Князь Еналей Шугуров — алатырский татарин князь Еналей (Джан-Али) Шугуров. О нем данных кроме участия в этом восстании нет, но его дети сохранили высокое положение. Его сын Енбарс был Алатырским воеводой в 1613, другой сын «Бибарс мурза князь Еналеев сын Шугуров» записан в списке алатырских служилых мурз и татар 1643 г.
Князь Брюшей Яникеев — темниковский князь Брюшей, сын мурзы Кобяка Еникеева и внук князя Еникея Тенишева, участника казанского похода Ивана IV 1552 г. Именно князю Брюшею принадлежала в период Смуты реальная власть над татарами и мордвой в Темникове. Большой авторитет Брюшея Еникеева среди служилых татар подтверждает тот факт, что его сын Розгильдей мурза в мае 1612 г. в посольстве Второго ополчения был представителем «от касимовских и от темниковских и от кадомских и от олаторских и от шатцких князей и мурз и тотар». Сам князь Брюшей в 1612 г. оставался вторым воеводой в Темникове. В 1614 г. Брюшей Еникеев при воеводах Осипе Трубникове, Андрее Хилкове и Иване Бутурлине наделял поместьями служилых татар в Темниковском уезде. Княжение было подтверждено Михаилом Романовым.
Князь Иван Смиленев. Касимовский новокрещен из княжеского рода Булушевых, верный сторонник Дмитрия Угличского (Лжедмитрия II). В источниках (письмо касимовского хана Яну Сапеге) сохранился его конфликт с касимовским ханом. 30 ноября 1608 г. ночью приходил к хану Ураз-Мухаммеду и обвинял того в измене. И снова царь Михаил Федорович очень комплиментарно относится к бывшему «вору». На него было записано в 1614 г. поместье «за князем Иваном Смоляновым сыном Булушевым» 70 четвертей и дано 6 крестьянских дворов в д. Карге Темниковского уезда.
Пометки на полях.
В письме Яну Сапеге хан Ураз-Мухаммед написал: «Ноября в 30 день, приехал в Касимов новокрещен Смоил Смоленев сын, а рускоя имя Иван, в ночи, с товарищи к моему дворишку с прапором, и учал меня и мою бабушку и матушку и семьишак и детишак лаяти и позорити, и называти изменики; а я государю царю и великому князю Дмитрею Ивановичу, всеа Pycии, не изменик».
Изменник, мы же сильны послезнанием. А князь Иван знал уже тогда.
Конец пометок на полях
10 марта эти примечательные феодалы дали (и проиграли) правильное полевое сражение у Бурундуков в месте слияния р. Бирли со Свиягой. В новую скоротечную осаду Свияжск попал осенью 1609 года, правда на фоне развала тушинского лагеря закончилась она довольно быстро.
1610 год прошел для казанского края относительно спокойно. А вот внутри Казани начали кипеть страсти. После свержения Шуйских Казани нужно было выбрать – с кем она, со сторонниками ополчения (т.е. Дмитрия Угличского) или со сторонниками Владислава. Раскол случился даже у самих воевод. Итогом его стало убийство Богдана Бельского зимой 1611.
Выбор стороны воеводами легко объясним.
Богдан Бельский был крестным и апологетом Дмитрия Симеоновича (Лжедмитрия I). Он был его боярином и новгородским наместником (кому доверить самый богатый и потенциально самый оппозиционный город как не самому верному слуге и родственнику?). Для него должность второго казанского воеводы – ссылка.
Не первая, в прошлую он сходил за организацию бегства крестника в начале 1600-х. Перед этим его подвергли унизительной процедуре выщипывания бороды, чудом не казнили (заступилась сестра, жена Бориса Годунова). В 1584 году сослали за попытку организовать путч московских стрельцов. Единственный вменяемый расклад – за царя Симеона против царя Федора, но у историков таких предположений не встречал. Как по мне – зря.
А вот к второму Лжедмитрию он относится очень плохо, добра от него не ждет и это взаимно.
Василий Петрович Морозов, напротив, выходец из ярославских родов, дальний родственник Михаила Романова. Его обычно представляют юным и пассивным, но это неправда. Это уверенный состоявшийся воевода, упорно сражавшийся против отрядов Дмитрия Симеоновича (Лжедмитрия I) в 1604-05 и царевичей в 1606. Он же в 1611 станет одним из главных воевод ополчения (местнически точно выше Пожарского), в 1612 поддержит второе ополчение против первого, в 1613 подпишется на избирательной грамоте Михаила.
Но его звездным часом и главным подвигом стала оборона Пскова в 1615 году. Именно он руководил русской армией, выдержавшей недолгую осаду и яростные штурмы армии Густава-Адольфа.
Его отношения с Лжедмитриями противоположены позиции Бельского. Именно он был драйвером перехода Казани к Дмитрию, хоть историки и валят все на дьяка Шульгина. Это просто некритично воспринятая версия «Нового летописца».
Пометки на полях.
«Воевода и Богдан Яковлевич Бельской нача им говорити и правити, чтоб вору креста не целовати, а целовати б кресть кто будет государь на Московском государстве. Дьяк же Никанор Шульгин, умысля в теми ворами, поволе Богдана убити. Они и Богдана …..скинули с башни и убили до смерти».
Шульгин уже умер, его дети были на крошечных чинах в Сибири. Кто ж будет спорить.
Конец пометок на полях.
Казанская рать подошла к Москве в июле 1611. Задержка была связана с конфликтом воеводы с князем Камаем Смиленевым, богатым помещиком и братом упоминавшегося выше Ивана. Стороны как-то договорились без боя.
Казанская рать во главе с Морозовым приняла участие в зимних боях с литовцами. Весной 1612 во время войны ополчений Заруцкого и Пожарского поддержала второго. Приняла участие в грандиозной августовской битве у стен Москвы и ее единственном за всю смуту успешном штурме в октябре 1612.
Впрочем, не все казанцы поддержали второе ополчение.
В Ярославле между лидерами Совета всея земли и И. Биркиным (голова казанской рати) произошел конфликт. Казанские ратники «приидоша до Ярославля и назад поидоша, никакие помощи не учиниша, лише многую пакость земле содеяша». Только небольшая часть войска осталась в Ярославле и сохранила верность ополчению (20 татарских мурз, 30 русских дворян и 100 казанских стрельцов).
Единственные, кого могла поддержать рать Биркина – противники второго ополчения т.е. сторонники Ивана Дмитриевича (Воренка) и Заруцкого.
В конце 1612 года по возвращении домой были арестованы казанцы, оставшиеся в Ярославле и участвовавшие в боях за Москву. Стрелецкие головы Лукьян Мясников и Постник Неелов были заключены в темницу.
Никанор Шульгин стремился подчинить своей власти близлежащие районы. В декабре 1612 года он отправил своих гонцов в Вятку, потребовав от местных жителей принести присягу Казанскому государству. Дьяк отправил в Хлынов отряд из 500 стрельцов во главе с Н. Онучиным, который заставил вятчан подчиниться Казани.
В конце 1612 — начале 1613 года Никанор Шульгин организовал поход на Рязанскую землю, якобы против казацких отрядов Заруцкого. Передовой казанский отряд (4600 чел.) под командованием головы Ивана Чиркина и князя Аклыча Тугушева выступил из Свияжска и помог рязанскому воеводе Вельяминову победить Заруцкого у Серебряных Прудов. Следом Н. Шульгин во главе большой казанской рати выступил в поход. Казанская рать пришла в Арзамас, где находилась около двух месяцев. Во время нахождения в Арзамасе, к Н. Шульгину прибыла делегация из Москвы. Шульгин, как говорит Новый летописец, «хотя по-прежнему воровати, не нача крест целовати; тако ж и ратным людям не повеле креста целовати, а говорил посланникам, что без казанского совету креста целовати не хощет».
В марте казанская рать начинает отступление в Казань, по дороге Никанора Шульгина арестовали. Еще до того случился переворот и в самой Казани. Волей боярина Морозова были освобождены его сподвижники и вятские пленники, и арестованы сторонники Шульгина.
Называя вещи своими именами – казанская рать пошла на соединение со своим царевичем и по дороге была разагитирована его противниками. Сначала авангард, а потом и основная рать с Шульгиным.
Осенью-зимой 1615-16 года Казань полыхнула восстанием Еналея, направленным против крайне неаккуратной налоговой политики правительства первого Романова. Разбираться приехал думный боярин Воротынский. Разобрался. Впрочем, тогда против очередной пятины кто только не восставал.
Такая вот Смута в Казани.
Как ни смотрел, я так и не увидел попыток сепаратизма. Порой казанские полки и элитарии пытались поддержать проигравших в смутных битвах, порой отстаивали свои нарушенные права. Порой общегосударственные институты (та же церковь в 1611-12) использовали ее как фактическую временную столицу.
Но все истории про независимое казанское государство эпохи смуты на поверку не стоят бумаги, потраченной на их написание. Казанское государство было нормальной частью Русского царства, больше похожего в тот период на конфедерацию. Как османский санджак или европейское герцогство тех же времен. И не стремилось к независимости просто потому, что имело ее в избытке во всем, что не касалось веры и царя.
Таможенные пошлины между отдельными областями нашей страны, например, отменят только при Елизавете Петровне, когда новая элита, не привязанная к бывшим княжествам, начнет планомерное наступление на их права и привилегии.
Но до этого было еще полтора века нашей прекрасной и сложной истории.