Многие исторические записи дают нам подробное описание Астрахани в 19-20 веках, но ее состояние в веке 18-м уже не так легко понять. Мы нашли и приводим целиком редкую статью из выпущенного в 1784 году при Императорской Академии наук издания «Месяцослов исторической и географической на 1785 год». Она и дает замечательное представление об Астрахани 243 года назад.
О нынешнем состоянии города Астрахани
Всем известно, что Астрахань лежит в весьма теплой стороне Российского государства, и что она есть очень привольное для жителей место как по климату, так и по близости своей к Хвалынскому морю, изобильному из морей великими рыбами, которыми пользуется почти большая часть Российской Империи. Многим не безизвестны выгоды, которые приносит Астрахани наиудобнейшее по Каспийскому морю сообщение с Азиатскими государствами, как то, Персией, Хивой, Бухарией и пр., с которыми производится торговля гораздо способнее астраханцам, нежели всякого другого Российского города жителям.
Всякий также знает, что Астрахань лежит при Волге, знатнейшей из всех Российских рек, которая протекает самым, так сказать, сердцем Российского государства, доставляет Астрахани, последнему к устьям её городу, из всех верховых городов и уездов всякого рода произведения, которыми не только сама Астрахань довольствуется, но еще отсылает их к Азиатским оным народам, и выменивает у них свойственные тем странам произведения; одним словом, Астрахань имеет такое выгодное положение, которого в России не только лучше сыскать нельзя, но нет ему и подобного.
По чему всяк имеет причину себе воображать, что город сей должен быть весьма богат и великолепен. Таковой бы действительно надлежало быть Астрахани; но какова она в самой вещи есть, усмотрено будет из следующего описания.
Не всё то, что приятно кажется глазам, бывает в самой вещи хорошо. Астрахань лежит на луговой стороне Волги, и когда в летнюю пору, при ясной погоде, смотришь на нее через Волгу с нагорной стороны, то она кажется очень красива, особливо такому зрителю, которой в первый раз её видит, и сравнивает с какими ни будь уездными Российскими городами. Глаза его прельщаются пестротою церквей, башен, домов, садов и вообще новым для него видом пространного сего города; но когда самый сей зритель переправится через Волгу к городу, и вступит в его улицы, то вдруг теряет приятную оную о город мечту, и не находит больше никаких следов той красоты, которою прельщался он будучи на нагорной стороне, как будто она с ним и осталась.
Лучшее место в городе есть высокий и длинный бугор, от Волги внутрь земли простирающийся, на котором находятся Кремль и Белый город, разделенные между собою кирпичными стенами, которые сделаны еще при Государе Царе и Великом Князе Михаиле Феодоровиче, спустя 78 лет от покорения Астрахани под Российскую державу, которое, как известно, в 7061 [1553] году последовало. По такой древности оных стен так удобно можешь судить о прежнем их состоянии.
На бугре оном против Волги во первых лежит Кремль, которого окружность 945, длина 225, ширина 175 сажен. В нем сделаны четыре ворота: одни из них под красною башнею со стороны Волги, откуда никто никогда в них не ездил, и они спокойно стоят запертые; другие были на другом конце Кремля в Белом городе под соборною колокольнею; но как колокольня сия угрожала уже своим падением, то её в 1770 году сломали, и разрыв ворот оставили для въезда в Кремль безобразным проломом; третьи и четвертые ворота находятся по сторонам Кремля; северные называются Никольскими, по церкви Николая чудотворца, которая над ними сделана; южные слывут Житными, по находящемуся на оной стороне житному двору.
Белый город простирается от Кремля по тому же бугру, при начале которого Кремль находится. Длина его 435, ширина 240, окружность 1185 сажен. Южная стена сего города совсем развалилась, и сие место загорожено новым тыном; с других же сторон стены хотя еще не совершенно разрушились, однако в премногих местах столько повредились, что представляют больше древние останки разорённого нежели обитаемого прежнего жилища. В сем городе шесть ворот; а именно 1) Гарянские, 2) Староисадные, 3) Спасские, 4) Вознесенские, 5) Решетошные, 6) Мачаговские. Некоторые из них в зимние непогоды и в осеннюю пору наполнены бывают водою и грязью; по чему для пешеходов намешано в них множество вывалившегося из стен кирпича, по которому и в каретах ездить необходимо должно с беспокойством и с опасностью.
Что примечания достойного в городских оных стенах заключается, о том буду я говорить после, дабы не отвлекаться прежде от главного описания всей вообще Астрахани, которое по тому продолжаю. С северной стороны Кремля и Белого города текущая из Волги река Кутум отделяет от вышеобъявленных стен небольшое предместье, бедно выстроенное, которое больше в длину нежели в ширину по левому берегу реки Кутумовой простирается. На южной же стороне обоих городов и по правому берегу реки Кутумовой, от конца Белого города, поселена большая часть граждан; и сие предместье по середине разделено каналом, из Волги в реку Кутумову проведенным, который длиною в две версты во 150 сажен; шириною же в 15 сажен. Ров сей начали копать еще в 1744 году для осушения солончака, в том предместье находящагося, и для приюта мелким судам во время сильного волнения реки Волги, но он и по сие время совершенно не отделан, да и отделывать его больше не помышляют; а причиною сему приводят то, что на отделку онаго канала не определено казенных денег.
Низкое место, на котором лежит вышеупомянутое предместье, во время разлива Волги подвержено наводнению; поэтому для удержания воды в канале и других протоках сделаны по берегам земляные валы вышиною в два, а шириною в пять аршин. Преграды эти, как я уже сказал, полезны бывают только во время разлива Волги; но низкость места, которое защищают они от стремления речной воды, весьма способна к принятию и содержанию воздушных мокрот в осеннюю и зимнюю пору; почему Астрахань в сии времена года преисполнена бывает грязи, и величайшая в самых улицах стоящая лужи, которых часто миновать не можно, и необходимо надобно купать в них лошадей и марать всю сбрую. Утаить не можно, что во всей Астрахани нет почти ни одной улицы хорошо вымощенной, хотя за несколько лет ежегодно собиралась с жителей по пяти тысяч рублей, которые известны нам под именем квадратных денег, и которые единственно на поправку города употребляемы быть должны.
С южной стороны между Кремлём и каналом возле самой Волги находится Адмиралтейство. За каналом расположены Татарские и Армянские слободы и солдатские казармы. В некотором отдалении от канала к самой Волге прилежит слобода Безродная, получившая сие название от поселённых тут жителей, которые, приходя из разных мест в Астрахань, объявляли себя безродными, и по тому только принимались в число жителей, хотя из них не может быть ни одного безродного, а все истинные беглецы.
Таких точно бродяг поселено теперь более семи тысяч человек обоего полу при казенном шелковом заводе, который на луговой стороне Волги близ Царицына при реке Ахтубе находится. Правитель оного завода с распростертыми руками принимает к себе всех не помнящих родства, под тем видом, что они надобны для шелкового завода, на котором пуда три или четыре в год шелка приготовляется из привозных яичек, за которыми каждый год ездит в Кизляр один из разведшихся при шелковом заводе офицеров, и привезенные из Кизляра яички выводятся на Ахтубинском заводе весьма с бедными успехами, так что в прошлом 1782 году вылупившиеся из яичек шелковые червячки все замерзли, и шелка ни волоса в оное лето не получено. Если же правда, что правитель завода умеет посредством льда, снега и холодной воды делать свой шелк отменным, и если с завода сего шелк присылается сюда нарочито хороший и в большем количестве, нежели какое я означил; то весьма сомнительно, чтоб етот шелк родился на Ахтубинском заводе; а более нежели вероятно, что он уроженец других теплейших мест, как то Кизляра и Астрахани: в чем уверяют самые сих городов жители.
Выгоды, какие директор оного завода сверх своего жалованья получает от семи тысяч оных поселенцов, без сомнения заставляют его поддерживать хорошее о сем заводе мнение высших начальников всевозможными способами; хотя уже из опытов давно известно, что место сие для шелкового завода совсем неспособно по причине неумеренности воздуха, и что большому числу народа причисляться к заводу и чрез то избавляться от рекрутских наборов нет никакой причины. На сие может быть скажут, что беглецы оные прежде бесполезно скитавшиеся, по крайней мере платят теперь подушный оброк, (все ли платят?) и следовательно какую ни будь пользу государству приносят; но награждает ли сия польза ту растройку, которую бегством своим причиняют они в природных своих жилищах, оставляю сие на суд беспристрастию.
С беглецами далеко ушёл я от Астрахани; но в неё ушельцов принимают, по тому можно смело туды возвратиться. Далее за Безродной слободой близ Волги лежит Татарское селение, Царево, при реке Царевой, которая вытекает из Волги; но селение сие столь уже отдалено, что к частям города не причисляется.
Окружность описанных доселе предместий питает множество виноградных садов казённых и обывательских. Первых сказывают числом двадцать один, а других сто четырнадцать. Положение всей Астрахани ясно видеть можно на плане сего города, которою любопытные люди в книжной лавке Академии наук получить могут; по тому я в подробное описание всех частей города входишь нужды не имею, а приступлю теперь к показанию того, что в Кремле и Белом городе примечательно быть кажется.
В Кремле лучшие здания суть соборная церковь и архиерейский дом. Церковь построена в 1602 году; но в 1698 году Астраханский Митрополит Самсон приказал её разобрать и перестроить так, как она теперь есть. Эта перестройка окончена в 1710 году, в котором церковь и освящена Августа 14 дня. Она разделена на два храма, верхний и нижний. В верхнем первенствует образ Успения Богоматери, а в нижнем — Владимирской Богородицы, которым оба эти храмы посвящены, с убавкою от нижнего храма одного придела для двоих святителей Афанасия и Кирилла.
В нижнем храме богослужение отправляется зимою, а в верхнем — летом. При сем последнем в ризнице хранятся архиерейские церковные одежды, панагии, кресты и другие уборы. Из драгоценных вещей видел я тут три; а именно, большое Евангелие, цветными камнями богато унизанное; престольную чашу, до половины золотую, с серебряным позолоченным подножием; и превеликую серебряную купель. Некоторые из Архиерейских одежд сделаны усердными к церкви гражданами из собственного их достатка: в чём оказал также свою ревность бывший Астраханский Обер Комендант Василий Васильевич Левин, который остальные дни своей жизни препровождает теперь в одной пустыни в 7 верстах от Астрахани.
При всем том ризница сия не столь богата, как многие другие епархиальные хранилища. Прежние Астраханские Епископы, Архиепископы и Митрополиты, которых до нынешнего Преосвященного Антония было пятнадцать, не имели, как видно, довольного попечения о великолепии в храме Божием, их сану приличном, и все вместе не сделали столько хорошего, сколько произвёл в короткое время нынешний Преосвященный Антоний, пастырь знаниями, усердием к церкви и человеколюбием отмеченный. Он кротостью и благоразумием вывел из церковников своей Епархии грубое невежество, в котором они через многие годы в отдалённых тамошних странах закосневали; он завёл в Астрахани духовное училище, или семинарию, которую открыл 1777 года в день рождения Его Императорского Высочества Благоверного Государя и Великого Князя Александра Павловича и посвятил её этому дню (а) сему;
(а) На содержание семинарии даётся из казны по две тысячи рублей в год. В ней учеников более ста человек; в том числе девятеро осетинцев, которые из Кавказских гор выезжают к нам в Моздок, где учреждённая для обращения язычников в христианство духовная комиссия приводит их в нашу святую веру.
он великолепно выстроил архиерейский дом, места в длину на 30 сажень занимающий, на перестройку которого пожаловано ему было от Всемилостивейшей Государыни десять тысяч рублей; он возобновил обветшавшую тамошнюю ризницу; но сколько сделал он другого добра в своей епархии, то рассыпано по великому пространству мест, и только по причине одной отдалённости здесь не известно. Желать по истине надобно, чтобы больше было у нас таких Антониев, каков сей Астраханский и другой Казанский, которые действительно великую делают честь Российскому духовенству.
И так лучшие здания в Кремле соборная церковь и архиерейский дом, при котором каменная церковь во имя Нерукотворённого Спаса освящена в 1709 году, Августа 14 дня. Прочие здания в Кремле каменные: Троицкий монастырь, Губернская канцелярия и Консистория при доме Архиерейском; деревянные: ветхой губернаторский дом, который стоит пуст, комиссия военного суда и провиантская канцелярия, два пороховых погреба, шесть цейхгаузов, три погреба винных, два лубяных провиантских магазина, которые находятся на житном дворе.
О Троицком монастыре заметить здесь надобно, что он был монастырём, но больше не есть. В нём учатся теперь гарнизонные, артиллерийские и инженерные школьники; а духовные ученики, или семинаристы, обучаются и живут вне Кремля в наёмном доме. В этом монастыре помещены также коммерческий банк, школьное правление и некоторые церковнослужители; а из крепких кладовых палат сего монастыря иные заняты рентереями разных присутственных мест, а другие отдаются внаём в пользу школьного оного правления, которое доходы с них собирает (b). Всё сие помещено в Троицком монастыре только на время; а по плану определён он для городской школы и типографии, но не прежде как когда будет перестроен. В нём церковь Живоначальной Троицы построена в 7110 [1602] году, а освящена в 7111 [1603] году, 13 сентября, при царе Борисе Фёдоровиче Годунове. К сей церкви пристроен тёплый придел во имя Введения Богоматери, которому основание положено в 7114 [1606] году, а совершён он в 7128 [1620] году.
(b) Школьное правление имеет много других доходов: от порту, от рыбной ловли и от приписных к нему мест, которые так же внаём отдаются. Но сколько всей суммы ежегодно оно собирает, и куды сумма сия идёт, мне неизвестно. Я только замечу, что от сего правления успехов в учении никаких в Астрахани не видно.
В Белом городе, кроме обывательских домов, коих во всей Астрахани каменных — 40, деревянных — 3773, публичные и казённые каменные здания суть следующие: Спасопреображенский мужской монастырь второго класса, пять приходских церквей, три гостиничных двора: Русский, Армянский и Индийский; первый о 75, второй о 74, третий о 78 лавках; дом ведомства виноградной садовой конторы с лавками и погребами; питейный дом с выходом; две богадельни и один курень для печения хлебов и калачей.
Оставив дом садовой конторы с его лавками и погребами, оставив богадельни и курени, стану я говорить о гостиных дворах и начну с Русского. В нём продаются шёлковые, бумажные и шерстяные разных видов товары, сукна, железо, чугунная посуда и пр.
Торг каждого дня начинается там с вечерен, по причине великих летних жаров, которые днём бывают несносны; но чрез то самое жители сделали привычку, что и в зимнее время собираются на торжище под вечер.
В лавках гостиного Русского двора торгуют не астраханцы, а иногородные купцы. Главною причиною, для которой не сидят в лавках астраханские купцы, суть рыбные их промыслы, которые столь велики и прибыточны, что заставляют их пренебрегать лавошным торгом. Они не только владеют изобильнейшими рыбою водами, но ещё имеют приписных к себе крестьян или переведенцев, число которых простирается теперь до 450 человек (*).
Люди эти из давнего времени, исключая прибылых, поселены были при Учугах (с), при которых и поныне остались.
(*) Люди эти от купечества отошли и избрали другой род жизни.
(с) Учуги суть крепкие и плотные заборы, сделанные в глубоких реках, на которые Волга при устьях разделяется. Сквозь них никакая крупная рыба пройти не может, а заходит в сделанную посередине Учуга избу, где её багрят.
Учуги принадлежали прежде Патриархам, Архиереям и Татарам; но в 1704 году по указу Государя ПЕТРА Первого взяты они были в казенное ведомство, и состояли в оном по 1762 год, в котором Июля 31 дня именным ЕЯ Императорскаго Величества Всемилостивейшей Государыни указом как учуги, так и все тамошния воды пожалованы Астраханскому Российскому купечеству, и упомянутые переведенцы оставлены при учугах на купеческом содержании.
Прежние казенные четыре учуга были на других местах, нежели на каких нынешние находятся. Перемена сия сделана по тому, что у прежних протоков горловины засыпались песком, и прибылая вода очень широко в них разливалась. Они были на следующих реках: первой на реке Белой, названием Бельской; второй на реке Бирюле, Бирюльской; третий на Волге, Урусторской; четвертый на реке Басагре, Басаргинской
Нынешние учуги суть следующие: первый Чеганский на реке Чеган от Астрахани в 23 верстах; при нем деревянная церковь во имя великомученицы Екатерины; дворов церковнослужительских 4, мещанских 6, переведенческих купеческого ведомства 22, переведенческих ведомства школьного правления 13, служительских Архиерейского дома 9 и казенный питейный дом.
Второй Камызякский на реке Камызяк, впадающей в Каспийское море, от Астрахани в 30 верстах; при нем деревянная церковь Смоленской Богородицы с приделом Николая чудотворца; переведенческих дворов купеческого ведомства 40, ведомства школьного правления 12, мещанских 10 и казенный питейный дом.
Третий Уваринский на реке Уварах, впадающей в Каспийское море, от Астрахани в 35 верстах; при нем деревянная церковь Казанской Богородицы; церковничьих дворов 5, переведенческих купеческого ведомства 26, ведомства школьного правления 11, разночинческих 17 и казенный питейный дом.
Четвертый Иванчужский, в 30 верстах от Астрахани, называемой так по реке Иванчуг, при которой селение находится, а самой учуг или учужная забойка забрана в трёх верстах от селения на реке Каныч, которая проходит в море. В оном селении церковь Живоначальной Троицы, церковнослужительских домов 4, мещанских 3, разночинческих 3, переведенческих купеческого ведомства 17 и казенный питейный дом.
При сих четырех учугах число приписных к ним переведенцов состояло прежде из 345 душ; но ныне возрасло оно до 450 человек, а может быть и свыше; по тому без сомнения и число дворов также прибыло; но как оно мне неизвестно, то я для того только присовокупил здесь прежнее их исчисление, чтоб показать, кому принадлежат и для кого рыбу промышляют ныне живущие.
Для правления учугами и другими общими промыслами учреждена в Астрахани от купечества рыбная контора, в которую вступают все деньги от продажи рыбы получаемые, из коих платится в казну ежегодного оброка 16 216 рублей за владение всеми рыболовными угодьями, которые, как выше сказано, пожалованы Астраханскому купечеству в 1762 году; но в 1770 году, продано там от межевой канцелярии разным дворянам казенной земли 5 755 десятин, а с землею отошли к ним лучшие рыболовные угодья, купцам принадлежавшие, которые откупают уже купцы как Астраханские так и иногородные за знатную цену, да они же и казенной оброк за них платят. Не смотря на сие, у купцов еще воды остались, которые рыбная контора отдает Астраханским же купцам в особливое владенье на четыре и на пять лет из оброку. Откупщики сих вод на откупных местах, для ловли рыбы, завели ватаги, которых в Астраханском округе 64. От великого избытка рыболовных угодьев уступило Астраханское купечество прежнему тамошнему епископу Мефодию плесо вод Чуркинскими называемыми, которые находятся от Астрахани в 50 верстах к стороне Гурьева городка. При сих водах заведена также ватага, которая состоит из наемных промышленников, принадлежащих Архиерею; при сих же водах у самого Каспийского моря на возвышенном месте построена Епископом Мефодием пустыня, Николаевскою называемая, и обнесена каменною оградою. В сей пустыне жил несколько времени бывший Астраханский Обер-Комендант Василий Васильевич Левин.
Кроме великого множества крупных судов, приходящих по Волге из верховых городов с разными товарами, каждую весну приезжают в Астрахань из разных верховых селений тысяч по десяти и более промышленичьих лодок, из которых на каждой по крайней мере по два человека бывает; и так число приходящего туды народа для одного только рыбного промысла простирается уже за двадцать тысяч человек. Из сих промышлеников иные нанимаются в работу к купцам; а другие покупают у них позволение ловить для себя в их дачах рыбу; за что с каждой лодки обыкновенно платится по семи рублей в лето, да за подвал для поклажи и соленія рыбы владельцы вод берут с них по 25 рублей. Ловля производится неводами, ставными и плавными сетями и удами. На одни уды весьма довольно рыбы попадается, так что можно бы употребление сетей вовсе запретить, потому что они заграждают дорогу осетрам, севрюгам, сомам и белугам в верх реки подниматься, и часто целые стада сих рыб заставляют обратно уходить в море. Учуги суть такие преграды, сквозь которыя ни одна рыба в верх пройти не может, и по тому столько набирается оной в учужную избу, сколько сия вместить в себя может. Сии злодейственные преграды выдуманы издревле Астраханскими Татарами, для того чтоб не пропускать рыбу в верх Волги к Россиянам, против которых пылали они злобою; но нынешние учугов владельцы суть такие же Россияне, какие и по всей Волге обитают; потому надлежало бы им память Татарской злобы истребить, и учуги оные разобрать, чтоб все верховые селения не одною пользовались из Волги водою, но так же и красною рыбою, которою бы несравненно было больше во всей России, когда бы ей из Каспийского моря в Волгу устьями проходить не мешали.
Купеческая рыбная контора взяла на себя довольствовать красною рыбою весь город Астрахань, и продавала пуд оной не свыше, помнится, тридцати копеек; но как цена сия гораздо ниже той, по которой продается оная рыба при самых учугах, где добывается; то доставление рыбы на всю Астрахань для рыбной конторы не может быть прибыточно; особливо, если взять в рассуждение то, что рыбная контора даром довольствует рыбою всех знатных чиновных людей, которые получают из лавок рыбной конторы столько рыбы, сколько кому для дневного употребления потребно; рядовые же обыватели, коих число простирается до 9081 души мужского, и до 8926 женского пола, по большой части покупают её в купеческих рыбных лавках нарочито высокою ценою.
От прибыточного владения учугами и всеми рыболовными угодьями Астраханское купечество все вообще нимало не обогатилось; не разбогатела также и рыбная контора, которая с 1762 года по сие время могла бы, как сказывают, иметь у себя денег больше миллиона рублей; но вместо того она нуждается и занимала уже из банка двадцать тысяч сто десять рублей сорок четыре копейки. Прибыльные деньги употребляет купечество на общественные нужды и разные городские потребности.
Тюлений промысел, который отправляется на Каспийском море астраханскими могучими купцами, часто также бывает для них весьма прибыточен. Он производится весною и осенью на островах Каспийского моря, к которым пристают суда разных хозяев, и бьют сообща лежащих на острове тюленей, которых потом потрошат. И кто из промышленников большее число набитых тюленей выпотрошить успеет, тому сии тюлени и достаются; а раздела никакого не бывает.
Выпотрошенных тюленей на том же месте пересыпают солью, не сдирая с них кожи, и в таком состоянии привозят в Астрахань, где снимают с них кожи и топят сало, которое соленьем оным предохраняется от вони, и потому чище и лучше бывает, нежели Архангелогородское тюленье, белужье и моржовое сало, которое до топленья не просаливают, от чего оно чрезвычайно портится. Я думаю, что Архангелогородские промышленники сему примеру астраханцев не преминули бы последовать, когда бы у них соль столь же была дешева как в Астрахани, где пуд оной, до сего почти времени, продавался по десяти только копеек. Астраханцы уверяют, что Каспийское море несравненно изобильнее тюленями всех других российских морей.
Многие из Астраханских купцов держат мореходные суда, которые отпускают с товарами в Персию и до Мангишлакской пристани (а) в Хиву и Бухарию,
(а) Мангишлак лежит на восточном берегу Каспийского моря, как то видеть можно на карте сего моря, которая в книжной лавке Академии Наук продается. Место сие служит становищем Астраханским судам, хотя никакого жительства не имеется, и торгующие с Астраханцами Бухарцы и Хивинцы в дальном оттуда находятся расстоянии; а скитаются около Мангишлака кочевые Киргизы и Трухменцы, которые знают пору судового туды прихода, почему подъезжают к Мангишлаку в оное время; и когда найдут тут прибывшее судно, то договариваются с корабельщиком о плате за повестку, о приходе судна, в Хивинских и Бухарских жительствах. Договорясь о награждении, поспешно уезжают Киргизы в свой путь, и когда возвестит там о пришедшем в Мангишлак судне, то съезжаются туды Хивинцы, Бухарцы, Трухменцы и самые Киргизцы со своими товарами, которые променивают на Российские товары. Здесь нередко у наших мореходцев бывают с Киргизами не только брани, но и драки; однако всегда наши с ними удобно управляются.
также ставят на них в Кизляр до Ачинской пристани казенный провиант, вино и другие припасы, и отвозят казенную соль и соленую рыбу в верховые по Волге города. У многих имеются виноградные сады с другими плодоносными деревьями; многие получают великую прибыль от анбаров и выходов, которые отдают внаем для чужой поклажи. Все сии выгоды, вместе взятые, уже столь велики, что на гостином дворе сидеть в лавках тамошним купцам не прибыльно, и потому пользуются сим торгом по большей части иногородные купцы. Малоимущие астраханские купчики, живущие около гостиного двора, имеют под своими домами лавки, в которых продают разную посуду, холст, обувь и другие мелочные товары.
В Астрахани живут разные другие народы, как то Армяне, Индийцы, Татары, Грузинцы, Персиане и некоторые из Европейцев Католического и Лютеранского закона; а вне города поблизости кочуют Калмыки, кои все в рыболовных оных промыслах участия не имеют. По тому, выключая Калмыков, производят они торговлю Азиатскими и Европейскими товарами. В Армянском гостином дворе торгуют Армяне, так как Индийцы в Индийском, кои оба казённые. Продажа товаров в обоих сих дворах бывает только по утрам, и товары продаются гуртом, а не порознь. Они состоят в персидских шёлковых и бумажных материях.
Но у армян есть много других деревянных около гостиного двора лавок, в коих продают они всякую мелочь, и при том разные вещи, выработанные на их фабриках, коих в Астрахани 175. Они принадлежат большею частью армянам; а делаются на них фаты и кушаки кановатные и полушёлковые, кановаты широкополосные и гладкие, бумажные фаты, кушаки, пестреди и бязи.
Работу производят на них бедные астраханские жители, кои имели несчастье сделаться армянам должниками, и по причине неумеренных процентов, какие берут армяне, приведены будучи в неспособность с ними расплатиться, принуждены идти к ним в работу на их фабрики; однако, вступив в оную, не только не зарабатывают забранных ими денег, но ещё хитростью хозяев в большие заходят долги, которые часто даже на детей сих несчастных работников переносятся и приводят целые семьи в вечное рабство к лукавым армянам. В сем состоянии многие у них из русских и других теперь находятся (*).
(*) Кто обстоятельно желает знать о всех Армянских пронырствах, может читать путешествие г. Академика Гмелина.
Индийской гостиный двор сделан на подобие каменной ограды, какие около старых монастырей бывают. В нем Индийцы, которых числом до 100 человек случается, торгуют и живут. Кельи их окон на улицу не имеют; а имеют только отверстия в потолок, через которые свет входит. Они выезжают из Индии через Персию в молодых своих летах с весьма малым достатком, которой приумномножают в Астрахани торговлею, и живучи там безвыездно лет по 10, по 20 и по 30 делаются великими богачами, так что некоторые из них не одно сто тысяч рублей у себя теперь имеют; ни в купечество, ни в Азиатское мещанство не записываются, и по тому никаких гражданских должностей не отправляют; а платят только в казну ежегодного оброку по 12 рублей с лавки. Они по торговле сношение имеют с Персию, Хивою и Бухарию; не упускают также купечествовать и с Российскими жителями, а особливо с Астраханскими Татарами, которым в долг дают свои товары с преужасными процентами, так что сии бедняки в вечных находятся у них долгах, и не редко платят заимодавцам уступлением своих жен; от чего произошли в Астрахань агрыжанские Татары, которых Индийцы (они все своих жён здесь не имеют) прижили с Татарками, женами своих должников.
Привозимые из Персии и с Мангишлацкой пристани товары суть шелк сырец, которого ежегодно до трех тысяч пудов в Астрахань приходит, лажи, бурки Черкасские, бумага белая хлопчатая и пряденая, бязь, бурметь, жижим, выдры, бумажные занавески, Черкасские кошмы, корень марена, шитые кафтаны, шелковые и бумажные кушаки, кутии, кановаты, одеяльные крышки, ладан, шкуры, мови, касап, горской мед, мерлушки, одеяла, шапошные овчинки, платки, Черкасское сукно, Черкасские тулупы, бумажной тастарь, табак, бумажные фаты и халаты, шитые шелвары, сорочинское пшено, Персидский горох и другие многие плоды.
Отвозимые в Персию и до Мангишлака для Хивы и Бухарии Российские товары суть весьма многочисленны; по тому что самые маловажные вещи для тех стран уже очень важны, так что на Мангишлак за одну иглу часто хорошую мерлушку получают. Важнейшие ж по своему веществу наши товары, туда отвозимые, суть холст, воск, мыло, золото и серебро в деле, дельная медь, прутовое олово, полосовое и дельное железо, брусковая сталь, ртуть, квасцы, купорос, нашатырь, сахар, чай, кофе, и множество других вещей.
Вот все, что хотелось мне рассказать теперь об Астрахани; но может быть соберу я о ней еще некоторые известия, которые издам в другое время; однако и по издании всего мне известного должен буду приписать следующее:
Еа, quae firmus, sunt pars minima eorum, quae ignoramus [То, что мы знаем, — лишь малая часть того, чего мы не знаем].