7 глава
А вот Илюша. который родился в 1909 рос сильным, был высоким не в отца. Красивый, плечистый прямо мужик в свои шестнадцать лет. Успевал по хозяйству помогать, да по девкам начал похаживать, да в рюмочку заглядывать. С ребятами "сцапливался," то рубаху порвут, то под глаз гостинец поднесут, то за скулу держится. Хороший видно был кулак, нельзя отказаться. А то на него придет какая-нибудь мать жаловаться.
Твой то, моему зуб выбил.
Илюшка ваш моему сыну пиджак новый порвал, дай хоть сколько, за поруху.
Подумали Матвей с Алёной, и отправили его в Москву к родственникам, чтобы определился в кучера. Снарядили ему тарантас, да жеребца серого в яблоках отдали. Заработанные деньги по-немногу копились. Но часть отдавал за постой, и за то что столовался. Через год приехал. Деньги отдал родителям на постройку дома.
То ли повзрослел, толи нахлебался, сладкого до слёз. Но сильно изменился. Схватит ведра, да на колодец сбегает, и не раз. Не стеснялся ни какой работы. И женскую тянет и в мужскую впрягается, да так, что родители диву давались. Как-то ураган крышу раскрыл с угла, он полез заправлять, смотрит Алёна,как у него все ладно выходит. И вдруг он встал, и смотрит с крыши в одну сторону. Алёна подумала, куда ж он смотрит, в чей двор, кого выглядывает. Начала Алёна перебирать девок, которые под его возраст подходят. Или опять по бабам пойдет, которые постарше. Спрыгнул с крыши и опять за вёдра схватился. Посмотрела мать в окно, может какую молодайку увидел. Нет никого. Подошла девочка лет двенадцати. А это Анютка, дочка Авдотьи. Ей налил вёдра не полные, а потом уж себе.
Начали сажать картошку. Илюша играючи мешки таскал с погреба до огорода. Сохой управлял, любо-дорого посмотреть. Жеребец у него, как по-ниточке ходит. Только и слышно:
Бороздой, "Мальчик" Бороздой.
А матери с отцом этого и надо, кидали картошку их "кошевок" в борозду. З а три часа, тринадцать соток засадили. Илюша катком всё прикатал. Взял под узцы "Мальчика" и пошёл во двор Авдотьи.
Авдотья жила с матерью и дочкой Анютой. Родилась она после того как, отец ушёл на войну в 1914 году. Пётр не увидел дочку, погиб. Выхлопотала Авдотья пенсию для Анюты, по потере кормильца, хоть какие -то грошики. Авдотья была красивой женщиной и строгой. Даже сватались к ней, ни за кого не пошла.
Пришёл, Илюша к ним, и сразу в огород, пахать. Женщины остолбенели, ни кого не просили, под лопату копали. А тут помощь какая, помощник какой выискался. Но к вечеру управились и картошку посадили. Хотела Авдотья его угостить, но Илюша молча как пришёл, так и ушёл.
А уж дома после бани, да хорошего ужина, храпел заложив руки за голову. Побыв не долго дома, уехал снова в Москву. Приехал почти через год обратно. В глазах серьёзность, стал помогать во всём матери. Замешивает Алёна тесто, а он уже здесь, хоть и не мужское это дело, засучил рукава, да давай месить из всех сил, аж пот катился по лицу.
Ну, что мать,ещё побить тесто?
Хватит, хватит.
Да, мама тяжёлая это работа. Я теперь всегда хлеб месить.
Как правило,хлеб пекли на неделю и в субботу. Женщине в дому всегда полно работы. А иногда выходил с бельём на реку, там трепал его, не боялся что засмеют его мужики. Потом деревенские мужики стали ходить на реку, на колодец, помогали своим жёнкам.
Пошли покосы травы, на сено. Матюша и постоянный работник Фёдор впереди, сзади наёмный работник Иван, за ним Илья. Косят ряд, другой... Говорит Илья:
"Батя давай, я передом пойду, а то я Ивану пятки подрезаю.
Отец уступил. Косит, косит Илья, коса в руках играет. Пройдёт круг, оселком проведёт по литовке, и снова трава ложится под ноги. Уже уморил и отца и работников.
Уймись, оглашенный.
А тут по левую сторону, Авдотья с Анютой. Авдотья косит ладно, а Анютка косой землю пашет, то воробьев считает. Злиться Авдотья, что не выходит у дочки, косить, ругается. Пока батя с работниками отдыхал, Илья выкосил целую поляну Авдотьи. На следущее утро, Илья докосил Авдотье её делянку, и за своё принялся.
Илюша, что это ты зачастил на двор к Авдотье, то пашешь, то дрова колешь, то краву косишь, али Авдотья тебя присушила?
Присушила, мама, да не она.
Бабка Груня что ли?
Ой мама...
Стала Алена, девок перебирать девок, что жили рядом с Авдотьей. Глашка-девка на выданье, а может Манька Куприянова по годам подходит. Если Катька рудакова, голову вскружит, эта не промахнётся. Всю ночь не спала, перебирала. Ведь когда, Илюше шестнадцать было по "жалмёркам" ходил, бабы которых замуж не брали. Вот и коротали ночи с юнцами.
Пошла Алёна на колодец, а тут Анютка бежит с ведром. Худенькая, глаза синие и коса пшеничная. Платье на животе "просмыгалось" дырка на пупке.
Здрасьте, тёть Лён, зачерпните и мне водички.
Колодец глубокий, тяжело воду тянуть. А тут и Илья подошёл, налил Анюте воды, аккуратно, чтоб ноги не облить девчушке.
Спасибо дядя Илюша, подхватила ведро и побежала.
А Илья ещё долго смотрел ей в след.
Мама, а сколько лет Анютке?
Тринадцать вроде.
Вздохнул, Илюша и пошёл в дом. А через некоторое время опять уехал в Москву.
Надо было Илюше дом достраивать. Записались Алёна и Матвей в артель, ещё не было колхозов, а в артели собирались люди, все работящие. Многие приходили в артель, как раньше к Алёне и Матвею. Ведь не один год работали с хозяевами бок о бок.
В 1928 году начали организовывать колхозы и совхозы. И до Кузьминок долетали разные слухи, одни страшнее других. А тут предписание, идти Илюше в Красную Армию. Матвей заболел, у Григория своя семья, а Иван ещё мал. Землю пахать не кому.
Из открытых источников
На селе, как и в городе, проносились ветры революционных перемен. Декрет «О земле» обретал зримые очертания. Шла подготовка к переходу от единоличных хозяйств к крупным, коллективным. Бывшие батраки и поденщики, став колхозниками, сами управляли своими делами. Первыми руководителями были Тимохин Григорий Павлович, Мещеряков Иван Антонович, Кулыгин Иван Петрович, Затонских Федор Андреевич.
На территории сельсовета до 1960 года было два колхоза – «Красный пахарь» и «Ударный». В 1960 году эти хозяйства вошли в совхоз «Липецкий», который специализировался на молочном животноводстве и овощеводстве. Он был одним из крупнейших хозяйств Липецкой области.
продолжение следует...